А смерть подождет
Шрифт:
— Сирина… — настороженно протянул ледяной маг, поднимаясь со стула. Запах озона окатил меня с головой, а по коже прошлись сотни маленьких морозных иголочек.
— Хватит! — вырвалось у меня, и я резко вскочила со стула, из-за чего тот отшатнулся и с грохотом упал на пол. — Не собираюсь я никого убивать, на мне наритэн! — звон от голоса затих, и комната погрузилась в полнейшую тишину, нарушаемую лишь моим тяжелым дыханием. Я поджала губы, опуская глаза — начинали надоедать такие явные взрывы в своем настроении. — Я буду у себя в комнате, — сдавленно прошептала я и вышла из зала.
Надо
***
— Карри! — шепотом закричала я, стараясь, чтобы мои странные друзья, сидящие на первом этаже, не услышали моего голоса, и перегнулась через окно. Мой не менее странный знакомый, разговаривающий с каким-то неизвестным мне эльфом, оглянулся, не в силах понять, откуда исходит голос, и не кажется ли ему это. — Граф Карратомисиэль де Уорк, наверх посмотри, дубина!
Нет, я всегда была вежливой девушкой, которой даже в голову не может прийти мысль о грубости к старшему по положению, но Карри… это же Карри, а не какой-то там король! Или брат короля, не менее вредный и противный.
Эльф поднял голову и, приметив меня в окне, широко улыбнулся.
— Прыгай, — рассмеялся он, а я в панике зашикала на него, опасаясь, что этот громогласный хохот может услышать кто-то из моей многочисленной дружественной компании. Карри почему-то сразу понял, что я имела ввиду своим гримасничеством и, посмотрев на плотно зашторенные окна первого окна, махнул рукой. Эльф, который отличался длинной ярко-голубой прядкой в белоснежных волосах, с неодобрением покосился на своего друга, но промолчал. — Как дела? — уже более тихо поинтересовался Карри с ободряющей улыбкой, которая только укрепила решение, принятое мной в течение последнего часа.
— Дела будут замечательными, если ты поможешь мне кое-что сделать, — заискивающе пропела я, снова перевешиваясь через подоконник. Синеволосый эльф завороженно приподнял голову, а я поняла, что мой голос начинает действовать на окружающих не только тогда, когда я этого хочу.
— На что в этот раз подписалась моя маленькая богиня? — ехиднейшим голосом протянул Карри, заслужив мой озлобленный взгляд. Я попыталась беспечно рассмеяться, чтобы незнакомец не заподозрил истины в словах друга, но тот совершенно игнорировал меня, увлеченно рассматривая стоящую напротив клумбу.
Я чуть ли не с ногами забралась на окно и сделала как можно более жалобные глаза.
— Ты поможешь мне сбежать из Дэллиэна? — прошептала я, не сомневаясь, что эльф меня услышит.
— Нет! — поспешно воскликнул Карри, а я чуть не свалилась вниз, испугавшись, что меня услышит Тимтхэнн.
— Карри, ты поможешь мне сбежать из Дэллиэна! — надавила я интонацией на нужное слово, надеясь на свою Магию Голоса, так обожающую подводить меня. Эльф явно заколебался и уже не так уверенно замотал головой, морщась от раздираемых его противоречий. — Пожалуйста, я же помогла сбежать тебе от демонов, а ты помоги мне!
— Нет, даже не надейся, я не хочу разбираться потом с твоим Тимтхэнном, — зашипел Карри, желая немедленно сорваться с места, но удерживаясь на месте моим умоляющим взглядом. — Он же меня убьет!
— Убьет — верну обратно! — убежденно произнесла я, легко стукая кулаком по подоконнику.
— Некромант? — непривычно певучим и высоким голосом произнес он, внимательно смотря на меня. Карри хохотнул, видимо, представив меня в черной мантии и с дипломом на разрешение практики.
— Любитель мальчиков? — я выразительно покосилась на голубую прядку в его волосах. Эльф помрачнел и напрягся, словно собираясь прыгать прямо ко мне в окно. Судя по тому, что Карри предупреждающе схватил его за предплечье, нахмурившись и неслышно произнеся что-то ему на ухо.
Несколько минут они о чем-то спорили, а я не могла услышать ни одного звука, словно они накрылись звуконепроницаемым пологом. Хотя почему «словно»?..
— Не бери с собой ничего, только оружие и свой амулет, — Карри сиял, как начищенное блюдце, а вот его друг был мрачнее тучи, как будто бы только что подписал себе смертный приговор. «Мой» эльф подошел прямо под окно, радуясь, что вход в здание оказался с другой стороны и протянул ко мне руки. — Прыгай ко мне, любовь моя! — рассмеялся он, подмигивая мне.
Долго думать я не стала, потому что точно была уверена, что стоит мне только подумать лишнюю минуту, и мое безрассудное решение изменится, появятся страх и сомнение, которые окончательно испортят мой план.
Встав ногами на подоконник, я вылезла наружу и, держась за водосточную трубу, захлопнула за собой окно, радуясь автоматической защелке. Теперь назад пути нет. Развернувшись, я посмотрела через плечо на свою комнату, к которой за такое короткое время я так и не успела привыкнуть, и сделала шаг в пропасть. Не глядя.
Стоит сказать, что я даже не успела испугаться, а сердце сжалось только тогда, когда я уже была на руках у Карри, чуть присевшего от моего смелого прыжка. Он явно ожидал, что собираться я буду, как минимум, несколько минут, но вот столько времени у меня не было.
— Пошлите, быстрее! — спрыгнула я с рук Карри, пошатнувшись в сторону на негнущихся ногах. Страх не достиг сознания, но зато полностью овладел телом. Эльф подхватил меня под руку и развернул, направляя не в центр города, куда я по привычке завернула, а вглубь, куда-то в преступные кварталы, куда мне Тимтхэнн строго наказал даже носу не совать. Тогда я подумала, что ни за что не пошла туда бы, но зато сейчас неслась туда по собственному желанию.
— Переждем некоторое время у Хищного, потом отправимся к границе, — проинформировал меня Карри, через какое-то время резко останавливая меня за плечи у небольшой таверны крайне непрезентабельного вида.
— У Хищного?.. — повторила я, поражаясь странному имени для эльфа. Не подозревала я, что даже в столице есть криминальные особи, хоть и знала об этом подозрительном районе.
— У меня, — пояснил синеволосый, доставая из кармана ключи и открывая массивную деревянную дверь. Только сейчас до меня дошло, кого я оскорбила своим замечанием, и изо рта вырвался испуганный писк. Хищный приглушенно ухмыльнулся. — Не бойся, друзей Карри не трогаю, — добавил он, но блекло-серые глаза как-то уж слишком опасно блеснули в сгущающихся сумерках.