86
Шрифт:
— Слушай а что это? — спросил я догнав парня.
— Никто не знает, — ответил он, переворачивая найденной где-то длинной палкой показавшееся интересным на земле: — В начале их часто находили, но скупщики перестали брать.
— Подаришь? — спросил я.
— Зачем тебе? — слабое любопытство проскочило на его лице.
— Ну, у меня ничего нет, будет хоть эта штуковина, — сказал я и понял что не покривил душой.
У меня действительно ничего не было. Одежда, выданная мне в первый день была на удивление крепкой и не пострадала не смотря на все
— Бери, — потеряв интерес, отвернулся парень.
— Ты знаешь, я наверно пойду, — сказал я ему в спину.
Не дождавшись реакции на свои слова, я покинул местную свалку. Становиться крысой, роющейся в помоях шесть месяцев, не было никакого желания.
Стрельбище находилось на третьем уровне и здесь было многолюдно. Постояв в сторонке я наблюдал за негласными правилами, принятыми здесь. Получить еще раз по голове и потерять сознание мне совсем не хотелось. Порочную практику обмороков надо было прекращать.
Через четверть часа я уловил общий смысл. Те, из чьих тел торчали имплантанты и на ком была форма чуть отличная от моей, подходили к огневому рубежу без очереди, едва кабинка освобождалась. Новички, такие как я, стояли в сторонке, терпеливо ожидая разрешения от низенького, но очень широкого мужчины.
«— От чего они все такие брутальные?»- злился я.
По всему выходило, что выращенные клоны были прототипами реальных тел, так как при выращивании использовался ДНК человека. Технология переселения сознания работала только между телами, имеющими одинаковый генокод, и ни как иначе. Командовавший здесь мужчина и на Земле оказался бы уважаем за свою комплекцию и ширину плеч.
Понаблюдав за действиями еще одного новичка, я убедился что понял все правильно.
— Добрый день, — я подошел к распорядителю.
— Под каким отрядом ходишь? — не ответив на приветствие, спросил здоровяк.
— Кому триплез платил? — видя мои затруднения с ответом он повторил свой вопрос по-другому.
— Отряд Вепрь, платил Витру, — сообразил я.
— Прям таки Витру? — удивился широкоплечий.
— Ну нет, Сидору, а он Витру, — нашелся я.
Хмыкнув, он потер подбородок. Возникло ощущение, что я сказал что-то не то.
— Ладно, вставай в конец очереди, — распорядитель потерял ко мне интерес.
Очередь шла не очень быстро, пришлось простоять почти час. Войдя в кабинку я увидел перед собой длинный туннель. Стоило взять пистолет в руку, как дверь за моей спиной закрылась.
— Восемьдесят шестой, Желаете улучшить уровень владения оружием?
— Да, — честно ответил я.
— Выберете доступные программы.
Передо
Мысленно ткнув в нее, я стал изучать развернувшееся меню. Разделенные вертикальными полосами, сверху вниз шли какие-то обозначения. Две левых колонки оказалась не окрашенными в серый цвет и давали выбор: «одиночная стрельба» или «стрельба очередями».
Я попытался всмотреться в символ одиночной стрельбы, маленькое окно с желтой окантовкой выскочило чуть сбоку. Понять что в нем написано никак не удавалось. Стоило ослабить внимание, как окно пропадало. Несколько повторных попыток не принесли ясности.
Подтвердив выбор тренировки «одиночная стрельба», я окунулся в неведомый мне ранее мир стрельбы. Я никогда этим не занимался и все происходящее было для меня внове.
— Сделайте пять одиночных выстрелов, — сказал голос.
В появившуюся на грани видимости мишень я постарался выстрелить требуемое количество раз. Даже на глаз я понял что не попал.
— Сделайте пять одиночных выстрелов, — повторил голос.
Когда последовала седьмая по счету просьба, я стал нервничать. Процесс обучения мне не нравился.
— Первичная оценка произведена. Желаете произвести коррекцию?
Слишком быстрый переход от моего раздражения монотонностью стрельбы к радости что что-то работает, расслабил мою осторожность и я опрометчиво сказал «Да».
Боль скрутила мое тело. Я ухватился левой рукой за стоящий передо мной бруствер, правой облокотившись на стену кабины. Пистолет зажатый в руке мешал, но убрать его в кобуру не получалось, пальцы руки словно свело судорогой.
Через несколько секунд боль ушла, так же быстро, как и появилась.
— Коррекция произведена успешно. Сделайте пять одиночных выстрелов, — сказал голос.
Чертыхнувшись я постарался успокоиться. Полное непонимание того что происходит начало бесить. Желание покинуть стрельбище я задавил в себе, так как идти мне было некуда. Помощи ждать тоже не приходилось. Прошедшие два дня красноречиво объяснили мне мое социальное положение в этом обществе.
— Сделайте пять одиночных выстрелов, — повторил невозмутимый голос.
Взяв себя в руки, я решил не отступать и делать то, что просят. За проведенные полчаса в кабинке тира боль скручивала тело еще три раза.
— Энергетический заряд вашего оружия ниже допустимого уровня.
На этой фразе мое занятие стрельбой закончилось. Как только я всунул пистолет в кобуру, дверь за моей спиной отъехала в сторону. Покинув помещение, ассоциирующееся теперь с острой болью, я осмотрелся. Очередь из новичков стала чуть меньше, но в остальном все было по-старому. Мимо меня стремительно прошел солдат, от его поступи палуба под ногами ощутимо дрожала.
— Че так долго, — он бросил походя раздраженный взгляд.