9 дней лета

Чуханов Том

–Нет, я не варю кофе дома.

–Тогда не поеду.

Открыла дверь, поправила одежду, и без слов прощания пошла к своему подъезду, не замечая меня. Позвонит ли она? Конечно, как только успокоится и соскучится. Ей нравится разговаривать о ее душе и в очередной раз обещать нежность после вспышки. Когда-нибудь она и правда повзрослеет. Но не со мной.

Я открыл телефон, и заблокировал ее контакт. В моей душе наступила осень, и пришло желание жить для себя, без чужих капризов и вечной хандры. 6 утра, очень хотелось спать.

ЕЕ ПЛАМЯ

Естественно,

я ни на что не рассчитывал, и понимал, что ее сладкая нежность манит всех вокруг. Высокая, стройная, полные губы. Мой единственный шанс состоял в моей смелости, в безрассудном желании обладать ею, в готовности все бросить к ее ногам. Собственно, у меня ничего и не было кроме чувств, но я видел в этом зацепку – она знала силу своей красоты, и устала торговать собой. Нет-нет, она не платила телом никогда, но ей наскучило слушать уверенных в себе кавалеров, которые требовали ее время взамен на их щедрость. Даже ее кокетство стоило дорого, не говоря про любовь. Кому-то, надо полагать, досталось и ее безудержное пламя, которое рвалось наружу. Не благодаря, но вопреки кто-то был осчастливлен, но сейчас наступала другая эпоха – Лора поднимала голову и находила время для искренности. По крайней мере, мне так казалось, иначе чем объяснить ее внезапный интерес к моей скромной персоне? Ни капиталов, ни стремления удивлять, ни даже пирсинга или тату у меня не было. Ее пожилой муж уже ни на что не претендовал, лишь умоляя ее соблюдать приличия. Лоре это не очень удавалось. Ее длинные волосы, нежные руки и острый язык сбивал мужчин с толку, как кегли. На тонкой шее с правого бока виднелся небольшой красный рубец, на щеках смешно надувались ямочки, когда она в очередной раз не могла сдержать свой сарказм. Она истязала себя спортом, чтобы блистать без одежды – ее наряды больше подчеркивали, чем скрывали тугие формы.

– Ты бы поехал со мной в Питер? Навсегда? Пить белые ночи?

–Лора, ты сейчас серьезно? Ты готова отказаться от всего, и умчать на берега Невы? Читать Пушкина и слушать туманы?

–Шучу. Навсегда – это слишком долго, и слишком размыто. Люди, которые так говорят, обычно не выполняют свои обещания. На эти выходные. Или ты в отношениях с кем-то, и не хочешь отрываться от проверенной юбки? Надежный партнер важнее острых ощущений?

Язвила, как обычно. У меня были определенные дела, но я готов был их отменить ради нее. Впрочем, я не совсем верил ей – красавица могла лукавить, и просто от тоски проверять силу своего шарма. Она продолжала накидывать идеи в золотом цвете.

–Забронируешь нам номер на двоих? Я хочу в центре, и чтобы из окна виднелась вода. Я не помню, в Питере летают чайки в городе? Если что, мы закажем парочку на ужин. Или там принято есть уток?

Она откровенно дразнила меня, прекрасно понимая мои финансовые возможности, которые выдавали моя одежда и умеренность в покупках.

–И бизнес-класс в Сапсане. Я устала от самолета, хочется прокатиться на поезде, послушать стук колес, помечтать о былом, глядя на березки за окном. Ты со мной?

Сказав это, она посмотрела на меня вопросительно. Я понимал, что все эти запросы уже вне моего кошелька, и готовился отказаться. Поход в театр вышел бы мне дешевле, даже с учетом первого ряда.

– Лора, извини, это не мой уровень. Я не потяну.

Вот так, честно, пронзительно. В лоб. Она нахмурилась, закусила нижнюю губу. Потянулась к пачке со стиками, но не стала курить почему-то.

–Может, возьмешь кредит? Отдашь за полгода, зато мы проведем волшебные два дня. Я думала, ты готов на все ради меня. Ты так клялся в любви на корте, что я отменила свое участие в гольф-клубе в субботу.

Я сидел в ее мерседесе на пассажирском сиденье из светлой кожи, и несмотря на работающий кондиционер, мне становилось жарко. Мы играли

в бадминтон в одном клубе, и сегодня выступили парой. Довольно неожиданно – ее бойфренд не пришел, а я обычно предпочитал играть в личном зачете. Выиграли все матчи, и она была в благодушном настроении. Я не знаю, зачем ей хотелось разорить меня. Куча московских кавалеров были готовы проплатить ей любую поездку, лишь бы она позвала их наслаждаться собой, пить ее страсть. Не я, увы. Мой средний уровень позволял мне жить и не бедствовать, платить налоги и ипотеку за хорошую квартиру на севере Москвы, по выходным посещать бары и оплачивать счет за двоих. Не больше. Сумма, которая рисовалась по итогам ее размышлений, была у меня на счету, но я планировал ее потратить постепенно, не отказывая себе в мелочах. Лучше каждый день есть бутерброды с сыром, чем намазывать икру раз в месяц. Впрочем, живем один раз. Я задумался.

–Хочешь, мы скинемся? 50/50, как принято в Европе? Я еще чаевые на себя возьму, люблю иногда шикануть в ресторане, показать свой статус. Пожалуйста, захвати с собой пару рубашек, я хочу сходить в приличные места, а не хот-доги на набережной жевать.

Страсть Лоры к красивой жизни удивляла. Впрочем, ничего нового – унылая школьная форма, бедненькая семья, отличная фигура, законченный престижный вуз – удачный брак. Ей около 30, она живет для себя. Блага и роскошь не забрать с собой в мир теней, и она хочет потратить все сейчас. У нее есть ребенок, над которым трясутся семеро нянек. Личный тренер по фитнесу, мощная машина, модные подруги. Ноготочки и сумочка prada, все при ней, все для нее.

– Лора, пожалуй, я откажусь. Я планировал сходить на концерт, дают Чайковского. Дирижер из Питера, кстати. Теперь модно на два города жить и работать.

Она скривила губы.

–Опять классика? Сколько можно? Я в этом холле уже 100 фотографий сделала. На старом образе лайки не собрать.

Как будто она в первый раз собралась в Петербург. Я набрал воздуха, чтобы что-то ответить, но она не дала мне такой возможности.

–Дорого тебе? Тогда я все оплачу сама, только соглашайся. Хочу обнять тебя на берегу Финского залива, увидеть мерцающий закат. Я живу ради впечатлений, деньги ничто.

–Далась тебе эта поездка. Если дело не в деньгах, давай просто тихо отдохнем вдвоем. Погуляем по ВДНХ, сходим в музей какой-нибудь. Снимем номер в гостинице с бассейном, если ты не хочешь ко мне в гости. Просекко?

–Дело в статусе. Я устала довольствоваться малым, я всего достигла. Я на заслуженной пенсии после 10 лет прислуживания мужу. Я же не зову тебя на Мальдивы. Как знать, сколько осталось солнечных деньков?

Я прикрыл глаза, яркое солнце пробивалось сквозь тонировку стекол. Лора просто игралась, ей нужно было расставить всех по местам. Мужчины в ее жизни всегда были ресурсом – денег, удовольствия, теперь самоутверждения. С самого детства она поняла, что мир жесток к слабым, и научилась манипулировать. Править нежной рукой, но жесткой хваткой. Она готова была платить за двоих, лишь бы я позволил ей доминировать. Теперь она покупала, она заказывала музыку. Питер был поводом, с таким же успехом она могла позвать меня хоть в Сочи, хоть в Мытищи. Не архитектура и климат ее манили, а возможность главенствовать, командовать, повелевать. Игра не стоила свеч.

– Останови вот здесь, пожалуйста.

–В смысле? Мы же собирались пообедать вместе. Я забронировала столик на веранде. Нас ждет отличная грузинская кухня.

–Дождь собирается, и у меня испортился аппетит. Я дальше сам доберусь.

Она резко нажала на тормоза, подрезав целый поток, перестроилась из крайнего левого ряда к обочине. Загудели недовольные зрители нашей любовной сцены, как будто им стало жалко Ромео. Посмотрела насмешливо, пожала плечами.

–Как скажешь. Не забудь ракетку. Сыграем как-нибудь еще? Или теперь мы принципиальные противники?