Адаптация: МЕСИВО
Шрифт:
А вместе с нами, прямо внутри защиты, которую так хотели выстроить люди Адаптации, находилось то, что проникло сюда, игнорируя любые барьеры. Угроза, которую мы все старались не замечать.
— Что передал тебе Бринн?.. — Спросил солдат, уже почти опустивший оружие, которое не мог держать.
— У вас же тоже нихера не работает? — На всякий случай уточнил Сори и подождал, чтобы распознать реакцию на лицах сослуживцев.
Она его полностью удовлетворила, и он продолжил.
— Мы — военные и должны исполнять свой долг.
Песочный монстр. Кажется, так назвала это Эллен, когда иронизировала над моими опасениями. Хотя, в действительности, было ли это явление вообще живым существом — неизвестно. Одно было понятно без слов — военная база и все, кто находился здесь, внезапно превратились в блюдечко с пироженкой.
— Какую?! — Сорвался на крик солдат с оружием.
По правде сказать, меня начинало немного тревожить то, как они махали пушками, словно позабыв о том, что они могут выстрелить.
— Стойте, — настороженно сказал он же.
Вид у него был такой, будто он услышал то, на что другие не обращали внимания.
— Что это?
Он посмотрел вниз. Все посмотрели на него.
— В чём дело? — Требовательно спросил Сори.
Солдат лишь бросил на него растерянный взгляд и снова уставился на свои ноги.
— Отвечать, солдат! — Прикрикнул Сори.
Однако, внимание солдата было захвачено чем-то другим, нежели истериками сослуживца, который возомнил себя командиром.
— Это чё за…
Он наклонился к полу так сильно, что дуло пушки коснулось пола. Казалось, он хотел избавиться от лишней тяжести, но почему-то у него этого не получалось. В попытке избавиться от груза солдат дернул рукой, но чуть было не упал, не осилив сдвинуть с места ни оружие, ни приросшую к нему руку.
Рука… Она окоченела — я видел это. Парень жалобно посмотрел на окружающих, затем попятился назад и стал падать, но так и не смог разжать кисть.
— Вы это тоже видите? — Не отводя взгляда от происходящей сцены задал вопрос инженер с серпом в руках
— Моя рука, я не чувствую… Что с моей рукой?
Он плюхнулся на жопу и стал дрыгать ногами, пытаясь отползти от пушки подальше, что, конечно же, не получалось.
— Она как будто… Отмирает, — несмело предположил мужик с серпом.
Видно было, что малец собирался сделать что-то такое, чего делать совершенно не следовало. Он потянулся к своей побледневшей руке и попытался разжать на ней затвердевшие пальцы.
Раздался хруст, и две фаланги остались у солдата в ладони.
— Дерьмо! — Воскликнул он скорее от страха, нежели от боли.
— Мать твою! — Поддержал его Сори.
И сразу после этого по руке с отломанными пальцами побежали серые полоски. Они напоминали пролитую ртуть или что-то подобное, но дело было в том, что его кожа теперь меняла цвет и структуру. Она отмирала и превращалась во что-то твёрдое.
Словами трудно описать отобразившийся в глазах парня ужас.
—
— Но, ведь… — Попытался возразить солдат.
— Помогите ему! — Взмолилась девушка, которая уже никак не могла оградить маленького брата от зрелищ.
— Мама-а-а… — Ревела Кари.
— РУБИ!!!
Поддавшись давлению, инженер взмахнул серпом, на концах которого сверкнули два огонька, образовав заполненный светом полумесяц. И, когда луч прошел по локтю, отделив половину руки у парня, я понял, что на самом деле это был самый что ни на есть резак.
Груда железа с отрубленной рукой рухнула на пол.
— Ха! — Почему-то радостно воскликнул солдат, наконец освободившийся от тяжести.
Но затем быстро умерил свой восторг, после чего издал душераздирающий вопль. Выпучив глаза и крича, он посмотрел на место ровного отреза. И заорал ещё сильнее, потому что из него не шло крови. А ещё потому, что мышцы внутри уже каменели.
Наблюдавшая за этим представлением Эллен бросила острый взгляд на Бейт.
— Готовь карантин, — сказала она.
Бейт сделала над собой усилие, чтобы оторваться от быстро развивающейся сцены. Она кивнула, принимая приказ с осознанием того, что необходимо сохранять голову на плечах. Я прекрасно её понимал, так как сам находился в небольшом ступоре и заворожённо наблюдал, словно мартышка за гипнотическими движениями удава. И в этом не было ничего удивительного, ведь такова природа взаимоотношений хищника и жертвы. Вот только никто из присутствующих не мог определить, что являлось хищником.
— Что со мной!!! — Напоследок прокричал покалеченный солдат.
В следующую секунду гримаса ужаса так и застыла на его лице, да и сам он больше не шевелился.
— О нет, — следом произнёс инженер, который только что отрубил человеку конечность.
В его голосе была задумчивость, но больше он ничего не сказал. Он медленно, сопротивляясь неведомой силе, повернулся лицом ко мне и замер с выражением абсолютного удивления. Белки его глаз помутнели, словно в них влили цемента. А затем послышался хлопок, будто кто-то проколол надутый шарик, и голова мужика превратилась в облачко пыли.
Кто-то взвизгнул, кто-то прикрылся от разлетающихся камней. Толпа бросилась врассыпную, превратившись в орущую бурлящую биомассу. Толкая друг друга, пиная, роняя, отбрасывая, хватаясь за чужие волосы, люди побежали прочь, туда, куда вёл их внутренний ужас. Запуганные дети ревели, в ожидании, что о них позаботятся. Женщины визжали, из последних сил стараясь удержаться на ногах в образовавшейся давке. Мужчины обезумели и рвались как можно дальше от центра событий. В отсутствии системы тела их плохо подчинялись им, ведь теперь они были предоставлены себе, лишены апгрейда, они стали обычными простыми людьми без суперспособностей и привычной им силы. И устоять могли только сильные. Как и всегда.