А-Прогрессор
Шрифт:
Я был искренне горд за себя и боялся только одного: как бы эти мастера не испортили сотворенное мною чудо. О том, поплывет ли оно, я вообще старался не думать…
Несколько опережая события, скажу: сделали-таки!!! И поплыл! Да так, что о пиратах континентальных западное побережье забыло навсегда. Лишь немногие смельчаки после спуска этого корабля на воду отваживались на быстрые рейды. А когда вошли в строй еще два дромона, водная граница республики была надежно закрыта от любого посягательства…
Глава 8
15
Ламир тин Каер в очередной раз кинул взгляд на удаляющийся берег. Шесть месяцев назад он покинул свое аббатство по поручению самого архиепископа — инспектировать северные монастыри. Теперь его работа закончена, пергаменты составлены. Максимум неделя пути, и он сойдет на родной берег порта Горага. Тин устал, да он совсем не любил морские путешествия. На его беду, многие монастыри располагались близ берега, и удобных сухопутных дорог к ним не было. Ничего, капитан Барг уверяет, что через четыре дня они сойдут в порту. Тин потерпит. Ради блага церкви ему нетрудно…
Все шло, как и уверял Барг. Ладья мерно шла миля за милей, ветер был попутным. Но на третий день неожиданно пригнанный ветром туман застиг их судно в самое неподходящее время. «Лиандра», ладья, на которой плыл тин, как раз совершала опасный маневр, обходя острые скалы, которые тянулись от самого побережья почти до горизонта. Баргу пришлось взять круто влево и уводить корабль чуть ли не в открытое море.
Тут и пришел туман, видимость стала не больше двадцати шагов. Капитан, опасаясь напороться на подводную скалу, приказал развернуть корабль еще дальше на восток. Он хотел обогнуть опасное место по большой дуге. Пристать к берегу в этой части побережья было невозможно, тем более в таком тумане.
Говорят, беда не приходит одна. Так случилось и в этот раз. Налетел шквал, он, конечно, разогнал туманную взвесь, но не сразу… В результате, когда успокоился ветер и не стало тумана, «Лиандра» оказалась дрейфующей в открытом море.
Весенняя погода в этих местах и так редко радовала солнечными днями, сейчас же вообще шел самый натуральный ливень. По одним только ему видимым приметам Барг определил, где запад и соответственно Арках. Развернув ладью в нужном направлении, он, не слушая причитания недовольных, погнал всех на весла — грести под дождем…
Через два дня стало понятно, что капитан ошибся, его приметы оказались неверны. «Лиандру» мотало по волнам открытого моря. Где находился Арках, никто не знал. А тучи становились все чернее и чернее, в любой момент мог начаться суровый мартовский шторм. Все молились, уже даже не спасению, а просто чтобы показались солнце или звезды. Это был самый страшный кошмар для моряков — открытое море, приближающийся шторм и никакой надежды на тихую гавань, потому что где эта гавань — неизвестно. Никто не обращал внимания на то, что тин почти не молился. С каждым часом он становился все сосредоточеннее.
— Капитан Барг, — окликнул тин Каер.
— Да, ваше святейшество?
Капитан
— Разверните корабль вон в ту сторону. — Ламир твердо указывал куда-то в неспокойное море.
— Я вас безмерно уважаю, тин Каер. Но простите, я отвечаю за это судно и за людей, в нем находящихся. И весь мой опыт подсказывает, что нам следует плыть в совсем другом направлении.
— Но я уверен, — попробовал настоять на своем Ламир.
— Я вас не учу, как вести службу? Вот и вы не учите меня моему делу! — резко огрызнулся Барг.
— Постойте. — Удивляясь сам себе, тин дернул его за рукав. — Вы же знаете, я не только монах, но и ученый.
— До меня доходили такие слухи.
Капитану было все равно. Он лишь хотел, чтобы этот церковник не закатил сейчас истерику. Нет, он знал и искренне уважал тина, но также он не раз видел, как море меняет людей.
— Давайте я вам просто покажу, где север, а вы уже сами решите, куда плыть? — зашел с другого конца Ламир.
— Где север? — Барг искренне не понимал, как ночью, при небесах, покрытых суровыми тучами, при все время меняющимся ветре можно определить, где какая сторона света. Но капитан за недолгое время совместного с тином плавания уже успел убедиться в выдающемся уме Каера.
— Да, он вон там. — Уверенный жест Ламира куда-то в темноту.
— Вы услышали глас Божий, ангела увидели?
Капитан уже был готов поверить в чудо, слишком уверенно настаивал на своем служитель Единого. Привыкший всегда в морских походах полагаться только на свой опыт, сейчас он задумался о провидении.
— Нет. — Как ни хотелось сейчас Ламиру соврать, но ложь даже во благо он считал грехом. — У меня не было видений. Все проще. Есть законы природы. Мы, люди, знаем многие из них. И даже применяем себе на благо.
Философский диспут на корабле, ожидающем гибели. Капитан оглядел свою команду, паники пока не наблюдалось.
— Какие, например?
— Ну самое простое. Если ветер дует, то вы ставите парус, и ладья движется вперед. Это как раз и есть использование сил природы.
С такой постановкой вопроса Барг встречался впервые, не нашел чем возразить и только пожал плечами.
— Ну да. Ветер, парус…
— Посмотрите сюда. — Тин показал на чашку, наполненную водой, которая стояла у него на коленях. В чашке что-то плавало. Барг пригляделся — иголка на пробковой дощечке. Но сколько капитан ни смотрел, так и не понял, что он должен увидеть. Дощечку за счет качки ладьи мотало из стороны в сторону.
— И что?
«А может, многоуважаемый тин повредился головой?» — пронеслось у него в мыслях.
— Э-э-э, нужно затишье, чтобы волны улеглись. — Тин готов был грызть ногти. Вот когда он сам смотрел, как раз и было такое затишье. А сейчас ни о каком позиционировании иголки на север и речи быть не могло.