А всё начиналось так
Шрифт:
— Вия!!! — радостно воскликнул Фрид из глубины колонны и понёсся на меня, сметая все препятствия на пути. — Очнулась, тварь сопящая! — от избытка чувств он слишком сильно сжал мои рёбра, из-за чего те затрещали.
— Отпусти, козёл, раздавишь! — прохрипела на остатках воздуха.
— А и раздавлю! Чтобы неповадно было, — буркнул он, отпуская.
Я начала судорожно хватать воздух ртом. Решила, что всё закончилось, но не тут-то было!
— Вия? — вперёд вышел демон, и встреча с обнимашками повторилась с тем лишь отличием, что меня поцеловали.
— Как ты? — спросил он заботливо. С ответом нашлась не сразу.
— Жить буду. Но ног всё равно не чувствую, — вздохнув поприскорбнее, я повалилась на тележку, которая мерно покачивалась в такт шагам везущего её солдата. Я и не заметила, что мы уже двинулись. А всё от того, что я задницу не чувствую.
— Мда... Жаль, что тебя скоро в тыл определят, ты хороший солдат, — вздохнул лейтенант. И мы все разом взгрустнули. — Алиморхег, Фридер, вернитесь к своим взводам, — приказал он. Парни нехотя подчинились. Потом лейтенант снова повернулся ко мне со словами: — Скоро будет привал. Если захочешь что-то узнать, отправь вестового — прийду, — и потопал к началу колонны.
Я же развернулась к своим орлам, что успели прийти в чувство. Впереди, то есть позади, замоячил Моряк. Его-то я и позвала:
— Моряк! Подь сюды!
— Есть! — он мигом подбежал и зашагал рядом с моей коляской, вопросительно косясь на меня.
— Моряк, доложи обстановку, — я устало прикрыла глаза. А потом, вспомнив, попросила: — И скажи, пожалуйста, почему меня шугаются.
Моряк смущённо кашлянул в кулак, словно не решаясь сказать. Или пытался выйграть время, чтобы всё приукрасить, что было более вероятным.
— Говори, как есть, — нетерпеливо подтолкнула его. Он вздохнул.
— Дарт Вия, у вас зрачки красным горят, — выпалил он на одном дыхании. — И находиться с вами рядом вообще жутко, словно сама Смерть смотрит вашими глазами... Кхм... Простите, дарт, — спохватился он, увидев моё прекошенное лицо.
— Ничего, всё нормально.
«Блин, да какое "нормально"?! Вия, это конец!!!» — завопила Эйя.
«Ты теперь не страшила, ты теперь — пугало, от слова "пугать", — печально вздохнула Етик. — Теперь вряд ли кто будет с тобой веселиться, в воздухе будет витать напряжение.»
«Захлопнитесь, — приказала. — И без вас тошно.»
«Бе-бе-бе»,— пробурчала веселушка, но больше не проронила ни слова, как и Эйя.
— Доладывай дальше, Моряк.
— После того, как вы, дарт, потеряли сознание, к нам подтянулся третий взвод. Дарты Алиморхег и Фридер разделили наш взвод: десятки Рима и Арта отошли под командование к дарту Фридеру, а остальные — к дарту Алиморхегу. Разделившись, мы зачистили часть подземелий. Вас оставили наверху под охраной зомби. После зачистки мы вернулись к основному лагерю, где вы и очнулись. А когда вы ушли в себя, дарту Чартисону пришёл приказ от главнокомандующего силами РК о... Твою мать! С*ка, б***ь!!! — вскрикнул Моряк, споткнувшись о так неудачно подвернувшийся булыжник, прервав свою размеренную речь. Но вспышка продлилась недолго и уже через минуту он спокойно продолжил: — Просите, дарт. Так вот, дарту Чартисону пришёл приказ о нашей мобилизации к границе под командование тамошнего генерала дарта Вейда.
— Угу... Спасибо, можешь быть свободным, — и не обращая больше внимания на своего друга,
«Как вам ситуация?» — спросила, глядя в небо. Сегодня было на удивление душно, небо закрыли бело-серые тучи, сквозь которые едва можно было разобрать силуэт солнца. "Дождь в ближайшее время навряд ли начнётся".
Справа и слева от дороги тянулся густой лес, непроходимая чаща, ещё один Эльфийский лес, жители которого, как и остальные их сородичи (Церит не в счёт) погибли во времена Войн Сил. Но эльфы этого леса, в отличие от их сородичей, обитавших близ столицы РК, не экспериментировали над животными, полагаясь лишь на силы своих стражей. Зато у ни в питомцах ходили вайлиски — полуразумные крупные животные, похожие на змей с тёмно-зелёной чешуёй. Верные своим хозяевам, как собаки, лучшие охранники в таких условиях. Убить их крайне сложно, только вонзив меч из серебра в верхнее нёбо, достав до мозга. Их яд смертелен для живых, а жало на кончике хвоста, прятавшееся в складках кожи, мгновенно парализует врага. Они невосприимчивы ни к какой магии, их чешуя неуязвима для любого оружия, чем очень ценилась оружейниками. Ей уступала даже гномья сталь, которую, судя по моему личному опыту, всё же можно было повредить. К сожалению, эти животные ушли в мир иной вместе со своими хозяинами. Ведь связь между эльфом и вайлиском, скреплённая на крови (а создавалась она при рождении эльфёнка и вайлиска, который сам выбирал себе хозяина), была нерушима, сильнее связи близнецов. И один из связки слишком остро реагировал на гибель другого, уходя за ним к Ялиме.
Лес показался мне мёртвым, в нём не щебетали птицы, не бегали животные, лишь шелестела листва дубов и берёз, да покачивались вершушки сосен и елей. Странное давящее чувство опустошённости...
«Подумать надо», — задумалась Эйя над моим вопросом.
«А что тут думать? — весело спросила Етик. — Будем встречать врага у ворот дома.»
«Ага, — Эйя вздохнула. — Но мне не нравится то, что город удалось так легко вернуть. Что-то тут не чисто...»
«Вот и я так думаю, — мысленно вздохнула, соглашаясь со своей снобистостью. — Такое ощущение, что те разведчики были не от солдат в городе, а от другого лагеря. Словно нас проверяли.»
«Тьфу! — Етик возмущённо сплюнула. — Всё вам неймётся найти везде подвох! Мало вам того, что город вернули? Так вам ещё и злодейские планы подавай!» — совсем уж разверещалась девушка.
«Харэ волну гнать, — сказала примирительно. — Просто слишком просто всё. Не нравится мне это.»
Закрыв глаза, я представила себя в небольшой комнате с тремя креслами, стоящими у вершин равностороннего треугольника. На маленьком круглом столике на витой ножке между ними стоял канделябр. Огонь свечей был необычного насыщенного синего цвета, придавая воображаемому месту некую зловещность.
Усевшись в одно из кресел, закинув голень левой на бедро правой ноги, а запястья свесив с подлокотников, я представила, что рядом устроились Эйя и Етик.
Буквально через мгновение слева от меня материализовалась высокая статная блондинка, очень похожая на меня, но с другими манерами — мечта тёти, идеальная леди. Волосы были собраны в аккуратный хвостик, завиты, одна порядка кокетливо спускалась справа на грудь, глаза подведены, губы накрашены. Одета она была в изумрудное платье с квадратным вырезом, с золотистой вязью по краям, тёмным корсетом и в золотистых лодочках на высоком каблуке. Сидела, закинув одну ногу на другую, опираясь левым локтем на подлокотник. Холодными глазами она внимательно рассматривала бокал рубинового вина в своей изящной ручке с аккуратным маникюром. Эйя. Всё, что вложила в меня тётя.