Адаптация

Гончар Николай

— Давай уж раскроем эту тему до конца. Подросток становится взрослым, бредни про пути древних героев блекнут на фоне того, что надо как-то устраиваться в жизни и зарабатывать на хлеб и вот человек уже забывает о своих мечтах и идёт на работу, где впахивает с утра до вечера. Хотя нет-нет да и посещает его периодически мысль, что всё могло быть по другому, и вместо этой опостылевшей работы он мог бы жить красивой жизнью, полной подвигов и приключений, но всё равно от таких мыслей, скорее всего, ничего не меняется, и всё у него продолжается как у 99 человек из 100. Да и если вдуматься, та самая «красивая геройская жизнь» по факту скорее всего наполнена

нудной работой, грязью, болью и тем ещё дерьмищем, которое не рассмотреть за мишурой волшебных легенд.

— Ну вот, снова не похож. Всё верно рассказал, с цифрами только ошибка, скорее, как у 999 из 1000, а то и меньше. Точно эти соотношения выданных Глаз на количество населения неизвестно — подсчитать это невозможно, только приблизительно прикинуть, но точно уж не 1 из 100. Скорее: один на несколько тысяч… Что-то мы загулялись. Наверное, надо расходиться и спать? — Она посмотрела на меня странным взглядом.

— Да, действительно, наверное, надо, — я приобнял Ласку второй рукой и чуть сблизился, буквально пару секунд мы прижимались друг к другу, но тут же она чуть отошла.

— Извини. Ты — хороший мальчик, но это было бы слишком для меня. — Угу, если сейчас ещё начнёт говорить про «давай останемся друзьями», это уже будет слишком для меня.

— Ну ладно. Если честно, я не слишком рассчитывал. Прогулялись и хорошо. Да и вообще всё сложно. Идти со мной к себе в гостиницу ты явно не захочешь, чтобы не светиться перед вашей бандой, а ко мне можно, но я живу со своей тётей. Она тоже явно не обрадуется, скажет наверняка: «Что за гулящую бабу ты сюда приволок?» Это она бы так сказала, не я! Да вот беда, ну, для неё беда: не скажет уже ничего, глухонемой стала, в результате несчастного случая.

— Что?!

— Ну вот вышло так. Так что я тебя позвать могу, почему нет, но сразу хочу предупредить, чтобы неприятных сюрпризов не было, что в доме одна комната, и живём мы в ней вместе. Но в принципе… так, чисто теоретически… я бы, конечно, очень хотел, чтобы ты пошла со мной.

— И?! Нет, я никуда, разумеется, не собираюсь с тобой идти, вот ещё, но вот скажи мне: как технически ты это видишь?

— Ну, здесь ничего невыполнимого нет. Тётя из-за того несчастного случая не только слух и речь потеряла, но и вообще почти всякую подвижность. В коляске ездит. С деревянными колёсами. Я её сам вожу, если приходится в рейд уходить — соседи присматривают. Ну вот, можно коляску развернуть, лицом к стене, и так оставить, а в это время… — воспользовавшись оторопью девушки я провёл пальцем по её боку. Снизу вверх… Короткий топик позволил мне почувствовать гладкость кожи…

Глаза Ласки выкатывались как у того ленивца из Зоополиса, но в отличие от того, даже при свете уличных фонарей было видно, что они наливаются бешенством, а не удивлением, и пока она ничего не сказала добавил:

— Нет? Не устроило бы тебя? Стесняешься, что ли? Так говорю ж, она глухая, не услышит ничего. А услышит, так не скажет. Ну, максимум промычит что-то. Ну, как вариант, мог бы её во двор выкатить, потом попозже выпроводил бы тебя и закатил бы её обратно, — зарядил я совершенно индифферентным тоном. — Всегда так делаю.

— Тты! И это тебя-то я назвала взрослым? Малолетний придурок! Ты что несёшь?!!! Дебил! Такой вечер испортил!

— Да ладно, чего орать-то? Ночь на улице, людей разбудишь. Давай, спокойной ночи, пойду прогуляюсь ещё. Спать что-то не охота. Пока.

— Никуда ты не пойдёшь! Точнее пойдёшь, но домой! Я за шиворот

тебя туда оттащу! Под конвоем! Может о бедной женщине прямо сейчас позаботиться надо, а она тебя ждёт, пока ты тут разгуливаешь!

— Да что с ней станется, я её на ключ закрыл. — Пришлось чуть отскочить, иначе мне бы прилетела плюха. — Эй-эй, вот драться не надо, у меня на этот вечер галочка по дракам уже поставлена!

— Показывай куда идти! — она сердито дёрнула головой. Хороша, чертовка!

Идти было недалеко, идти пришлось молча. Только злобное сопение девушки нарушало ночную тишину. Через несколько минут мы подошли к моему домику.

— Сейчас сдам тебя на руки твоей тёте, и сиди тут, малолетний дебил! — прозвучало почти голосом Гоблина.

— Как скажешь. Заходи. — Я открыл дверь ключом, придержал и пропустил девушку вперёд. Включил свет, дома ожидаемо никого не было. Один же живу.

— Тут никого нет! Где твоя тётя? А если с ней что-то случилось?

— Действительно! Надо срочно провести расследование! Вдруг какое-то злодеяние! Куда же она могла деться?.. Загляни, что ли, под кровать, поищи, а я прикрою, чтобы никто не застал врасплох! Ща, арбалет возьму, если что дадим отпор злодеям.

Тут до неё стало что-то доходить… Она уставилась на меня и через несколько секунд нервно рассмеялась:

— Ты обманул меня, да? Нет никакой тёти-инвалида?

— Ну, почему сразу обманул? Не обманул, а пошутил. Тёти нет, да. И не было никогда. Извини. Так не хотелось расходится, а ты уже хотела уйти и точно бы ушла. Решил вот встряхнуть наше свидание, пусть и таким радикальным способом. Прости, возможно, был неправ. Воображаемой тёте тоже приношу свои извинения, что использовал её самым подлым образом. — Я улыбнулся, сделав улыбку как можно более виноватой.

Нервный смех перешёл в натуральный ржач.

— И что теперь, не выпустишь меня отсюда? А если захочу уйти? Что будешь со мной делать? Побьёшь, как Жосса? Меня, слабую девушку? Я вся в твоей власти, да? — Бешенство в глазах сменилось весёлыми бесенятами. Вот не боится она этой ситуации, нисколечко, прямо чувствую. Хотя скользко всё, ведь я на самом деле её сюда заманил. Без плохих намерений. Только с хорошими. За выдуманную тётю, поди ж ты, переживала, а за себя нет.

— Да вот ещё глупости, скажешь тоже. Я тебе со всей ответственностью заявляю, что это мой лучший вечер за последний год. Спасибо тебе. Давно мне так хорошо не было. У меня в мыслях даже не мелькало что-то плохое тебе делать. Просто пошутил. Ну, ты уже заметила, что у нас тут шуточки дебильные. А так и есть. Прошу прощения ещё раз. В качестве извинений могу напоить тебя чаем, ну там какие-то сладости у меня ещё завалялись, потом уже провожу тебя обратно к постоялому двору. — Она промолчала, но никаких возражений не последовало. Правда и согласия тоже. Просто смотрела на меня в упор.

— Ну, хочешь, не будем пить чай и есть сладости, не буду настаивать. Пойдём. — Широко распахнул дверь и отошёл от неё. — Пройдусь с тобой до гостиницы. Поцелуешь меня там целомудренно в щёку, так, чтобы никто не видел и не показывал на тебя пальцем, обсуждая, какая ты развратная, потом вернусь обратно. А я буду ощущать твои губы на щеке все последующие годы. Дальше я тебе уже рассказывал: слезы, истерика, вакансия моряка, побег на край света, ужасные приключения, и, погибая в бою с чудовищным кракеном, буду шептать твоё имя! Но сразив его в твою честь, так и знай! Легко этому гаду не дамся! Подавится мной, тварюка!