Абсолют

Кушнир Семён Александрович

Адам нашел Арма на складе. Профессор пытался соорудить какой-то незнакомый прибор.

— Джойс Арм, что вы делаете на складе?

Арм испуганно спрятал прибор за спину.

— Просто осматриваюсь. А что, мне запрещено даже осматривать помещение?

— Это архиватор памяти?

— Нет. Он мне не нужен. — глаза Арма забегали, на виске появились капли пота.

— Лучше расскажите мне, как он действует. Если я использую его на вас, не зная принципа его работы, для вас это может кончиться плачевно.

— Я могу просто тебе его не отдавать.

— А я могу превратить вот эту деталь в копье, и отобрать прибор у вас силой.

— Не сможешь. Ты забыл, как использовать возможности своей ауры, и только поэтому ты ещё жив.

— Что вы хотите этим сказать?

— Я дважды спасал тебе жизнь, когда использовал обычное

успокоительное. У тебя нестандартная реакция на такой препарат — он вызывает приступ амнезии. Подобное случалось дважды — первый раз, когда мы встретились, и второй — уже после приезда в «Абсолют». Я устал врать, устал скрывать правду, мне уже плевать, что случится, если ты узнаешь эту правду, просто расскажу тебе, как ты очутился в моём фургоне. Это случилось за пять месяцев до нашего путешествия в «Абсолют». Я как раз получил приказ уничтожить прототип серии Е-441, номер 01. Я не хотел уничтожать детище Елены, но ослушаться приказа «L» означало одно — умереть. Как ты, наверное, уже понял, Е-441 разрабатывались здесь, в институте «Абсолют». В той самой зале за винтовой лестницей. Итак, когда я вошел туда, я уже собирался начать откачку оркадиевой плазмы [2] , как в центре лаборатории прямо из воздуха возник светящийся шар. Когда шар лопнул, на полу оказался окровавленный ты, на руках держащий девочку. Обоим вам с виду было лет по пять. Уже позднее я узнал, что девочку звали — Лейси Суркова. Твоя правая рука постоянно меняла форму, а пол вокруг из титанового становился то золотым, то оркадиевым, то ещё чёрт знает каким. Я дико испугался и достал солметр — обе ваши ауры обозначались пятёркой. Я такого никогда не видел, ты нёс какой-то бред об институте исследования ауры, о будущем, о прошлом, о минеральном конфликте… Я дал тебе успокоительное, и ты потерял создание. Так как я всё-таки хирург, я заметил сразу, что травма девчонки не совместима с жизнью. Я решился на последнюю в своей карьере хирурга операцию — операцию, шансы на успех которой практически были равны нулю. Никогда и никому до этого не удавалась эта операция.

2

— специальная жидкость, получаемая путём плавки Оркадия при температуре примерно 565 по Цельсию. При охлаждении до 37 градусов не застывает, однако уже при 36,9 начинает твердеть. Использовалась лабораторией «L» при создании киборгов (фант.).

— Пересадка ауры?

— Верно. Я попытался пересадить ауру Лейси в прототип серии Е-441. И мне это удалось.

Арм присел на гору железных трубок, и закурил. Адам молча стоял, переваривая услышанное.

— Да, я пересадил ауру Лейси в прототип. А потом наука кончилась, и началась дьявольщина. Для начала у чёртового прототипа отросли розовые волосы. Потом изменилась форма лица. Машина, изначально мало похожая на человека, поскольку на прототип не натягивалась искусственная кожа и прочее, приняла вид Лейси. Но что-то всё-таки прошло не так. После операции прототип… Лейси… Нет, Ева, стала вести себя так, как будто на самом деле следует заложенной в неё программе. Все воспоминания были утеряны, аура стала отмечаться солметром как «нулевая». Она отвечала на вопросы, как машина, мыслила, как машина, считала, как машина… Хотя, с другой стороны, откуда, чёрт побери, мне знать, что творится в её голове?

Арм невесело усмехнулся, выкинул окурок, и закурил вторую сигарету. Адам всё еще стоял и молчал. Он не мог поверить в рассказ профессора. Теперь он понял чувства Яна, и его фразу: «Верю и не верю». Своим чутьём он понимал, что профессор говорит правду, но разум кричал: «Ложь, невозможно! Этого не может быть!»

Арм снова усмехнулся, и продолжил рассказ:

— Передо мной встала большая проблема. С одной стороны, я был рад, что смог сохранить детище и смысл жизни Лены, с другой, я боялся «L». Я доложил о том, что уничтожил прототип, однако мне не поверили, и стали проверять меня со всех сторон. Разумеется, прототип они не нашли, да и не могли найти. Через пару лет после этого я принимал участие в очередном опыте «L», опыте с недоделанным прибором Елены — Эволюционатором Ауры. Помню как сейчас, когда я увидел испытуемых, мне показалось, что у меня внутри разорвалась термоядерная бомба… В числе прочих детей с четвертой аурой, там была ваша парочка. Ты и Лейси. В возрасте пятилетних детей, а не семилетних, которые в этот момент находились у меня дома. В этот момент я осознал, что интуиция не подвела меня тогда,

когда я решил не показывать вас «L». Вспомнив о ваших травмах при появлении, я выкрал ещё несколько детей которых охраняли меньше, чем остальных, и увёз в своём фургоне. Примерно через час после старта за моей спиной так жахнуло, что фургон отбросило взрывной волной, и он сделал пару раз сальто-мортале в воздухе. Дальше — проще. Так как с фантазией у меня плоховато, я просто взял отдельные черты характера или особенности их способностей-«четвёрок» и зашифровал на различных языках. В то же время я понял, что делать с тобой и Евой. Твоего настоящего имени я не знал, и в честь того, что ты был первым в моей жизни человеком, чью ауру солметр определил как «пятую», я взял имя Адам из иудейской мифологии, и приплёл к нему фамилию на иврите, ныне мёртвом языке, — Эхад. После чего я попросту поменял ударение в твоих инициалах, так ты стал «Адам Эхад». Однако, как помнишь, Алексей всё равно догадался.

Арм продолжал выкуривать сигарету за сигаретой, Адам молча слушал.

— Как я уже говорил, с фантазией у меня слабовато, а на тот момент придумывать что-то ещё более оригинальное просто не было времени. Поэтому бывшая Лейси, а ныне прототип, стала Евой Ич. Еву я взял из христианской мифологии, после чего приписал к ней Ич — на древне-японском это цифра «один». Так монстр и робот с аурой начали свою жизнь студентов. Ха-ха-ха, не находишь, что это забавно?

Адам ничего забавного в этом рассказе не находил, и спросил:

— Как использовать мою способность изменять частицы?

— А мне-то откуда знать? Способности обычных четвёрок работают по принципу воображения, представил — воплотил в реальность. Ты же — не четвёрка, и твои странные способности меня попросту пугают. Ты можешь изменять любые элементы, создавая даже новые, судя по тому «полу», что ты создавал при нашей первой встрече. В числе прочих там были такие минералы и металлы, которые даже с виду мне просто не известны. Я не знаю, как работает твоя способность, и не советую тебе её использовать.

— Почему же?

— А потому, что каждый раз, когда я наблюдал твои способности, их разрушительная сила, во-первых, была огромна, а во-вторых, ты отрубался, и каждый раз рисковал своей жизнью. Судя по всему, твоя аура выходит из-под контроля, и вот тогда просыпается тот монстр, что в тебе спит.

— Какие способности у остальных «четвёрок»?

— Джон Контролла может контролировать движения того, кому посмотрит в глаза. Эффект сохраняется даже после прерывания контакта, но одновременно контролировать он может только одного человека. Радиус примерно два метра. Огреата может понижать температуру вокруг себя до минус семидесяти по Цельсию, радиус — примерно метр. Способности остальных пока не проявились, но на этих примерах ты видишь, что их способности в сравнении с твоими примерно таковы, как если бы мы сравнивали Эйфелеву башню с пирамидкой из кубиков.

— Чёрт, если бы я мог управляться со своей аурой, у меня был бы сильный козырь в рукаве…

— Если бы ты мог использовать все возможности своей ауры, ты был бы бесконечно опасен. Опять же, сравнивая, ты был бы котом в огромном вольере с мышами.

— Бывает, что и мыши загрызают кота.

— Ты прекрасно понял смысл моей аллегории, не передёргивай.

— Сейчас я не передёргиваю. У нас слишком серьёзный противник, чтобы пренебрегать козырями типа сверхчеловека!

— Не слишком себя превозносишь? Может быть, не сверхчеловека, а монстра?

— Вот с этим я уже разберусь как-нибудь сам. Спасибо за рассказ.

Адам вышел из комнаты, в то время как Арм остался сидеть на железных трубках, уронив голову на ладони.

Адам Эхад шёл по коридору, направляясь к комнате номер семнадцать, где тренировались под руководством Евы члены «отряда номер один». Настало время для второго хода. Нет времени ждать. Противник слишком опасен, чтобы вести честную игру.

Уже у комнаты его поймал Ян.

— Пошли в офис. Есть срочный разговор.

== Глава 9 ==

— К чему такая срочность?

— За нами следят.

— Как ты узнал?

— Я видел мужчину через основной канал камер слежения, тот, что установили мы. Он подключился к старому каналу, видимо, полагая, что рано или поздно те камеры нас засекут. Всё как ты предполагал, Адам.

— Понятно. Ты сфотографировал его?

— Да, вот фото. — Ян протянул Адаму фотографию, тот взглянул на неё и расхохотался.

— Что смешного ты нашел в этой фотографии?