А после они...
Шрифт:
– Да, из всех комнат. Но поскольку квартира угловая, вид из нее я бы скорее обозначила как боковой. Что, на мой взгляд, полностью компенсируется размерами летней террасы. Если расположить диваны, как мы предлагаем вот в этом дизайн-проекте, – подсовываю Милане специально распечатанный для такого случая визуал, – то видовые характеристики этих апартаментов будут мало чем уступать тем, что подороже.
– Это сложно представить, когда видишь лишь картинки.
– Я могу показать фото, снятые с дрона. Ровно с той точки, которая нам нужна.
– Ну, я не
Я напрягаюсь, уже понимая, куда ветер дует, а Милана, взяв быка за рога, продолжает деловито вещать:
– И, конечно, упомянуть в нем название вашей фирмы. Это сделает ей отличную рекламу. Что скажешь?
Ничего. Пока не пойму, какова цена вопроса. Конечно, мы сотрудничаем с блогерами, без таких коллабораций сейчас не обходится ни одна рекламная кампания, но прежде, чем что-то у кого-то заказывать, наши эсэмэмщики проводят анализ целевой аудитории исполнителя. Никто не станет заказывать рекламу, посвященную продаже элитных квартир, в блоге о распаковке бюджетной косметики. Просто потому что никакого толка от такой рекламы не будет. Это надо понимать.
– Скажу, что все обсуждаемо. Но пока ты не определилась с объектом, который хочешь приобрести, мне просто не о чем говорить с начальством.
– Возьму ту, что подороже. Кажется, ты упоминала, что ипотека здесь беспроцентная?
Господи, дай мне сил! Ну как можно повторять одни и те же вопросы при каждой встрече?!
– Это скорее рассрочка от застройщика, – терпеливо повторяю я. – И да, она беспроцентная.
– Тогда решено, – бормочет Милена, надувая огромный пузырь из жвачки. – Для создания контента такая локация будет прикольней, да?
– Конечно. А раз мы определились, я попрошу наших юристов подготовить договор.
Милена, которая за время нашей беседы от силы пару раз отвлеклась от телефона, поднимает на меня расфокусированный взгляд. Осмысленности в нем и сейчас нет. Будто она напрочь забыла, что мы обсуждаем. Может, ее невнимательность как раз и обусловлена тем, что она все время, как маньячка, скролит ленту? Я, конечно, страшно рада, что мы живем в эру интернета, чата GPT и смартфонов, но, блин! Иногда то, как нас захватывает виртуал, напрягает.
– Ага. А как будет готов – бросайте моему менеджеру на почту.
Тут наш разговор прерывает моя помощница. Кошусь на часы – так и есть, через две минуты у меня запланирован выезд на объект. И Канда, как всегда, стоит на страже моего расписания. А еще говорят, что тайцы необязательные. Да ей надо премию выписать!
– Женя, к вам пришли по срочному вопросу. Какой-то мужчина, – смущенно улыбается. – Говорит, личное.
Удивленно вскидываю брови. И поскольку Милена не знает тайского, выкручиваю ситуацию во благо себе:
– Милен, у тебя остались еще какие-нибудь вопросы? Я могу пригласить другого русскоязычного специалиста, потому что мне, к сожалению, нужно срочно уйти.
– Да нет. Мы вроде бы все решили.
Довольно кивнув, подхватываю сумочку и фотоаппарат – я как раз хотела пофотографировать объект по
Растерявшись, перевожу взгляд с него на помощницу и обратно.
– Привет.
– Эм… Ну, привет. Ага.
Да я просто бог красноречия. Господи!
– Можешь уделить мне пару минут? – спрашивает, косясь мне за спину. Я оборачиваюсь, чтобы понять, что же там так сильно его заинтересовало. И вижу Милену. Серьезно? Он что, подписан на ее идиотский блог? Откуда такой интерес? Или же она пробудила в нем чисто мужской интерес? Сама она явно заинтересовалась Фомой. Даже, наконец, отлипла от своего телефона и расправила плечи, которые неизбежно сутулились под весом груди такого размера, что я каждый раз при встрече невольно начинала переживать за целостность Миленкиного позвоночника.
– Да, конечно. Подожди меня в кабинете. Канда, проводишь господина Феоктистова? Милен, нам туда! – киваю в сторону лифтов.
– Какой мужик, – с придыханием замечает блогерша, когда мы отходим на достаточное расстояние. – Твой, что ли?
– Нет, – с остервенением тычу в кнопку вызова.
– В смысле – он свободен?
?– Понятия не имею. Мы не настолько близки.
Едва дожидаюсь, когда лифт приедет, подталкиваю Милену в кабину и машу на прощание рукой. После чего стремительной походкой возвращаюсь в офис, гадая, зачем Фома приехал, и как вообще он меня нашел, учитывая, что я не оставила ему контактов из опасения, что в противном случае вся моя жизнь сведется к бесконечному ожиданию его звонка.
– Как ты меня нашел?
– Погуглил. Здесь не так много фирм, подобных фирме твоего бати, – отвечает Фома, отчего-то хмурясь. Невольно прохожусь взглядом по его фигуре. Что-то подсказывает, что сегодня он уделил чуть больше внимания внешнему виду, чем обычно. Возможно, на эти мысли наталкивает тот факт, что он сменил шорты на вполне приличные легкие брюки, а вместо застиранной линялой футболки надел голубую рубаху, цвет которой страшно подходит к его глазам.
– Ясно, – замолкаю, передавая слово Фоме. В конце концов, зачем-то же он явился. Вот пусть и объясняет. Я не собираюсь задавать наводящих вопросов, облегчая для него этот процесс. Не-а. Пусть говорит, что хотел – и проваливает.
– Хм… Мило тут у тебя.
– Спасибо. Обычно у меня столько работы, что некогда осмотреться.
Не знаю, как еще ему намекнуть, что он злоупотребляет моим вниманием.
– Такая деловая, – хмыкает Феоктистов. – Я вообще что хотел…
– М-м-м?
– Вот, – кладет передо мной на стол несколько сотенных купюр. – Что бы ты ни думала, я не нуждаюсь в подачках.
– О каких подачках речь?
– Ты оплатила отель и врача… Я ни черта не помню, если бы не девочки с рецепции, я бы и знать не знал, какой ты навела шорох. Это было, конечно, лишнее, но все равно… Не люблю быть кому-то должен.