Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1
Шрифт:
оставалась только не ограбленная в близости крепостей
деревня Горицы, жители оной от робости своей соединились
с французами, но я и их ласковостями привлек к себе, и теперь
соединились они с нами, пренебрегая все свое имение, сколько
успели из домов вынести, а остальное собственное свое все
истребили, чтобы не досталось в руки французам. В защище-
ние всех их от ежедневной делающейся вылазки из крепостей
французских, устроил я на берегу
выгодных местах батареи и начинаю действия со оных при помощи
высаженного на берег с эскадр наших десанта, из экипажа
корабельного состоящего, и вместе также действуют в общую
защиту и нападения с нами обыватели островские; я ожидаю
последних кораблей эскадры, мне вверенной, из острова св. Мавры,
которые, следуя оттоль, в виду нашем уже находятся. На сих
днях буду атаковать и надеюсь взять штурмом весьма
укрепленный многими батареями и людьми остров Видо, который вместе
с крепостями закрывают от действия нашего два французские
корабля, один фрегат и несколько разных судов. Французы
к укреплению себя ожидают из Анконы трех тысяч человек
десантных войск под провождением трех линейных кораблей и
нескольких судов. Таковые действия наши и блокада острова
Корфу удерживает и воспрещает проход в Венецианский залив,
который эскадрами нашими мы закрываем, а десант,
ожидающий из Анконы, и отделения войск и кораблей со оным сделаю
облегчения Анконе, потому и действия противу оной
соответственно иметь будут свои выгоды. Крепости Корфу при весьма
выгодном и неудобном к приступу местоположении чрезвычайно
укреплены и снабжены большою и весьма превосходною артил-
лер'иею — пушками, мортирами и гаубицами, гарнизону в
крепостях, кроме корабельного экипажа, считают до трех тысяч
пятисот человек. Мы не имеем с собою десантного войска, все
крепости островские осаждены были и взяты нами одними
корабельными служителями, то ж и крепости Корфу блокируем
кораблями и десант со оных высажен на берег и с корабельного
же экипажа, равно и орудия противу крепостей употребляем
только корабельные, которые не имеют той способности,
какой бы ожидать должно от осадной артиллерии. При таковых
затруднениях сильные крепости и с достаточным числом
гарнизона почти нельзя инако взять, как только тесной блокадою
и недопущением в крепости провианта; со всем тем устраиваем
мы на берегу сильные батареи, которые могут действовать
хорошо в крепости, а по взятье острова Видо сильные батареи,
также устроенные на оном, будут действительны, От государя
моего
«пределы, до которых плавание ваше быть должно в
Средиземном море, имеют распространиться не далее Египта, Кандии,
Морей и Венецианского залива, смотря по нужде и
обстоятельствам». Но при открывшихся вновь общеполезных
обстоятельствах, согласно с волею и желанием его королевского величества,
я нимало не сомневаюсь, что и государя моего императора воля
и намерение при сих обстоятельствах будут согласны и по взятье
от французов крепостей острова Корфу (когда получим мы
достаточное число на эскадру провианта, которого теперь в
наличии почти нет и ожидаем из Морей) с наиусерднейшим
желанием готовы мы с эскадрами нашими следовать к Анконе и
выполнять все, что только возможно. Взятые нами в островах из
крепостей пленные французы по сие время до полутора тысячи
человек в разные времена отправлены чрез Морею в
Константинополь, только из острова Цериго малое число людей и не
более как до семидесяти человек по условию и несколько из
других островов французских офицеров с женами и детьми уволены
нами на честный пароль со взятым под присягою
обязательством, что офицеры и служители, отпущенные нами в Анкону,
во все время продолжения войны против империи всероссийской
и Блистательной Порты Оттоманской и всех им союзных держав
воевать и крепостей своих противу оных защищать не будут,
а после получения почтеннейшего вашего сиятельства письма
воли и желания его Неапольского величества французов и судов
их на договоры в Анкону и ни в какие места Италии отпускать
не будем; засим рекомендую себя в дружбу и благоприятство
вашего сиятельства и свидетельствую истинное мое почтение
и преданность, с каковым и пребуду навсегда.
На подлинном подписал: Федор Ушаков.
Верно: вице-адмирал Ушаков.
По рапорту вашему в рассуждение наводимого беспокойства
и великих беспорядков турками отнесся я сообщением моим
командующему турецкою эскадрою Кадыр-бею, от которого
строгое повеление для них при сем препровождаю и рекомендую
вам ото всякого наводимого беспокойства их удержать; ежели ж
впредь не послушают, то жестоко наказаны будут, яко