Адмирал
Шрифт:
— Передай на тральщик, пусть подберут выживших! — отдаю я приказ. Тральщик сейчас прячется за бортом линкора, иначе бы ему не выжит, но эти парни рисковали ради нас своими жизнями, а значит и мы для них рискнём.
Самолёт плавно плюхается на воду среди разрывов снарядов, которые продолжают рваться вокруг моего линкора, и юркий тральщик тут же полным ходом подходит к тонущему самолёту. Пять минут времени, и мои парни возвращаются под защиту брони своего старшего брата. А тем временем, сосредоточенный огонь всех орудий по «Ривадавия» приносит свои плоды, один за другим несколько наших снарядов входят в корпус аргентинского корабля. Мощный взрыв извещает нас о том, что сдетонировал один из погребов главного калибра
— Ура! Ура сука! Так тебе и надо тварь! — я кричу вместе со всеми. Один враг повержен, остальным пока не до нас!
— Товарищ адмирал, доклад с тральщика. Выловили пилота и штурмана, это бразильцы! Оба ранены, но жить будут — начальник радиоузла, едва перекрикивает восторженный шум, что издаёт мой экипаж.
Бразилия! Единственная страна Латинской Америки, которая принимала участие в военных действиях на стороне союзников почти с начала войны! Давний конкурент Аргентины. Ну что же, значит наши договорились и смогли нам помочь, это черт возьми радует!
Бомбардировка Пуэрто-Бельграно явно деморализовала аргентинцев, а гибель «Ривадавия» только добавили им соли на рану. Что с «Морено» было не ясно, «Альмиранте Браун» же сейчас прятался за корпусом опрокинувшегося линкора, вокруг которого сновали шлюпки и катера, вылавливая спасшихся членов команды. «Шторм» продолжал огонь, пытаясь нащупать последнего серьёзного противника на этой лужайке.
— Почему мы не получили радиограмму, о том, что бразильцы нанесут удар? — впервые за время боя озаботился я связью — или была да я прозевал, пока тут филиал лазарета был?
— Повреждена надстройка, а там антенны дальней связи товарищ адмирал. Устраняем, через десять минут связь будет! — докладывает мне начальник радиоузла, и тут же приходит доклад от главного механика, мы наконец то имеем возможность управлять кораблём! Аварийной команде удалось осушить отсек ручного управления, устранение повреждений продолжается.
Я задумался, чего же мне теперь делать?! Мы можем удрать, но фактически сейчас нам никто не в силах оказать достойного сопротивления! После бомбардировки молчат и береговые батареи, только тяжёлый крейсер, который так же имеет повреждения, ещё ведёт по нам огонь.
Развернувшись на обратный курс, бразильские самолёты уходят домой, а с большим запозданием, над гаванью появляется аргентинские истребители, который тут же бросаются в погоню. Надеюсь бомбёрам удастся уйти домой без потерь. К «Шторму» снова приближаются аргентинские бомбардировщики, в этот раз всего пять. Аргентинские пилоты были настроены решительно, несмотря на шквальный огонь, они шли напролом, стараясь сбросить свой смертоносный груз как можно точнее.
Первое попадание пришлось в переднюю часть палубы и вызвала небольшой пожар. Были повреждены якорные цепи и расположенные ниже матросские кубрики, но существенного урона корабль при этом не получил. Вторая бомба нанесла несоизмеримо большие повреждения — разорвавшись у кормовой надстройки по правому борту, она полностью разрушила несколько десятков метров палубы, сорвав обшивку борта между верхней палубой и основанием правой катапульты. Нижнюю бронепалубу бомба пробить не смогла, но выше неё корпус корабля был повреждён очень сильно. Вспыхнувший пожар затронул цитадель корабля, проникнув в кормовое отделение турбогенераторов. Потушить его пока не получалось. Линкор постепенно начинал кренится на поврежденный борт… И в этот раз зенитчики показали на что они способны. Из атаковавших корабль
— Товарищ адмирал! — на связи «дед», который контролирует все аварийные партии — с огнём удалось справиться, но затопление отсеков продолжается! Вода из средств пожаротушения затопила отделение турбогенераторов, а кормовое машинное отделение пришлось эвакуировать из-за задымления. Частично затоплены оба машинных отделения, кормовое котельное и помещение носовой дизельной электростанции. У нас остались только аварийные дизель-генераторы! Через полчаса мы потеряем ход!
— Ну что же… — решение я принял уже давно — дай самый полный какой сможешь! Мне нужно, что бы эти полчаса корабль был на плаву и мог маневрировать!
— Полчаса гарантирую командир — устало ответил главный механик и отключился.
— Лево руля, держать курс на вход в гавань! Мы идём в гости парни, всем кроме артиллеристов, аварийных партий и пункта управления огнём приготовится покинуть корабль! Раздать личное оружие! Командира морпехов ко мне! — разразился я потоком приказов. Корабль обречен и скоро уйдёт на дно, но повоевать мы ещё сумеем, нам бы только на ровный киль на дно сесть и дойти до мелководья!
— Товарищ командир, на связи контр-адмирал Альберто Армандо, командир базы Пуэрто-Бельграно — как всегда начальник радиоузла вовремя — предлагает капитулировать и прекратить огонь, говорит, что вышлет нам средства спасения.
— Пошли его на хер! — тут же нервно отреагировал я.
— Уже товарищ адмирал! — заулыбался радист — передал ему, что бы он искал верёвку и мыло и ждал в гости Жохова!
— Тебя кто так с адмиралами учил разговаривать?! Ушлёпок! На три дня лишаешься десерта в столовой! — возмутился я самоуправством радиста — и чего там наши, не хотят в бою поучаствовать?
— Есть три дня без сладкого! — смиренно принял наказание радист — Радиограмма от командования была как раз перед обращением аргентинцев, к нам идёт объединённая эскадра бразильцев и американцев, будут не раньше, чем через шесть часов, пока обещают только авиаподдержку и сообщили, что готовится парашютный десант.
— Не густо, но и жаловаться грех — вздохнул я — всем готовится, нам нужно протянуть тут еще несколько часов мужики!
Капитан второго ранга Гришин стоит передо мной в полном снаряжении. Мой приказ вооружится, морпехи исполнили первыми.
— Слушай меня Гришин, ситуация скажем прямо хреновая. Мы тонем, и единственный выход спасти и корабль, и команду, а также выполнить задачу, это прорваться в порт. Теперь твоя задача. Переходите на тральщик и под прикрытием орудий с линкора высаживаетесь на пирс. Нужно захватить плацдарм и приготовить точку высадки для эвакуации команды кораблей и авиадесанта. Вас мало, поэтому ты пойдёшь только первой волной. За вами, на всех уцелевших шлюпках и вельботах, пойдет вторая волна из моряков «Шторма». На берегу командуешь ты. Разведданных нет, мы не знаем об этой базе ничего, но людей там должно быть дохрена и больше! Закрепитесь, удерживайте позиции и ждите десант. Мы постараемся вам помочь чем сможем, но особо на «Шторм» не рассчитывай. Нам очень повезёт если корабль не опрокинется. Я постараюсь посадить его на ровный киль, но тут от меня мало чего зависит, сам должен понимать. Справишься?
— Пойти в десант под командой Жохова мечта любого морпеха товарищ адмирал! Сделаем всё что возможно и невозможно! Умрём, но задачу выполним! — рассыпался в комплементах Гришин, задорно улыбнувшись.
— Ты мне это брось! Умирать на берегу должны не вы! Береги людей! Эти мудаки, что окапались на берегу, пороха ещё не нюхали, они ещё не знают на что способен советский десант! У тебя Гришин, все парни опытные и обстрелянные, так что действуем, как завещал нам в своё время товарищ Сталин: «малой кровью и на чужой территории!» Понял меня?!