999 (сборник)
Шрифт:
— Мы нашли вашу машину,— сказал Джон.— Вижу, вы меняете модели.
Отдающийся эхом голос слышался издалека, но когда Ромеро поднял мутные глаза, Джон был прямо перед ним.
Он читал записку, оставленную Ромеро на приборной доске.
— Ушел побродить вдоль реки. Вернусь через пару дней.
Ромеро заметил, что его пистолет торчит у Джона за поясом.
— Что будем делать? — спросил Марк.— Полиция придет его искать.
— Ну и что? — ответил Джон.— Мы были в своем праве. Поймали человека с пистолетом,
— Нельзя знать наверное,— возразил Марк.
Мэтью стоял молча возле закрытой двери амбара.
— Еще как можно,— ответил Джон.— Если бы это была полицейская операция, не нужна была бы эта записка. Он бы не беспокоился, что кто-то найдет его брошенную машину. На самом деле и машина-то ему была бы не нужна. Полиция его довезла бы до точки выброса. Он действует на свой страх и риск.
Мэтью нервно шевелил пальцами и только смотрел.
— Я прав, офицер Ромеро? — спросил Джон.
Пытаясь собрать вертящиеся мысли, Ромеро сумел заставить голос работать.
— Как вы узнали, что я там наверху? — спросил он.
Никто не ответил.
— Зайчик от объектива камеры, да?
Голос Ромеро звучал, будто горло забило галькой.
— Пылал, как святой дух на Пятидесятницу,— ответил Джон.
У Ромеро распух язык так, что он еле смог произнести:
— Воды хоть дайте.
— Мне это не нравится,— сказал Марк.— Отпусти его.
Джон повернулся к Мэтью:
— Ты слышал? Принеси ему воды.
Мэтью замялся в нерешительности, потом открыл дверь и побежал к дому.
Джон снова повернулся к Ромеро.
— Почему вы не хотите прекратить? Откуда такая настойчивость?
— Где Люк?
— Вот видите, это я и имею в виду. Вы чертовски настойчивы.
— Нам нет нужды это продолжать,— предупредил Марк.— Посади его в машину. Пусть едет. Пока ничего непоправимого не случилось.
— А ты думаешь, не случилось?
— Ты только что сказал, что мы были вправе напасть на чужака с пистолетом. Когда мы поняли, кто это, было слишком поздно. Судья отменит обвинение в нападении.
— Он вернется.
— Не обязательно.
— Я тебе гарантирую. Вернетесь ведь, офицер Ромеро? Да, вернетесь.
Ромеро вытер кровь с лица и не ответил.
— Конечно, вернетесь,— заключил Джон.— Такова ваша натура. И когда-нибудь вы увидите то, что вам видеть не следует. Если еще не увидели.
— Ничего больше не говори,— предупредил Марк.
— Хотите знать, что все это значит? — спросил Джон у Ромеро.
Ромеро снова стер кровь с лица.
— Думаю, вам надо дать то, что вы хотите,— сказал Джон.
— Нет! — возразил Марк.— Это надо немедленно прекратить. Я не уверен, что он сам по себе. Если здесь участвует полиция...
К амбару приближались торопливые шаги. Только Ромеро посмотрел на вошедшего Мэтью с кувшином воды.
— Дай ему,— сказал Джон.
Мэтью осторожно приблизился, будто человек, опасающийся дикого зверя. Поставив кувшин у ног Ромеро, он отпрыгнул назад.
— Спасибо,— сказал Ромеро.
Мэтью не ответил.
— Почему ты всегда молчишь? — спросил Ромеро.
Мэтью ничего не сказал.
У Ромеро побежали мурашки по коже.
— Ты не можешь говорить!
Мэтью отвернулся.
— Конечно же! Когда я был тут осенью, Джон тебе велел принести телефон, чтобы позвонить в полицию. Тогда я не подумал.— Ромеро подождал, пока вертящиеся мысли чуть успокоятся.— Я решил, что он посылает самого слабого, чтобы если я затею свалку, он с Марком справились бы.— В легких у Ромеро стало пусто. Он сделал несколько глубоких вздохов.— Но все время, что я наблюдал за домом, ты не сказал ни слова.
Мэтью все смотрел в сторону.
— Ты немой. Вот почему Джон послал тебя за телефоном. Потому что ты сам не мог вызвать полицию.
— Перестаньте дразнить моего брата и пейте воду.
— Я его не дразню. Я просто...
— Пейте!
Ромеро потянулся за кувшином, поднял его к губам и стал глотать, не обращая внимания на кислый вкус засохшей рвоты, желая только очистить рот и вымыть гальку из горла.
Джон достал из кармана ветровки чистый носовой платок и бросил его Ромеро.
— Смочите его водой и протрите лицо. Сотрите кровь. Мы не звери. Нет необходимости унижать ваше достоинство.
Не ожидая такой любезности, Ромеро сделал, как ему было сказано. Чем больше как с человеком они с ним будут обращаться, тем больше шансов выбраться отсюда. Он отчаянно пытался найти способ как-то отовраться.
— Вы ошибаетесь насчет неучастия в этом деле полиции.
— Да?
— Конечно, это не официально. Но поддержка: у меня есть. Я сказал своему сержанту, что собираюсь сделать. Договор таков, что, если я не буду звонить ему по сотовому каждые шесть часов, он будет знать, что что-то случилось. И тогда он с парой друзей из полиции придет сюда меня искать.
— Ну-ну. Это факт?
— Да.
— Тогда почему вам ему не позвонить и не сказать, что у вас все в порядке?
— Потому что у меня не все в порядке. Я понятия не имею, что тут происходит, и мне вдруг стало ясно, можете мне поверить, что меньше всего мне хочется это знать. Я просто хочу отсюда убраться.
В амбаре вдруг стало очень тихо.
— Я сделал ошибку.— Ромеро с трудом встал на ноги.— Второй раз я ее не сделаю. Я уйду. Вы меня видите последний раз.
С трудом сохраняя равновесие, он сделал шаг из угла.