Абсолютный враг
Шрифт:
— Нам надо поговорить, — с трудом произнесла Инга.
Ее отражение внезапно улыбнулось в ответ.
Жутковато.
— Хочешь спросить, откуда я возникла? Ведь в логре может существовать только одна матрица сознания, верно?
— Правильно.
— А ты подумай. Может, я фантом? Плод твоего воображения?
— Нет. — Инга присела на выпавший из стены прямоугольный бетонный блок. — Я только что пробовала… убрать тебя. Не получилось. Часть мощностей логра работает на генерацию твоей личности. Мы обе объективно
— И не могло получиться. Я более полный вариант твоей личности. — В голосе двойника появились злые нотки. — Разве ты помнишь те события, что происходят в моменты потери сознания?
— Не помню. — По спине Инги пробежал холодок.
— Я управляю «Стилетто», пока ты болтаешься в отключке, повиснув на страховочных ремнях. Я помню и знаю больше, чем ты. С каждым разом становлюсь сильнее.
— Хочешь захватить логр?
— А ты на моем месте, что сделала бы?
— Зачем?
— Глупый вопрос. Каждый хочет жить.
— Но мы с тобой — одно целое!
Ее отражение усмехнулось. На бледном лице отразились противоречивые эмоции.
— Нет. Мы не одно целое. Я исчезаю, когда тебе удается востребовать из логра данные, принадлежащие лишь мне. Но потом появляюсь вновь. Я живу. Умираю. Снова живу. Ты порождаешь и убиваешь меня. Мы разные. Ты не любишь сюда приходить. Я же постоянно тут.
У Инги закружилась голова.
Еще одна ловушка древних технологий, разработанных не под человека.
Ее отражение, двойник, можно называть как угодно, действительно, на краткие промежутки времени становилось самостоятельной личностью.
— Я понимаю. Все кончено. Ты вычислила меня.
— Нет! — Инга вдруг поняла, почему так произошло, откуда взялась изначальная устойчивая структура. — Я, наверное, виновата перед тобой. Ведь после первого посещения логра, после открывшихся тут воспоминаний я больше не посещала личную Вселенную, значит, и ты не взрослела, верно? А потом, после событий на Алексии, меня заставили обновлять данные. И ты…
— И я погибла. Но опять возродилась. И теперь меня снова убьют, уничтожив бракованный логр.
— Подожди. Не горячись. Мы…
Стены колониального форта вдруг начали таять.
Фигура ее двойника задрожала, подернулась рябью искажений.
— Я не хотела! — вскрикнула Инга, осознав, что произошло обновление данных — система логра совершила операцию совмещения двух матриц личности.
Поздно.
Только серая, безликая плоскость вокруг.
На общем построении ее ожидал еще один неприятный сюрприз.
— Инга Долматова, выйти из строя!
Она машинально подчинилась, сделала два шага вперед, застыв напротив адмирала Мищенко.
Он несколько секунд смотрел на нее, тяжело, исподлобья, затем негромко, но внятно спросил:
— Какой приказ вы получили перед преследованием модуля «Сеятель»?
Инга не отвела взгляда.
— Преследовать, обнаружить
— Именно, — сухо заметил адмирал. — Теперь поясните, на каком основании вы ослушались приказа, атаковали не только назначенную цель, но и базовый корабль механоформ, вынудив его к гиперпространственному прыжку?
Инга побледнела, но все же сумела совладать с эмоциями.
— Полученный приказ не учитывал вновь открывшихся факторов, — ответила она. — В системе, где осуществил всплытие модуль инопланетного корабля, шел бой… Нет не бой — истребление логриан и инсектов, — тут же поправилась она.
— В вашем понимании, галактлейтенант, один «Стилетто» в состоянии вести бой с кораблем крейсерского класса? В основе своего поступка вы не усматриваете логики самоубийства?
— Нет, — с вызовом ответил Инга. — Базовый корабль механоформ к моменту моего появления в системе, уже получил серьезные повреждения…
— Три десятка истребителей Роя, перезаряженные «Сеятелем», вы не приняли в расчет? — перебил ее Мищенко.
— Адмирал, я получила призыв о помощи! Там гибли миллионы разумных существ!
— Лейтенант Долматова, а сколько жертв среди населения сотен Обитаемых Миров могла бы спровоцировать ваша выходка, окажись в руках противника прототип «Стилетто»? Или вы считаете, что победителей не судят?
— Я считаю, что нельзя прикрываться дикими Семьями инсектов и космическими поселениями логриан, как щитом, закрывать глаза на их жертвы, проводить локальные акции, не реагируя на призывы о помощи! — с возмущением ответила Инга.
В следующий момент она позволила себе несомненную дерзость.
Мгновенным ошеломляющим прикосновением она не разрушила мнемоническую защиту адмирала, но проникла сквозь незримый полог, выплеснув в рассудок Мищенко то невыносимое ощущение отчаяния миллиардов существ, находящихся на краю гибели, которое вторглось в ее сознание в критический момент боя.
Могла ли я уйти, адмирал?
Сергей Дмитриевич побледнел, со стороны было видно, что он невольно вздрогнул и лишь невероятным усилием воли сохранил бесстрастное выражение лица.
— Ваша позиция понятна, галактлейтенант. — Адмирал Мищенко несколько секунд смотрел на нее, затем обернулся к командиру «Апостола». — Капитан, требую разобраться и доложить о принятом решении. Рекомендую временно отстранить галактлейтенанта Долматову от боевых вылетов.
Глава 4
Неизвестная точка пространства…
Над окраиной Ржавой Равнины в распадках между холмами плавали пласты утреннего тумана.