А может?..
Шрифт:
Несмотря на то, что и шериф Кроссман, и его помощник общались с задержанными достаточно жёстко, по ним обоим было видно, что ситуацию они, обладая огромным опытом, уже поняли. Впрочем, ребят это не спасало ни от обыска, ни от изъятия личных вещей, ни от допроса.
— Имя, фамилия, дата рождения, — требовательным тоном отчеканил Кроссман, начиная допрашивать Йена последним после Нины и незнакомца, изрядно испортившего им ночь.
Йен Джозеф Сомерхолдер, 8 декабря 1978.
— Род деятельности?
— Актёр.
Шериф, записывавший
— Место проживания совпадает с адресом регистрации?
— Нет, — мотнул головой Йен. — В настоящий момент я проживаю в здесь, в Ковингтоне, в связи с началом съёмок.
Кроссман быстро записал сказанное.
— Господин Сомерхолдер, как же Вас угораздило так изувечить бедного парня? Вы ему, кажется, сломали челюсть, — усмехнулся полицейский.
— Сейчас Вы услышите эту историю как минимум во второй раз, — ответил Йен. — Моя версия от рассказа Нин… Мисс Добрев ничем не отличается. Я возвращался с работы и хотел пройти к своей машине — она была припаркована неподалёку от павильона. Но в какой-то момент услышал крик: «Отпусти меня», и затем какое-то мычание — судя по всему, девушке просто закрыли рот. В квартале было пустынно, и я решил проверить, что случилось. Я побежал на звук и затем увидел, как какой-то юноша пытается протащить девушку к одному из стоявших неподалёку автомобилей. Она пыталась вырваться, но он её крепко держал. Я буквально выдернул её из его… рук. Завязалась драка. С этим парнем мы нанесли друг другу несколько ударов.
— Куда? — спросил шериф.
— Я ему в живот и в челюсть, он, в свою очередь, ударил по надбровной дуге и в пах. Все удары, которые я нанёс, были нанесены в целях самозащиты, так как у парня был нож, которым он угрожал мне. Девушка в какой-то момент отвлекла его, и мне удалось выбить оружие у него из рук.
— Кроме спасённой Вами девушки может кто-то подтвердить ваши слова?
— Не думаю, — мотнув головой, ответил Йен. — Я же говорю, на улице, кроме нас, никого не было. А камер видеонаблюдения в этом районе нет: слепая зона, почти что спальный квартал.
Хоть допрос вёлся «в штатном режиме», Сомерхолдер всё равно волновался и, по привычке, потирал руки, чувствуя, как внутри всё холодеет. В полиции его до сегодняшнего дня, а точнее, ночи, не задерживали ни разу, и сама непривычность ситуации заставляла его нервничать.
— Вы осознавали, что в ходе драки можете убить этого человека?
— Я наносил удары с целью его нейтрализации, — сказал Йен. — Я рассчитывал силу ударов. И тот факт, что он уже давно пришёл в сознание, — лучшее тому доказательство.
Кроссман усмехнулся.
— Ещё один вопрос. Вы были знакомы ранее с мисс Добрев?
— Да, — кивнул Сомерхолдер. — Мы знаем друг друга несколько лет, но я сумел разглядеть её лицо, только когда вплотную подошёл к преступнику.
— Ну что же, всё понятно, — проговорил шериф, откладывая ручку. — Больше вопросов к Вам я не имею.
— Теперь можно мне задать один вопрос?
— Да, — кивнул Кроссман.
— Могу я сделать один звонок?
— Конечно, — ответил шериф, пододвигая ближе стационарный телефон. — Но помните, что разговор должен продолжаться не менее пяти минут. Время пошло.
Телефоны всех друзей, тем более, так или иначе связанных с юриспруденцией, Йен наизусть не помнил, а потому круг тех, к кому он мог обратиться, заметно сузился. Впрочем, отлично Сомерхолдер помнил другое: Пол когда-то рассказывал ему, что один из его бывших одноклассников работает в полиции. Надежда была призрачной, но такой шанс брюнет всё-таки решил использовать, хотя, конечно, и не желал беспокоить друга так поздно ночью. Но он знал, что Уэсли — тот человек, который постарается решить любые проблемы, которые возникнут у его близких людей, поэтому мужчина начал набирать нужные цифры в надежде на то, что Пол подойдёт к телефону. Надежды Йена оправдались: Василевски, пусть и не сразу, но трубку снял.
— Алло, — заспанным голосом ответил он.
— Пол, привет, — начал Сомерхолдер. — Это Йен. Прости, что звоню в такое время, мне очень неловко, правда. Но мне нужна твоя помощь.
— Что стряслось? — голос Пола уже зазвучал бодрее.
— Мы с Ниной в полицейском участке.
— Ох ты ж… — пробормотал Уэсли. — Как вас угораздило?
— Долгая история. Я подрался с одним ублюдком.
— Постой, ты в каком участке? По месту жительства или по месту съёмок? Или где? — спросил Пол.
— По месту съёмок.
— Значит, семьдесят третий, — тихо пробормотал мужчина, удивив Йена такой хорошей ориентацией в расположении полицейских участков округа. — Жди, я скоро буду. Нину тоже задержали? Вы его вдвоём отбуцкали, что ли? — на другом конце телефонного провода послышался смех.
— Василевски, мне сейчас не до шуток, — цыкнул Йен. — Нина проходит в качестве свидетеля.
— Понял, — ответил друг. — Всё, выезжаю. До скорого.
Сомерхолдер положил трубку и облегчённо вздохнул, в душе горячо благодаря друга за его отзывчивость.
В этот момент в комнату допроса вошла Нина в сопровождении второго полицейского, державшего в руках кипу каких-то бумаг. По тому, что в руках у Нины была её сумочка, Йен понял, что ей вещи уже вернули.
— Джейкоб, ты был прав! — воскликнул он.
— Что случилось? — отозвался шериф.
— Пробил я по базе данных нашего неуловимого, — ответил Джонатан. — Люк Джордан собственной персоной! Он быстро раскололся, понял, что отнекиваться уже бесполезно, — с нескрываемым удовольствием сказал полицейский. — Дактилоскопия засадит его лет на восемь, не меньше.