Абсолютный враг
Шрифт:
На некоторое время наступила тишина, затем слово взял командир «Раптора» Нечаев:
— Исходя из предположения, что основной ударной силой флота противника являются крейсера класса «Разрушитель», вооруженные генераторами плазмы, бой будет происходить на коротких дистанциях, что в корне меняет традиционную тактику космического сражения, — произнес он.
— Почему? — Мищенко остановился напротив Нечаева.
— Применение стабилизированных сгустков плазмы эффективно на дистанциях от одной до двух световых секунд. Данные из системы Алексии подтверждают: боевые единицы флота механоформ после завершения гиперпространственного перехода немедленно начинают атакующий бросок, для максимального
— Еще мнения?
— В системе Алексия базовый корабль механоформ использовал энергетически невыгодную точку всплытия [40] , — высказался командир фрегата «Ворон». — Следовательно, организация засад, огневых заслонов или пространственное минирование вероятных точек гиперперехода выглядят малоэффективными. Делая ставку на группы мнемоников, осуществляющих мониторинг линий напряженности гиперсферы, мы получим информацию раннего оповещения всего за несколько секунд до события.
40
Точки гиперпространственного перехода в границах звездной системы делятся на два типа. Существует энергетически выгодная зона, где корабль затрачивает наименьшее количество энергии для выхода из гиперсферы. Однако установка мобильного гиперпривода позволяет осуществлять всплытие по произвольно избранным координатам, что сопровождается большими энергозатратами, но позволяет избежать заранее расставленных ловушек.
— Логично, — согласился адмирал. — Уничтожить противника в точках всплытия мы не успеваем. Для организации противодействия нам будет отпущено от нескольких секунд до минуты.
— Слишком мало, — произнес Нечаев. — Необходимо заранее подготовить оборонительное построение эскадры. Предлагаю сгруппировать фрегаты на минимально допустимой дистанции от крейсера. При появлении вражеского флота суммарной мощности наших генераторов защиты будет достаточно для отражения первого удара «Разрушителей».
— Но электромагнитные щиты в сочетании с активным искривлением метрики генераторами «Вуали», блокируют применение наших собственных вооружений! — возразил командир «Апостола».
— Выдержав первый удар, мы определим точный количественный и качественный состав флота противника, — возразил Нечаев. — Это позволит распределить цели между фрегатами и начать атаку на «Разрушители» прорывом через зону гравитационного искривления.
— Удар из-под щита? — оживился Мищенко.
— Предлагаю следующую схему контратаки, — подхватил мысль Нечаева Хайтон Хорс, командовавший «Вороном», — массированный ракетный запуск на первых секундах атакующего броска заставит механоформы принимать меры к противодействию. Они начнут выстраивать щит из кристаллов, — пусть им удастся перехватить большую часть реактивных снарядов, — не беда, мы продолжим сближение, сканируя сигнатуры подсистем кораблей противника. Нейтрализовать «Разрушители» можно следующим способом: мнемоники выявляют точки расположения управляющих генераторов кристаллического щита, фрегаты в движении ведут беглый огонь из гаусс-орудий главного калибра, уничтожая обнаруженные подсистемы противника; в итоге кристаллический щит теряет управляемость и становится препятствием для повторного залпа плазмогенераторов.
Мищенко кивнул, соглашаясь. Он понимал, что намечающийся план отличается множеством новаций, неизбежно вытекающих из особенностей строения кораблей противника, кроме того, «Воргейзу» в определенный момент времени отводится роль мишени, принимающей главный удар механоформ, но…
— Дальше? — Он посмотрел на Хорса.
— Фрегаты продолжают движение, ведя непрерывный
— В общих чертах план неплох, но требует тщательной проработки в деталях взаимодействия. — Мищенко включил тактический монитор. — Я предлагаю осуществить запуск «Стилетто» в первые секунды боя, чтобы штурмовики, закрывшись фантом-генераторами, вышли двумя группами выше и ниже плоскости эклиптики построения противника. Таким образом, они получат возможность внезапной атаки с выгодных курсов, для поражения силовых установок вражеских кораблей.
— А кто будет противодействовать атаке истребителей Роя? — поинтересовался командир «Апостола».
— Бортовые системы «Воргейза», — ответил адмирал. — Крейсеру придется сыграть роль главной мишени. Это не противоречит логике машин — они начнут атаку на наиболее крупную и опасную с их точки зрения цель. Задача фрегатов — не допустить повторного плазменного удара «Разрушителей». «Воргейз», после истощения ресурса накопителей энергии, отключит щиты, переходя к активной обороне. А теперь займемся деталями. Нужно продумать каждую мелочь и осуществить перестроение эскадры.
— Разрешите вопрос, Сергей Дмитриевич?
— Да? — Мищенко обернулся к Нечаеву.
— Есть данные о готовящейся атаке со стороны механоформ?
— Нет. Между нами и противником лежит пространство, подконтрольное диким Семьям цивилизации инсектов.
— В таком случае, перестроение эскадры будет преждевременным.
— Считаете, что потеря двенадцати «Сеятелей» прошла незамеченной со стороны механоформ? — Адмирал покачал головой. — Нет, я чувствую, они уже ищут нас, и попытаются нанести упреждающий удар. Продолжая разведку, мы попадем в заранее подготовленную ловушку. На мой взгляд, облегчать противнику задачу нет никакого смысла. Столкновение уже неизбежно, и лучше мы встретим их тут, заранее подготовившись, лишив механоформы преимуществ фактора внезапности.
Глава 7
Измотанная после напряженного боевого вылета, обеспокоенная внезапными событиями, произошедшими в виртуальном пространстве личной Вселенной, Инга, несмотря на усталость, долго не могла уснуть.
Ее жизнь внезапно и необратимо изменилась.
Она лежала без сна, глядя в низкий потолок каюты, и думала.
Невероятное, опустошающее бессилие навалилось в одно мгновение, подмяло рассудок, заставило взглянуть на события под иным углом.
Мнемоник не по призванию, но по факту рождения. Дочь кибрайкеров, унаследовавшая от родителей несвойственные обычному человеку нейросетевые структуры коры головного мозга, — кем на самом деле она является?
Инга часто и безответно задавала себе этот вопрос. Какое-то время ей казалось, что кошмар остался в прошлом, — бежав из академии астронавтики системы Элио буквально за несколько дней до выпускных экзаменов, она наглухо отгородилась от прошлого, заставила себя забыть, всё, чему ее учили.