А. з.
Шрифт:
— Так он и поверит.
Олег посмотрел на Андрея украдкой. На бледном лице веснушки казались выпуклыми. Тонкие губы нервно подрагивают. Глаза как солнечные зайчики — туда-сюда, туда-сюда. Знать бы, чего он боится больше: предстоящего разговора со строгим родителем или непривычной тишины, от которой закладывает уши.
Повинуясь отцовскому инстинкту — успокоить и поддержать ребёнка, — Олег обнял Андрея за угловатые плечи:
— Нога болит?
— Нет.
— Повязка не туго?
— Нет.
— Хочешь чего-нибудь
— Пожуём на обратной дороге. — Андрей улыбнулся. — Спасибо, дядя Олег.
— Тогда терпи до машины. Твоя мама собрала тормозок, а я забыл в багажнике. Наверняка твои любимые пирожки.
Андрей беззвучно посмеялся, бегая глазами по зарослям. Заметив мелькнувшую куртку Максима, облегчённо выдохнул:
— Что он ищет?
— Свои метки.
— Думаете, найдёт?
— Пусть ищет.
— А как же футбол?
Олег покачал головой:
— Плевать на футбол. Не хочу снова сюда ехать. Он парень упёртый, просто так не успокоится. Если ничего не найдёт, опять потянет меня с собой. История на самом деле запутанная.
— Злости не хватает! — выпалил Андрей.
— На Максима?
— На Стрекозу. Ведь понятно же, что врёт. А диспетчер его покрывает: изменил в журнале время выхода на связь. Не мог Максим за две минуты отлупасить пилота, дойти сюда, свалиться в овраг, перепутать склоны, пойти не в ту сторону, сообразить, что идёт не туда, и вернуться. Тут явно какая-то подлянка.
Олег хлопнул ладонью себя по лбу:
— Твою ж дивизию! Надо было время засечь! Сейчас засеку, потом прикинем навскидку. — Засучил рукав. Посмотрев на часы, присвистнул. — Ну надо же, стоят.
— Батарейка села, — предположил Андрей, наблюдая за Максимом.
— Да нет же. Механические.
Андрей взглянул на часы Олега:
— Старьё.
— Память об отце.
— А ну-ка, ну-ка! — Андрей провёл пальцем по стеклу с едва заметной трещинкой. — Отличные часы! Не разглядел сразу. Я бы такие тоже носил.
Олег шутливо щёлкнул его по носу:
— Хамелеон. Я и сам знаю, что старьё. Выбросить жалко.
Андрей достал из кармана мобильный:
— Половина второго. — Сверился с часами Олега. — У вас тоже половина второго. Минута в минуту. А! Понял! Секундная стрелка залипает. Отдайте в ремонт, пусть механизм почистят.
— Ну что, мужики, пошли? — проговорил Максим, возникнув из зарослей.
— Неужели нашёл? — удивился Олег.
— Первая метка на коряге. — Максим указал в гущу леса. — Там вторая. За ней третья. Все на одной линии. Это подтверждает твою догадку, Андрюха. Я перепутал склоны из-за тумана.
Андрей свёл белёсые брови:
— Не понял. Как связаны метки с туманом?
— Когда плохая видимость, я ставлю на стволах засечки и не меняю направление. Если есть засечки и все они на одной линии, значит, был туман. Компас здесь тоже не работает, поэтому идём прямо и никуда не сворачиваем.
Максим шёл уверенным размашистым
— Вот шпарит! — пробубнил Андрей. — И даже метки не ищет.
— Он же сказал: надо идти прямо.
— Вы слышали о «фокусе правой ноги»?
Олег недовольно крякнул:
— Не начинай.
— Один шаг всегда короче другого. Вот почему люди, которые заблудились в лесу, ходят по кругу. Неспособность человека держаться прямого направления объясняется несимметричным строением тела. Человек делает одной ногой шаг шире, лодочник гребёт одной рукой сильнее. А теперь добавьте плохую видимость. И куда этот лодочник догребёт?
— Помолчи, — простонал Олег.
— Ему только кажется, что он идёт прямо, — прошептал Андрей, неотрывно глядя Максиму в спину. — Компас не работает, карте верить нельзя, связи нет. Мне страшно. А вам?
Олег взял его под руку:
— Хочешь расскажу, как мы с ним познакомились?
— Спрашиваете. Конечно хочу!
— Я провалился в заброшенную штольню.
— Как это?
— А вот так, — усмехнулся Олег. — Приехал в деревню мать проведать. Места там грибные. Решил насобирать, чтобы мама в печи посушила. Взял корзину, взял рюкзак и пошёл. Когда начало смеркаться, пошёл обратно. И ухнул в яму. Корзинку выронил, когда за куст хватался. Упал навзничь, аккурат на рюкзак. Если бы не грибы в рюкзаке, убился бы насмерть. Спину сильно зашиб, пару рёбер сломал. Кричать не могу, карабкаться наверх не могу. Меня нашли на третий день.
Андрей посмотрел на Олега с восторгом:
— Ничё себе!
— Знаешь, кто нашёл?
— Максим!
Тот оглянулся:
— Чего?
— Ничего-ничего, — произнёс Олег. — Мы просто болтаем. — Притянул Андрея к себе и продолжил: — Представь: вокруг чащоба дремучая, ни полянки, ни просвета. А он разглядел с вертолёта чёрную дыру в земле и рядом корзину. Лежу я в штольне и слышу: вертолёт пролетел, вернулся. И кружит, кружит. Тогда я понял, что меня найдут.
— Вот так история! — воскликнул Андрей. — Я думал, такое бывает только в кино. — Посмотрел по сторонам. — Дядя Олег… а лес-то другой.
Вокруг папоротники. Искривлённые стволы деревьев покрыты лишайниками, как коростой. С ветвей лохмотьями свисала паутина. Кустарники походили на гигантских ежей. Под ногами пружинил порыжелый мох.
Максим сбавил шаг. Потом пошёл ещё медленнее и остановился. Олег и Андрей сровнялись с ним и увидели почерневший штакетник с закрытой калиткой. Ограда соединяла два засохших дерева и словно выходила из толстых стволов. Крайние штакетины калитки и забора скреплял ржавый хомут.
— Был здесь? — обратился Олег к Максиму.