72 часа

Джуэл Белла

— Дадите нам минутку?

Уолтерс кивает, и они с двумя другими мужчинами находят бревно, чтобы сесть. Ноа подходит ко мне, обхватывает мое лицо ладонями.

— Ты невероятная, сильная, ты умница. Я знаю, как тяжело вернуться сюда. Я чувствую это, слышу это, я дышу этим, и мне хочется как можно быстрее бежать отсюда. Но ты, ты чертовски храбрая...

Я приподнимаюсь на носочки и целую его, долго и глубоко.

— Этот ублюдок дал мне второй шанс, Ноа, — шепчу я, отстранившись. — У этих детей

не было шанса. Дело не во мне.

— У меня от тебя захватывает дух, — шепчет он, поглаживая большим пальцем мою щеку. — Точно так же, как в первый вечер, когда я встретил тебя. Ты свела меня с ума тогда, ты сводишь меня с ума сейчас.

— Только в этот раз я не настолько глупа, чтобы отпустить тебя, — выдыхаю я, обхватив его лицо ладонью.

— Я никогда больше не позволю тебе сбежать. Я должен был остановить тебя. Должен был бороться сильнее.

— Мы боролись, мы держались друг за друга, а теперь давай просто будем вместе.

— Договорились, — бормочет он, снова целуя меня, прежде чем подозвать мужчин.

Я шагаю в воду, и мы двигаемся теперь гораздо быстрее, чем когда были здесь в прошлый раз. Нам требуется несколько часов, чтобы добраться до большой заводи перед пещерой. Я останавливаюсь, осторожно двигая ногами в воде, чтобы не утонуть. Офицеры тоже в воде позади нас. Я уверена, что другой вход в пещеру идет с поверхности, но мы не нашли его.

— Я не могу идти дальше, — говорю я. — Не думаю, что найду в себе силы снова на них посмотреть, но это та самая пещера. Мы подождем вас тут.

— Мы понимаем, — говорит Гарри, один из офицеров, который был с нами с самого начала.

— Просто поднимитесь и пройдите через водопад, — предлагает Ноа. — Мы подождем у ручья.

Они кивают и исчезают в водопаде. Я подплываю к краю, вылезаю на знакомый берег и сажусь, проводя пальцами по мягкой сухой земле.

— Ты в порядке? — спрашивает Ноа, усаживаясь рядом со мной.

— Мы выбрались, — говорю я. — Несмотря ни на что, мы выбрались. Было так много мгновений, когда я верила, что мы не справимся. Я почти сдалась, потому что думала, что у нас нет шансов. Но вот мы здесь.

— Вот мы здесь, — говорит он, взяв меня за руку. — Твоя Ба сейчас так бы тобой гордилась.

Моя нижняя губа дрожит, и он протягивает руку и берет меня за другую руку.

— Она бы гордилась, Лара. Она верила в тебя сильнее всех остальных. Если бы была здесь, она бы всем сказала, что знала, что ты справишься.

Я тихо смеюсь.

— Она бы так и сказала. Она бы гордилась. Ты прав, она была бы рада увидеть, что я снова обрела себя, но я сделала это не для нее. Я сделала это для тебя.

— Тебе потребовалось много сил. Я твой должник, Лара, — говорит Ноа голосом, полным эмоций.

— Не думаю, что когда-нибудь полностью прощу

себя за то, что случилось с Ба, но я приняла это и поняла. Я пыталась отгородиться от себя самой из-за того, что случилось, но там была только часть моей вины. Мы оказались не в том месте и не с теми людьми. Как и тогда, с Брайсом. Иногда ты не можешь контролировать судьбу, что бы ни делал. Я не должна была отказываться от себя самой. Я должна была выучить этот урок и идти дальше.

— Ты сейчас это и делаешь. Это все, что имеет значение.

Я прижимаюсь к нему.

— Я так часто думала, что мы умрем, а теперь мы просто сидим здесь, в месте, которое было нашим кошмаром, и говорим.

— Здесь красиво, правда?

— Чертовски красиво.

— Он думал, что раскусил нас, — говорит Ноа, скользя большим пальцем по моей ладони, которая лежит в его руке. — Он был уверен, что знает, как мы будем себя вести, что будем делать.

— Мы доказали, что он ошибался.

Ноа сжимает мою руку.

— Мы доказали, что он ошибался.

ЭПИЛОГ

Два года спустя

Я улыбаюсь Ноа, который держит на руках нашу дочь. Она агукает, когда смотрит на него, размахивая пухлыми ручками. Я придвигаюсь ближе к ним, останавливаюсь у спинки дивана и наклоняюсь, прижимаясь губами к шее Ноа, а затем наклоняюсь и беру руку Бесси, позволяя ей сжать свои крошечные пальчики вокруг моих. У нее папины глаза. Если честно, она — копия Ноа.

Само совершенство.

— Ты сегодня не пойдешь в участок? — говорю я, прижимаясь носом к его шее и вдыхая его запах.

Он вздыхает.

— Нет, сегодня целый день проведу дома с моими девочками.

— Хм, интересно, как мы можем его провести?

Ноа фыркает и поворачивается, прижимаясь своими губами к моим.

— Все будет зависеть от твоей дочери.

— Моей дочери? — Я хихикаю. — Значит, она моя, когда капризничает, но твоя, когда хорошо себя ведет?

Он ухмыляется.

— Именно.

Я тянусь к пульту дистанционного управления, включаю телевизор, и на экране появляется репортаж. Все та же история, что и в последние несколько недель. Ею забиты все каналы и вся пресса в стране.

— Снова, — говорит Ноа напряженным голосом.

— Да, — бормочу я, отпуская его и обходя диван, чтобы сесть рядом. — Не понимаю, почему кто-то хочет сделать из ужаса, который пережил, какой-то повод для славы.

Тело Ноа напрягается.

— И я. Я бы с радостью провел остаток своей жизни, никогда не вспоминая о том, что произошло в том лесу. И уж точно не стал бы писать об этом книгу.