999 (сборник)
Шрифт:
Услышав сдавленные всхлипы, Редмунд поднял голову и с ужасом заметил, что Фриборд давится слезами.
— А, черт,— окончательно растерялся он.
Риэлтор схватила льняную салфетку, поднесла к лицу и, казалось, тихо зарыдала.
— Я чувствую себя последним подлецом, — охнул Редмунд.— Как теперь жить в том кондо, что ты мне продала? Видеть тебя в каждом коридоре... на каждом квадратике паркета?
Признание мгновенно подогрело скорбь плачущего агента по продаже недвижимости, подняв ее на куда более высокий эмоциональный уровень, хотя
Редмунд в отчаянии огляделся, пытаясь проверить, не следят ли за ними, и стал старательно выколачивать трубку.
— Слушай, Джоани, эта статья... звучит очень... очень многообещающе. Перспективный проект. Ты уверена, что Теренс сумеет это сделать?
— Редмунд не пойдет на это, если ты не напишешь статью,— пояснила Фриборд, возвращаясь мыслями к настоящему.
— Ты злобный коварный двойник Элизы Дулитл! [25]
— Айза — кто?
Дир грустно усмехнулся. Жадный блеск зеленых глаз, выдвинутая вперед нижняя губка, вызывающе вздернутый подбородок с ямочкой... Воинственный маленький рыцарь... а на деле всего лишь — перепуганное дитя.
25
Героиня пьесы Бернарда Шоу «Пигмалион».
— Весь смысл твоих метаний не только в деньгах, верно, Джоани? В твоей душе мечется вечно голодный тигр, это постоянное отчаянное стремление все врел1я быть впереди всех, первой, вечно побеждать, доказывать себе и окружающим, что ты в порядке.
— Не только в деньгах? — недоуменно переспросила нахмурившаяся Джоан.
Дверь, выходящая на веранду, громко стукнула, и в комнату ворвались два тявкающих пуделя, стуча по полу коготками. За ними явился хромой мужчина лет сорока с жестоко изуродованной стопой, слуга, нанятый когда-то Диром из жалости.
Фриборд брезгливо взглянула на пуделя, с задумчивым видом замершего у ее ног.
— И не думай,— пригрозила она,— иначе я сдеру с тебя шкуру и сделаю каминный коврик!
— Беги, Мария! — возопил Дир.— Не видишь, она убийца! Беги! Пьер, уберите их.
— Сейчас, месье,— кивнул слуга и, хлопнув в ладоши, крикнул: — Пойдем, собачки! Скорее! Пора обедать!
Песики убрались из комнаты, а слуга, тяжело припадая на больную ногу, зашаркал следом.
— Поверь, Терри, это так много значит для меня. Так много!
Писатель тряхнул своей львиной гривой. Он купил этот дом благодаря посредничеству Фриборд Именно тогда они и познакомились. И за все эти годы она ни разу ни о чем не попросила, даже дать автограф. Его слава ничего не значила для девушки, которую он знал, хотя она по-своему горячо его любила. Он всмотрелся в ее глаза, пытаясь обнаружить глубоко запрятанную сердечную боль, которую она научилась так ловко прятать за стальным блеском самоуверенности и неуязвимости.
—
— И сколько мы должны там пробыть?
— Пять дней.
Она объяснила, что доктор Гэбриел Кейс, психолог, профессор и эксперт по потусторонним явлениям, должен приехать туда заранее и установить специальное оборудование до их приезда. Большая часть багажа тоже будет выслана вперед, а когда самолет Анны Троли приземлится в аэропорту, они возьмут лимузин и отправятся в Крейвн Коув, а оттуда катером — прямо на остров.
— Кейс уже обо всем договаривается,— докончила Фриборд.— Телефоны там, всякие приспособления и всякое дерьмо.
— Какая четкость действий!
— Да, он аккуратист, ничего не скажешь!
— Аккуратист?
— По крайней мере так по телефону показалось. В жизни его не видела.
— Хочешь сказать, что ты втянула его во все это по телефону?!
— За те деньги, что я ему плачу, мог бы и по канату походить. Ясно?
— Вот оно что! — сухо обронил писатель, вновь обращаясь к холсту.— Следовало бы сразу понять.
Риэлтор поспешно подвинулась ближе.
— Ну давай поговорим серьезно,— попросила она.
— Можно подумать, мы до сих пор шутили.
— Учти, все это время еду нам будут доставлять из «Четырех сезонов».
Кисть автора замерла в воздухе.
— Ах ты, Мефистофель!
— Значит, «да»?
Шел 1993 год.
Позже в этом придется серьезно усомниться.
ЧАСТЬ 2
Глава 3
Резная парадная дверь особняка, распахнувшись, ударилась о стену, словно под воздействием злого колдовства.
— Дьявол, ну и ураган! — воскликнула ввалившаяся в холл Фриборд, отряхиваясь по-собачьи, так что с блестящей желтой штормовки, одолженной капитаном катера, во все стороны полетели брызги. За ней, сопровождаемый голодным воем ветра, вбежал Дир. Обернувшись, Фриборд увидела, как на крыльцо неспешно, словно прогуливаясь, взбирается Анна с сумкой в руке. За ее спиной виднелась монолитная серая стена дождя. Вся вода мира, казалось, обрушилась на путешественников.
— Вы в порядке, миссис Троли? — окликнула она, приложив руку ко рту.
— Да, дорогая,— отозвалась экстрасенс,— в полном.
Последнее слово почти заглушил пушечный залп громового раската. Буря разразилась совершенно неожиданно, когда они мирно направлялись к острову, и несчастный катер начало швырять из стороны в сторону, а волны каждую минуту грозили опрокинуть суденышко. Правда, по радио и телевизору передали штормовое предупреждение, но заверили, что у берега сила ветра несколько уменьшится. Этого не случилось.
— Клянусь, я задолжал тебе хорошую трепку, Джоан,— буркнул Дир, бросив на пол легкую сумку.— Так и знал, что следовало гнать тебя из дома в три шеи.