А слезы капали
Шрифт:
На карнизе 80 этажа небоскреба стоит освещенная лучами прожекторов, растрепанная, в разорванном платье, невеста.
Из окна вылезает привязанный полицейский. Осторожно ступает на карниз.
Снизу тянется пожарная лестница.
Но невеста непреклонна.
Серая пустыня.
В пустыне Юный начинает отбивать чечетку.
Появляется невеста.
Юный показывает ей как танцевать и невеста начинает танцевать отчаянно, не хуже него. Тролли с увлечением включаются в танец.
Но старый
Звякнуло стеклышко. Невеста исчезла.
И когда горбун передает стеклышко старому Троллю и тот укладывает его в мозаику, видно, что в осколке отражается улица между небоскребами. Пожарная машина, скорая помощь, толпа людей, окружившая кажущееся бабочкой тело невесты в подвенечном платье.
Будка телефона-автомата.
Интеллигентная женщина говорила в сильном волнении:
– Товарищ Васин? Простите, не знаю имени-отчества.
– Павел Иванович.
– У меня снимает комнату Ермаков Александр.
– Ну?
– Это тот юноша, которому вы сегодня запретили справлять свадьбу.
– Ну? Что дальше?
– Павел Иванович... Там, когда вы ушли, произошел разрыв... И это очень серьезно.
Кабинет Васина.
За окном рабочий на лесах достал из сумки еду и бутылку кефира.
– Ну, а я здесь при чем? Я вам что, сваха?
– Товарищ Васин, вы должны разрешить им справлять там эту свадьбу. Тем более, что вчера такое разрешение дала ваша сотрудница.
– Врет. Никто не мог дать разрешение устраивать пьянку в незаселенном доме.
– Нет, разрешили. Да будет вам известно, что Александр никогда не врет. И ваша ведомственная неразбериха может привести к трагическим последствиям. Я вот сейчас с вами разговариваю, а сама боюсь, как бы он чего-нибудь с собою не сделал. Я даже веревку от него спрятала.
– Вы где проживаете?
– Анютин переулок, пять. Напротив Троицкой.
– Знаю.
– Павел Иванович, если вы лично приедете и ему разрешите, в данной ситуации это было бы идеально.
– Анютин переулок, гражданка, это не наш район. Так что вы ошиблись адресом.
Буфет Райисполкома. (шесть столиков, стойка)
Когда Васин ворвался в буфет, Галкина получала тарелки с едой.
– Зинаида, ты кому-нибудь давала разрешение устраивать пьянку в доме транспортников?
– громко спросил Васин, подходя.
– Давала. Ермакову, - сказала Галкина раздраженно. Она уже устала от васинских выкрутасов.
– Только не пьянку, а свадьбу.
– Она взяла поднос и обернулась в поисках свободного места.
– На каком основании?
– Вы кушать будете, Пал Иваныч?
– спросила буфетчица.
– Спасибо. Других обвешивай.
– Васин пошел за Галкиной.
Галкина поставила поднос на пустой столик.
– Я действовала в русле ваших инструкций: сначала
Галкина расставила тарелки. Взяла поднос, чтобы поставить его на столик для подносов.
Васин сел.
– Слушай, Иваныч, - с соседнего столика позвал его чиновник, тот, который узнавал про администратора.
– Анекдот. Значит, сидит эта... лягушка. А идет этот, который... как его?.. сейчас вспомню...
– чиновник задумался.
Вернулась Галкина. Села. Начала есть.
– Галкина, один вопрос. С чего это вдруг ты, буквоедка, ходячий параграф, о гуманизме заговорила? А? Зачем?
– Пал Иваныч, - устало сказала Галкина.
– Этот парень сегодня должен был въехать. У него отличные характеристики. Работает, учится. Я по документам посмотрела. Он же не виноват, что жилкомиссию перенесли. А он уже гостей позвал.
– Зинаида!
– позвала буфетчица.
– Яичницу возьми.
Галкина подошла к стойке.
– Вспомнил, - сказал чиновник Васину.
– Значит, он сел на нее и они поплыли. А он цап - и ужалил. А она говорит - ты чего? А он - такой у меня характер.
– Кто он?
– Ну этот, который хвостом кусается, ну, как его?
– Скорпион, - сказала Галкина, возвращаясь с яичницей. И в это слово она вложила многое.
– Ага... он.
– Ку-ку!
– неожиданно сказал Васин чиновнику.
– Что?
– удивился чиновник.
– Лечиться надо. Склеротик.
– Иваныч... Ты того..
– обиделся чиновник.
– Это уже зря... Это... отвернулся.
– Пал Иваныч, - сказала Галкина.
– Давайте я попрошу Толю и он отвезет вас домой. Вы простужены, а сейчас грипп, с осложнениями...
– Ой, как примитивно, Галкина. Меня домой, а тебя на мое место. Рано ты меня со счета списываешь. Еще не вечер! И гаражи снесем. И свадьбы не будет. И квартиры твой хахаль не получит.
– Получит.
– Не получит. На комиссии я выступлю против!
– А я выступлю - за! И меня все поддержат!
– В таком случае под этой крышей останутся - или я, или ты!
– В таком случае - я!
– Ну, наконец-то, сказал Васин с облегчением.
– Сорвала с лица маску.
– Пал Иваныч, - заглянула в буфет Рая.
– Приехал Сорокин.
– Иду, - Васин поглядел на Галкину с состраданием.
– Зинаида, а я ведь всегда думал, что ты мне друг.
– Усмехнулся.
– Даже жениться на тебе хотел.
– Когда?
– Утром. Сегодня.
– Так у вас же жена, внучка... Их куда денем?
– А вот это уж прости, тебя не касается. Я жене никогда не изменял и изменять не собираюсь. Так что приятного аппетита. Змея.
Встал. Ушел.
Пауза.
– Зинаида, правда, что Иваныч жену выгнал?
– спросила буфетчица.