Адовы
Шрифт:
— Твоя правда. Зов природы, — Михаэль рассмеялся заливисто.
Пока Леонид расчехлял удочки, тот, кто мог принимать образ медведя, спустился к реке. Втянул носом воздух в попытке ощутить, водится ли тут рыба.
Не ощутил. Но нос тут же превратился в медвежий. Новое обоняние сообщило о грустных новостях: пахло автомобильными покрышками, трухлявыми досками на берегу и почему-то попкорном. А вот рыбой — ни разу.
Присмотрелся — увы. Даже не плещется.
Михаэль повернулся к Леониду, идущему к реке со
— А тут вообще рыба есть?
— Конечно, есть. Целая баночка пескарей была в прошлый раз, — Леонид раскинул руки в стороны для демонстрации баночки, но этого не потребовалось.
Удалось показать двумя пальцами.
— Ну, может не только пескарей поймаем, — произнес Михаэль с воодушевлением и тут же полностью обратился в медведя.
Обращённый разбежался и, обдав Леонида брызгами, плюхнулся в воду.
— Ты чего тут плаваешь? — крикнул оборотень из семейства кошачьих. — Всю рыбу распугаешь!
— Не распугаю, — пробасил медведь, вынырнув из воды. — Наоборот, запугаю так, что сама на берег выпрыгивать будет…
— От ужаса?
— От восторга! –заявил Михаэль и снова погрузился под воду.
Леонид в воду лезть не имел никакого желания. Природа кота брала своё. От того рыбачил по старинке. На удочку.
Со знанием дела он наживил червячка и забрасывал на мелкоте. Но не везло. Не были ни поклёвки. Даже леску не водило. Поплавок замер, а затем показалось, что вовсе умер.
Тогда Леонид вздохнул:
— Эх, люди… последний пескарей потравили.
Отложив удочку, он взял спиннинг. Нацепив донную снасть, наживил новых червяков и забросил наживку на середину реки. Туда, где поглубже.
Едва донка опустилась на дно, как задёргался поплавок на соседней удочке.
— Клюёт же! — крикнул маленький оборотень и начал подсекать.
Поплавок нырнул, но вдруг в том месте, где только что был поплавок, показалась медвежья морда.
В зубах Михаэль держал здорового леща. А поплавок вернулся на поверхность.
— Эй! Это моя добыча! — выкрикнул Леонид. — Он на мою удочку клюнул!
Ответить Михаэль не мог. Иначе леща бы упустил. Только выбравшись на берег и приняв человеческий облик, он опустил рыбу в садок и заговорил:
— Ныряю я, значит. И вижу — плывёт! Морда — во. Хвост — во! Покрутился он, значит, возле твоего крючка и сбежать хотел! Но тут я зубами его — клац! Нечего с едой играть. Знай наших!
— Ну, даёшь! — восхитился кот. — Рыбу на её территории ловишь. Голова!
— Пусть знает, что никуда от нас, рыбаков, не денется.
Леонид вытянул леску, крючок оказался пуст. Быстро насадив очередного червяка, пока Михаэль не прыгнул в воду, он снова закинул удочку.
Но медведь был быстр. В одно мгновение Адов оказался в воде. В этот раз даже поплавок не успел дёрнуться, как Михаэль вынырнул с очередной рыбой.
— Зато не сорвалась, —
Так они и рыбачили. Один на удочку, другой зубами. Но каждый раз удивительным образом вылавливали одну рыбу на двоих.
Такой способ рыбной ловли Леониду даже больше понравился, чем пескарей ловить. «Зато ни одной рыбы не упустили» — в конце концов, согласился он с доводами Михаэля.
Один приманивал, другой ловил. Но когда расходились, у обоих по отдельности ничего не получалось друг без друга.
Леонид уже почти забыл про донную снасть, но тут кончик спиннинга мощно задёргался и собрав палку-упор на берегу, ракетой улетел в воду. Как будто клюнула акула.
— А-а-а! Уходит! — закричал кот, бросаясь следом за снастью.
Михаэль оказался тут как тут и тоже потянул изо всех спиннинг на себя. Но сколько бы оба не тянули, и не тащили на себя, упираясь ногами в берег, обоих всё равно утащило в воду.
Парно искупавшись, оборотни вынуждено отпустили спиннинг. Но о потери долго горевать не пришлось. Вода забурлила.
На середине реки всплыла… подводная лодка!
— Вот-те на! Субмарина, — озадаченно почесал лоб Леонид.
— Чего? — переспросил медведь.
— Порыбачили, говорю, удачно. Глубоко здесь, выходит.
Внезапно в камышах что-то громко затарахтело, загрохотало. Стоя по пояс в воде, оба оборотня устремили взоры к зарослям. Из-за камышей на берег выкатил танк, уставившись хищным дулом на рыбаков.
— Вот так порыбачили… — повторил Михаэль. — А за удачную рыбалку теперь расстреливают?
— Не слышал, — признался Леонид. — Но я много работаю. Может закон какой приняли?
— Люди такие неожиданные, — согласился Михаэль. — То сетями ловят и целыми траулерами, то за карася на удочку на тот свет отправляют.
Леонид ещё раз посмотрел на танк и почесал макушку:
— Милитари-стайл.
— Чего?
— Всю рыбу, говорю, распугали своей военной техникой.
Танк вдруг оглушительно выстрелил!
— Ложись! — крикнул запоздало Медведь, моментально толкнув Леонида в воду.
Тот в полёте перекинулся в кота, по-кошачьи заорал и практически по воде убежал обратно к берегу, а затем исчез в кустах. Судя по шороху, он ещё долго обтирался мокрой шкурой о траву.
Сам Михаэль упал на дно и принялся грести изо всех сил, уплывая как можно дальше от металлического источника неприятностей. Но стоило ему вынырнуть подальше на берегу, как снова почувствовал сильный запах попкорна. А по реке плыли крупные, ещё не размокшие белые хлопья воздушной кукурузы.