Аберрант. Истоки

Шунатов Артем Олегович

– Есть те, кто мог бы что нибудь про него сказать? – допытывается Ортега.

Краузе задумывается и уходит в аудиторский склад. Затем возвращается с папкой.

– Вот! Здесь номера учеников, с кем учился и дружил Блейм! – он протягивает Ортеге истрепанный документ.

– Благодарю вас! Мастер! – отвешивает

поклон Ортега.

– Удачи вам, господин Искариот! Про учебу не забывайте! – говорит он и снова возвращается к письменной рутине.

Ортега вышел в холл довольный. А все таки не такой противный этот Краузе! Нормальный старичок!

И начал он изучать номера друзей Блейма. В итоге номеров сохранившихся оказалось четыре.

Первый Алан Дракос. Набирает номер на пейджере. Номер вне связи! Ладно облом!

Второй Плейт Дварр ( еще один Дварр). Нормального разговора не вышло. На звонок ответил Дед Плейта, который рассказал, что его долбанутый внучара, влез в долги, распродал почти все имущество и в итоге сбросился с крыши их же семейного небоскреба! А он остался с голой жопой, испорченными нервами и кучей неоплаченных счетов.

Третий – Афина Тлань. Здесь тоже была неудача. Ответила ее дочь, сказав что мать попала в аварию несколько лет назад и потеряла память.

Остался последний.

Мэлоун Дормон. Волнительно, Ортега нажал на вызов.

– Да? – раздался мужской спокойный голос.

– Мэлоун Дормон? – на всякий случай спросил Ортега.

– Да, это я! А, с кем имею честь разговаривать? – отозвался голос.

– Я Ортега Искариот! Хочу спросить у вас про Блейма Ландвера! –

– О! Блейми! Он умер давно уже! – тяжело вздохнул голос.

– Я как раз расследую его убийство! – пояснил Ортега.

– Вот как! Что конкретно вы хотите знать? – голос однако оживился.

– Да все угодно! – выпалил Ортега.

– Нужна конкретика, если хотите по настоящему найти истину! Я тоже уверен, что это было убийство! В планах вешаться у Блейми не было! Я то знаю! За три года до смерти он связался с каким

то важным богатым аристократом! Не знаю, что за делу у них были, но Блейми был настоящим сексуальным хищником и любителем вдохнуть звездную пыль, правда потом он подсел на морфий! Семья ненавидела Блейми, а тот аристократ купил ему личные апартаменты, книги и вернул в Академию! Этот богач определенно желал добра Блейми. В день смерти, Блейми был вне себя от радости, он с помощью махинаций выбил у семьи все сбережения, закупил множество звездной пыли, психостимуляторов, ящики с лучшей крепкой огненной медовухой и снял комнату в нашем лупанарии аж до самой ночи, развлекаясь с десятком жриц любви! Поздно ночью, за пару часов до трагедии, он позвонил мне и предложил выпить. Я отказался, а он пожелал приятных снов, направился из публичного дома к себе. Он обещал позвонить как доберется, я ждал почти до утра. А затем узнал про его смерть. Если хотите больше об этом узнать, то отправляйтесь в Пролетарский Огонь, в лупанарий "Стальной жезл"! Учитывая что он там часто бывал и одаривал всех, может и вспомнят его жрицы любви! – голос закончил.

– Благодарю! – сказал Ортега.

– Всегда пожалуйста! Звони, если что! – попрощался голос и связь оборвалась.

Вот это поворот! Значит придется посетить публичный дом клана Лютер! Делать нечего, коль хотим докопаться до правды.

Ортега мигом направился в метро.

Проезжая несколько станций, он снова погрузился в размышления, про эти слухи, в которых фигурируют мутанты из секретных правительственных биолабораторий....

Так он и доехал до Пролетарского Огня.

Приехав в знакомый район, Ортега сразу узнает и лавку ювелира и....

Ну конечно! Снова на этом стремном пирсе рыбачил протохват.

Завидев Ортегу, он радостно помахал ему лапкой – Мур! Господин! –

Ортега тоже помахал ему рукой и полез в карман за деньгами.

– На, лови! – сказал он и кинул протохвату до ста сребра.

Протохват ловко поймал и тут же отвесил низкий поклон.

А теперь лупанарий! Публичный дом возвышался на самом краю района, замыкая собой районный тупик.

Выглядел он как обычный феодальный особняк, только модернизованный и электризованный.

Ортега вошел в него, хотя ему непривычно было в подобном заведении.

Изнутри пестрило довольно яркое убранство – на полу шикарный расписной ковер, на стенах узорные обои, картины, в воздухе клубился аромат сладких благовоний.

По среди зала возвышалась шикарная мраморная лестница со статуями мифических существ, которые выделялись своими хорошо сделанными половыми органами.