Абсолют. Время решений

– Как обстоят дела с нашим Алан'Ивур? – спросил Верховный Иерарх Виктус у Экона. – С подготовкой нового мира к освоению я совсем упустил нить событий.

– Мне с ними удалось связаться. Рунные маги оказались очень толковыми ребятами. После уничтожения Акхорном алтаря и кристаллов связи гном Линни смог создать и начертить руны, позволяющие общаться между нашими мирами без алтарей. На это, правда, уходит очень много сил, но ребята очень сильно выросли в своих способностях. Наши Наблюдающие к этому приложили

руку конечно, но и старания наших подданных нужно отметить.

– А ты сам не пробовал наладить связь, чтобы мы не зависели от рунных магов Алан'Ивура?

– Пробовал. Но пояс Абсолюта там настолько плотный, что мне бы понадобились горы магикума, чтобы наладить независимую связь. А о возможности переправлять между мирами вещи и людей вообще не хочу говорить. Только с помощью Линни и Тириэля нам это удастся сделать. И то лет через сто.

– Что слышно об Акхорне? Есть новости о пропавшем магикуме? – спросил Виктус, пригубив кубок с нектаром.

– Нам удалось поговорить максимум четверть клепсидры. Многого я еще не знаю. Что касается Акхорна, то он пропал. После смерти Мэнэлтора и Лидии Акхорн покинул мое поместье. Где он, что с ним, никто не знает.

– Зато он знает, где находится тот магикум, который он не отправил на Родос, - зло сказал Верховный Иерарх. – Мне до глубины души обидно было оправдываться перед Советом Иерархов. Из наших Наблюдающих остались Иггон, МакКус и Рэмиус, все верно? – получив подтверждающий кивок, Виктус продолжил. – Необходимо чтобы они усилили поиски этих запасов магикума. Как только ты сможешь настроить Переход, его нужно доставить на Родос.

– Неужели ты думаешь, что Акхорн позволит это сделать? – тихо спросил Экон.

– Я не буду спрашивать его разрешения! – рявкнул Виктус. – Этого мальчишку вообще нужно отправить в вечное забвение за этот проступок! Ты же знаешь, как скверно обстоят дела с магикумом у нас. Потребность в нем постоянно растет. Поставки из других миров мизерные. На Алан'Ивуре запасы его все-таки были приличные. Когда у тебя следующее общение с Наблюдающими будет?

– Только с Иггоном. Остальные находятся далеко от места, где Линни начертал руны связи. Через три дня договорились связаться с ними. Время общения – пол-клепсидры, а то и того меньше. Их возможности пока…

– Я помню, - раздраженно сказал Виктус. – Я хочу присутствовать при вашем разговоре. Хочу кое-что обсудить с Иггоном. Он из свиты Зэбба, если мне память не изменяет? – получив подтверждающий кивок Экона, продолжил. – Позовешь меня, когда нужно будет с ним связываться.

Гном сидел на полу большой комнаты и стучал маленьким молотком по металлической конструкции, что-то поправляя в ней. Сама конструкция представляла собой большую руну, выкованную из железа с добавлением золота, серебра и еще каких-то металлов, расположенных в строгом порядке. По углам руны в специальных выемках стояли драгоценные камни различных размеров. Рядом сидел пожилой гном и что-то записывал в толстую книгу, периодически

бросая взгляд то на руны, то на своего родича.

– Когда закончите возиться с этой руной, Линни? Нам завтра вызывать Родос нужно будет, а ты тут расселся и продолжаешь стучать своими молоточками, – спросил вошедший светлый альв с разноцветными глазами и матово бледной правой частью лица.

– Скоро, - пробурчал тот, - сейчас закончу поправлять вставку с магикумом, и можем ее проверять. Ты бы, Тириэль, еще раз прошелся по всем узлам этой руны.

– Успокойся. Она проверена-перепроверена сотни раз. Магистр проверял ее трижды. Так что успокойся. Старина Экон будет гордиться тем, что вложил в правильные головы правильные знания. Бодрик, ты все записал? – обратился Тириэль к пожилому гному.

– Все, - ответил тот.

Линни удовлетворенно крякнул и встал с маленького стула, на котором работал над руной.

– Это да. Когда Акхорн разрушил алтари, я с ума сходил. Ведь столько еще не узнали от Экона. Думал – все, разъедемся по своим городам, будем и дальше заниматься тем, чем занимались до приезда сюда.

– Ага. Нас проще уничтожить было бы магистру, чем позволить расползтись по своим норам, - хмыкнул Тириэль. – А кто бы тут все отстраивал после погрома магистров? Кто занимался бы Тихой рощей?

– Ну, допустим, Фела и Диану магистр отпустил, - возразил гном. – А по поводу рощи, тут ты прав. Досталось ей конечно сильно. Никогда б не поверил, что кто-то способен ей нанести такой вред. Но ничего ведь, выстояла.

– Благодаря кентаврам и нам, альвам, она и выстояла. Темные, конечно, тоже внесли свой вклад, да и то только благодаря магистру.

– Попробовали б не внести, - зло сказал Линни. – Я бы им ноги повырывал. Бодрик, можешь идти. Сегодня ничего интересного уже не будет в плане магии, - гном кивнул и тихо вышел из комнаты.

– Ты после удара Лидии на своих то ногах едва держался, куда уж тебе с темными егерями было тягаться, - улыбнулся Тириэль, дождавшись, когда за Бодриком закрылась дверь. – А потом еще до самого лета ты в себя приходил.

– Ну хватит уже мне об этом повторять, - разозлился Линни, хватая свою бороду в кулак, что было явным признаком его озлобленности. Гномы вообще плохо переносили упоминание об их каких-то слабостях. Только родичам такое и прощали, а тут какой-то длинноухий такое себе позволяет. – Если бы по тебе она прошлась, твои кости бы уже давно б ушли на удобрение Тихой рощи.

– Не кипятись, пожалуйста, - миролюбиво сказал Тириэль. – У нас скоро занятие с юными магами. Не хватало, чтобы ты на них свою озлобленность сейчас выплеснул. Давай я тебе нектара с вином смешаю, в знак своего раскаяния.

– Ты продолжаешь нектар делать? – удивился Линни. – Магистр же запретил альвам этим заниматься. Вы же убиваете свою возможность детишек делать.

– Я поговорил об этом с Иггоном. Мне дети уже ни к чему. Пусть мои родичи в Серебряном лесу пекутся о продолжении рода. Я решил посвятить себя Абсолюту, магии, нашей школе.