Абьюз
Шрифт:
Всё это я читала в его светлых, прищуренных глазах, в тонких, сжатых, чуть изогнутых в намёке на усмешку, губах.
«Как твоё имя?»
Фраза раздалась в моей голове, но голос, интонации, с которым это прозвучало, были не мои.
Вы верите в дьявола? Вы вообще о нём думаете? А теперь представьте, что он стоит перед вами и задаёт вам вопрос.
Я Писание никогда не читала, но там, кажется, есть фраза, что лже-чудес будет много, но, когда перед вами встанет Истина, вы узнаете её без труда. Вот и я сейчас совершенно
Тот самый, кто осмелился перечить самому Богу, в существовании которого я не верила.
Я и в Люцифера не верила, но ему было на это плевать.
Он стоял напротив и усмехался такой похожей на отцовскую, ухмылкой, что у меня мурашки бежали повсюду, где можно.
Было страшно.
Можно сколько угодно играть в дерзость с людьми, но стоять перед существом, которое одним щелчком пальцев способно развеять саму твою суть по ветру или засунуть в такие дали Космоса, что ты будешь оттуда выбираться Вечность и не выберешься…
– Я не собираюсь поступать так с тобой. Зачем? Чтобы знать кто ты, мне не нужно жалкое человеческое имя. Я вижу твою суть. Как и суть многих других, собственно. И читая в твоём сердце, Сандра Кинг. Но я не совсем понимаю, зачем ты здесь, предо мной?
– Откровенно говоря, я тоже… я даже не уверена, что я действительно здесь, а не в сумасшедшем доме.
Острые черты лица засветились холодной, как лёд, улыбкой, режущей, словно лезвия.
– Значит, ты не станешь напоминать мне о нашем родстве и просить оказать родственную услугу?
– Нет. Если вы не плод моего воображения, а настоящий дьявол, я не рискну вас просить ни о чём.
– Почему же? – скрестил он руки на груди. – Ведь на земле я не менее всесилен, чем Бог. Иногда даже более, ведь ваша жалкая планета моя прямая вотчина. Чего ты хочешь?
– От тебя – ничего. Да и не в силах ты дать ничего для меня желанного. У тебя этого попросту нет.
– Уверена? А если ошибаешься?
– Все ошибаются. Не хочу выказать неуважения к вашим годам и возможностям, вероятный предок, но сделки с дьяволом мне не нужны.
Он рассмеялся, тихо и насмешливо.
Я его забавляла. И одновременно раздражала. Он вообще не любил людей. Здесь древние книги не лгут. Блистательный, сильный, великолепный, Люцифер считает нас жалкими и ничтожными (прости, Господи, тут я с ним согласна!), способными лишь предавать и искать собственную выгоду во всём, но лицемерно прикрываться словами о благих делах.
Он не понимал Бога, соглашающегося всё это терпеть век за веком, вместо того, чтобы раз и навсегда решительно поставить крест на неудачном эксперименте.
Это были не мои мысли. Люцифер говорил со мной без слов, насмешливо, жёстко, не собираясь «нянчиться». И всё же, по-своему, он был со мной добр. Настолько, насколько такие, как он, могут быть
– Ты умнее своей предшественницы. Это радует. Но ты всё-таки стоишь здесь, передо мной? Значит, всё же глупее, чем кажешься.
– Я считала госпожу Элленджайт спятившей от осознания собственной исключительности психопаткой. Прости, к встрече с тобой я совершенно не готова. Если позволишь просто уйти, будет считать, что все мои желания исполнены.
– Нет, Сандра. Так не пойдёт. Ты получишь то, зачем тебя прислали. И даже немного больше – подарочный бонус от меня. Видишь ли, среди грешников и у демонов имеются свои любимчики. Я считаю, что один из них заслужил второй шанс. И ты когда-то хорошо его знала. Как насчёт сыграть в одну и ту же игру дважды?
– Не понимаю?
– Ты всё забыла, но не твоя душа. Души ничего и никогда не забывают. Я подарю тебе то, о чём ты не просишь, но что непременно изменит твою жизнь к лучшему.
– Может, лучше не надо? – искренне заволновалась я.
Он рассмеялся, а потом…
Потом я поняла, откуда свет. Яркий, ослепительный и невыносимый.
Он развернул огромные крылья, в которых каждое перо испускало столь же яркий свет, как солнышко на небе.
Этот свет ранил, словно разящие стрелы.
Меня опрокинуло на спину и поволокло с неистовой силою сквозь летящие тени с немыслимой скоростью.
Почувствовав, что падаю, я интуитивно попыталась ухватиться за что-то, чтобы удержаться и, открыв глаза, обнаружила, что лежу лицом вниз на каменной плите.
Рядом стояла Синтия, с нетерпеливым, жадным любопытством взирая на меня.
Чёрные свечи почти догорели.
– Ну что?.. – склонилась она ко мне ниже. – Видела что-нибудь?
Я выпрямилась, поднимаясь с алтаря.
– Да… кажется.
– Он встретил тебя? – глядела она на меня какими-то безумными, весёлыми глазами.
– Кто – он?
– Люцифер? Дьявол?
Прежде чем ответить, я смерила её долгим взглядом.
А потом пришлось признать очевидное:
– Кажется, да.
Глава 13. Альберт
День тянулся бесконечно. Когда работаешь он всегда так делает.
Я в очередной раз имел несчастье убедиться, что даже самый развитый мозг (а, я скромно продолжаю считать, что не только процессы метаболизма в организме Элленджайтов идут быстрее) должен получать специальное образование перед тем, как заняться чем-то серьёзным.
Терпеть не могу быть в чём-либо некомпетентным. Я всегда должен опережать своих оппонентов, своих работников, но, когда я посещаю офис, у меня формируется стойкое впечатление, что Калхаун и другие подчинённые знают в раз больше моего. Да, понятно, полуторавековой сон многое оправдывает, но с этим явно нужно что-то делать. Срочно.