Адмирал Ушаков. Том 3
Шрифт:
российская ескадра, находясь теперь без провиантов, не потерпела
голоду и самого бедствия от оного. Я прошу ваше
высокопревосходительство, естьли существует та искренняя дружба и
согласие, о которой в письме вашем столь уверительно обнадеживать
изволите3, употребить могущественное ваше старание о
наискорейшем доставлении ко мне в Корфу4 провиантов5 в
достаточном количестве всякого сорта, какой по положению в присылке
быть должен; я же с моей
высокопревосходительство в совершенной и ненарушимой дружбе
всемилостивейшего государя моего императора к его султанскому величеству
и о истинной моей преданности и усерднейшем желании и
ревности выполнять волю и повеления его султанского величества
и о том, хотя все выше означенные настоят препятствия и
невозможность от неимения провианта, за всем тем употреблю я
ревность мою изыскивать способы, как наискорее достать6 оного,
сколько будет 7 необходимо надобно, и по получении потребного
количества провианта тотчас ескадру пошлю на действия против
неприятелей, дабы преградить и воспретить им проход к Египту,
разбить и забрать их пленными 8. Между тем, имею известие из
Сицилии, что английскою ескадрою, крейсирующею между
Сицилией и Барбарского берега, встречен отряд французской ескадры,
из Тулона идущей с войсками в Мальту, разбит и забран
в плен9. Англичанами взят один французский корабль, один
фрегат и три транспортные судна. Сказывают, что на всех оных10
взято пленными до 3 тысяч французов. О прочих потребностях
надеюсь я получить скорое известие от английского
вице-адмирала лорда Кейта, который ныне командует английскою ескадрою
на Средиземном море, с ним снесусь п я обо всех подлежностях,
и общими возможностями стараться будем истреблять
неприятелей и не допустить их до владений 12 Блистательной Порты
Оттоманской.
К вице-адмиралу и кавалеру Пустошкину, с отделенной от
меня ескадрою находящемуся при блокаде Генуи, послано от
меня повеление, чтобы он с поспешностью шел в те ж места,
куда предписано от меня иттиг ескадре, ныне из Корфу
посылающейся, и общими силами стараться выполнить предписанное
от меня повеление, сходное с волею и желанием его султанского
величества, и потом к настоящему времени и отправлению моему
со всеми вообще в черноморские порты для исправления
кораблей и фрегатов быть в Корфу2, о чем ваше
высокопревосходительство уведомить честь имею и, свидетельствуя сим искреннее
и дружелюбное мое почтение и преданность, с оными3 наивсегда
имею честь быть.
Милостивый
Сего числа получил я рапорт из Морей, из Патраса и Три-
полицы, от находящегося там определенного от меня для
приемов провианта порутчика Артакино, писанный сего теченья 7-го
дня, которым доносит он, что в сие время прислано повеление
от Блистательной Порты Оттоманской к господину морейскому
губернатору Мустафа-паше, дабы сухари, которые заготовляются
в Морее, не отправлять более к российской ескадре впредь до
повеления. Таковое неожидаемое происшествие столь обеспокоило
меня, что не знаю, какие об том иметь мысли, как может
последовать таковое неблагоприятное противу нас повеление в то
время, когда здесь провиантов в доставлении от Блистательной
Порты почти не состоит, кроме небольшого количества сухарей,
находящихся в здешних магазинах, да и те сгнили и негодны,
ибо с судов они выгружались в магазины в дождливое и сырое
время, оттого и пришли в негодность. От 2-го числа сего месяца
обо всем прочем в рассуждении провианта я вашему
превосходительству письмом моим объяснился с подробностию4, теперь же
уведомляю, что чрез сие повеление последовать может
непременно совершенный подрыв ескадры и неминуемое бедствие от
голоду; приуготовлена уже мною ескадра вице-адмирала и
кавалера Карцова к посылке для выполнениев требованных письмом
каймакама-паши сходно с его величеством султана волею и
желанием надобностей, так же и других высочайших мне предписа-
ниев, ожидал я только привозу из Патраса сухарей и другой
провизии и между тем хотел снять последнюю провизию с
других кораблей и снабдить оную ескадру; но, получа сей рапорт от
порутчика Артакино о столь неожиданном уведомлении,'
остановил и не смею снимать с других кораблей последний провиант,
дабы служители остающихся здесь судов не могли умереть с
голоду, ибо теперь во все время переписки с вами и с
Блистательной Портою доставления провианта ожидать уже нельзя, и она 1
продолжится не менее как два месяца, курьеры отсель доходят
до Константинополя не менее как в 17-ть дней, на возврат
столько же времени потребно, а потом, когда последует
повеление, от того времени начинать ожидаю, когда он будет
доставлен. Таковые неожиданные обстоятельства заставляют иметь
великое сумнение о дружбе Блистательной Порты, существует ли