Адреналин
Шрифт:
Маша, Леха и Андрей, остолбенев, смотрят на билеты и карты.
– Даболим… – зачитывает Андрей вслух город прилета, значащийся на билетах. – Гоа? – поднимает он на меня глаза.
Понимание освещает лица сидящих за столом людей. Так солнце, неожиданно выглянув из-за зимних туч, окрашивает все в совершенно иные тона. Мрачные прежде лица светлеют, недоверие и удивление превращаются в радость. Радость на грани помешательства.
Да, ради этой картины стоило выдумывать дурацкую историю с миллионом евро.
– Гоа, –
Нас ждет солнце, пляж, безмятежная лень и беспробудное пьянство. Шезлонги, коктейли, волдыри от ожогов и головная боль от передозировки алкоголя. И никакой слякоти, холода, пронизывающего ветра и бесконечного ноябрьского дождя. Не знаю, как остальные, а мне уже не терпится начать собирать чемодан.
– Наташ, это все… это все розыгрыш? – спрашивает Маша. У нее лицо человека, пытающего понять, кто именно сошел с ума – он сам или окружающий мир.
Я отвожу глаза.
– Это жестоко, я знаю, – говорю я. – Вы все имеете право меня ненавидеть. Но это действительно розыгрыш. Заказчик – Вадим Коваленко. Клиенты – мы все.
В комнате повисает пауза.
– Вы придурки! – говорит Леха. – Вам что, не хватало развлечений раньше?
– Как ты не понимаешь! Это были не наши развлечения! – объясняю я. – Мы все время находились по другую сторону кулис, мы всех развлекали и разыгрывали, а мне захотелось, чтобы мы сами стали клиентами ЗАО «Адреналин».
– Я не вижу логики! – парирует Маша возмущенно. – Предположим, мы втроем действительно стали клиентами. Но если розыгрыш устроили вы с Вадимом, значит, вы все равно остались, как ты говоришь, по ту сторону кулис.
– Нет, все не так, – машу я револьвером. – Наше дело было придумать самое начало истории – смерть Савельева, а дальше все стало сплошной импровизацией. Правда, наша игра в прятки затянулась – и если бы Андрей не проявил инициативу и не выследил возле банка Савельева, пришлось бы мне сообщать всем новость о его неожиданном воскрешении. Но Андрюха молодец, парень инициативный, своим приездом в Москву он ускорил события – и дальше уже история начала развиваться сама по себе. Это как крикнуть в горах – ты сталкиваешь с места снежную лавину, а куда она сойдет – дело случая.
– Это ни хера не смешно, Наташа! – возмущается Машка.
– Ну почему? Это весело! – говорю я. – Это офигительно весело! Мы прятались по квартирам, мы взламывали двери, мы меняли внешность и красили волосы, мы устраивали слежку в общественных местах, рисовали на стенах флуоресцентной краской, прыгали через турникеты, крошили машину в центре Москвы, паяли радиомаячки и параболические антенны из подручных средств, вламывались в загородный дом с оружием… Какое еще event-агентство этой страны может предложить подобное развлечение, кроме нас самих? По-моему, мы очень неплохо провели время!
– Ты сошла с ума, –
– Да, я чокнутая, – усмехаюсь я. – Разве кто-либо из вас в этом сомневался?
Леха, Маша и Андрей смотрят на меня так, словно видят в первый раз.
– Ты же сама предложила раскурочить Вадикову машину! – говорит Андрей.
– Вот как? – удивляется Вадик.
– Слушай, тебе давно уже было пора сменить тачку, – отмахиваюсь я. – К тому же она застрахована. Что вы так на меня смотрите? Я мыслила и вела себя так, как если бы не знала, что Вадик украл миллион понарошку. Иначе вы бы на раз-два меня раскусили!
На лице Андрюхи начинает играть улыбка. Я знала, что он оттает первым.
– Я из-за вас уволился с работы! – говорит Леха.
– Наконец-то! – парирует Вадик. – Иначе бы ты бы никогда не ушел из своей дурацкой конторы!
– Но это все равно ненормально! – восклицает Маша.
– Да, это ненормально. Но мы ведь всегда гордились тем, что считали себя психами! С какой это стати всех вдруг потянуло в норму?
– Суки! – говорит Леха. И тянется к одному из ключей, лежащих на столе.
– Да все это вранье, я не верю! – вдруг начинает хохотать Маша. – Это очередной развод, сто процентов.
– Да какой развод? – ору я. – Это все розыгрыш, от начала до конца!
– Где доказательства? – сквозь смех спрашивает Маша.
Глядя на нее, Андрей неожиданно тоже заходится в приступе хохота.
Они что тут, все свихнулись на нервной почве?
– Вот доказательства! – говорю я. – Патроны в револьвере холостые!
И нажимаю на спусковой крючок.
Звуки выстрелов оглушают всех. Пули входят в дерево, как камешки в воду. В стене напротив меня остаются три аккуратных отверстия.
Леха инстинктивно пригибается, Маша и Андрей застывают с изумленными лицами. Да и я сама от неожиданности превращаюсь в соляной столб.
– Патроны боевые, – говорит Леха тоном эксперта.
В этот самый момент Вадик совершает молниеносный бросок ко мне – ив следующую секунду выхватывает из моих рук револьвер.
Второй раз за один вечер к моему виску приставляют боевое оружие.
– Всем сидеть! – орет Вадик так, что у меня уши закладывает.
Он больно хватает меня шею, прижимает к себе.
– Вадик, ты чего? – сиплю я.
Но он только сильнее вдавливает мне в висок дуло.
В барабане – три пули. Курок взведен. Руки у Вадика трясутся. Меня бросает в пот…
– Вадим, пожалуйста, аккуратнее, – предупреждает Леха. – Не знаю, что тебе взбрело в голову, но… Ты же знаешь правила обращения с оружием: не направляй оружие туда, куда ты не хочешь стрелять!
– С чего ты взял, что я не хочу стрелять? – ухмыляется Вадим.
Сердце мое ухает куда-то в пятки.
– Да что это такое? – орет Андрей, пытаясь встать.