7 ночей с врагом
Шрифт:
– Идем давай! – Дитмар появляется сзади и сам, без помощи парней, хватает меня за руку и ведет на второй этаж. Открывает дверь в комнату и буквально заталкивает внутрь.
Щелкает замок и я остаюсь одна. Тут же бросаюсь к окнам, распахиваю шторы и разочарованно стону: за пластиком решетки. Злюсь на себя за то, что сбежала от охраны отца с Олей, что пошла танцевать на танцпол, а не позвонила отцу и попросила забрать меня. Если бы можно было повернуть время вспять, я обязательно бы это сделала, но сейчас я неизвестно где. Меня заперли в комнате и ушли, предупредив, что я теперь
Я отказываюсь в это верить. Знаю, что мой отец занимается далеко не легальным бизнесом. Как знаю и то, что он достаточно жесткий человек. Но все это прошло мимо. Меня папочка берег как зеницу ока. Он был готов бросить любые деньги к моим ногам, лишь бы я была счастлива. И вот я в заложниках по собственной глупости и неосторожности.
Для верности я заглядываю в ванную, надеясь, что здесь есть какая-то система вентиляции, широкие решетки, через которые можно пролезть, но ничего. На нервах дергаю ручку двери, но та, конечно же, не поддается. Меня заперли в комнате, где есть ванная и два окна, но за ними решетки. Телефона у меня с собой нет, смарт-часов тоже, потому что я сняла их, едва удрала от охраны отца. Как и все украшения, в которых могли быть установлены датчики слежения.
– Черт, черт, черт, – не выдерживаю я и начинаю смахивать со столов и тумбочек все, что здесь есть, надеясь, что кто-нибудь придет на шум.
Я даже вооружаюсь древней тяжелой статуэткой и стою у двери, но никто не приходит. Ни одна живая душа. Они вымерли там все? Я устраиваю настоящий погром. Переворачиваю тумбочки, разбиваю плазму и зеркало в ванной. Сбиваю ногой умывальник и, будь у меня больше сил, наверняка оторвала бы и унитаз, но он не поддается и я лишь включаю воду, чтобы устроить потоп. Если этот самоуверенный тип думает, что я так просто сдамся и буду его шлюхой – он ошибается! Ему придется выпустить меня отсюда, потому что я не сдамся. Буду портить его имущество, ломать, крушить и устраивать потопы, лишь бы меня выпустили.
Вода огромной струей вырывается из крана умывальника и ванной. Я же довольная выхожу из комнаты и залезаю на кровать. Интересно, как быстро они поймут, что что-то не так? Как быстро увидят, что вода вытекает из комнаты?
Увы, через полчаса намокает только ковер, да и тот впитывает в себя всю влагу. Я недовольно поджимаю губы и иду в ванную, чтобы открыть что-то еще. Вдруг получится открутить какой-то винтик в унитазе и оттуда тоже польется вода. Такой меня и застает Дитмар: по щиколотки стоящей в воде над унитазом.
– Решила искупаться? – с долей ехидства спрашивает он.
– Привлекаю к себе внимание, – без тени сомнения произношу. – Вот видишь, получилось. Ты пришел.
– Отключи воду, – командует мужчина, но я лишь фыркаю и иду на выход, стараясь протиснуться мимо.
Его рука крепким захватом сжимает мой локоть, не давая пройти дальше.
– Я сказал закрыть воду, Карина.
– И что, что ты сказал? – дерзко вскидываю голову. – Тебе надо, ты и выключай.
В его взгляде мелькает сталь. Дитмар крепко сжимает челюсти и, ухватив меня за талию, толкает к разбитому умывальнику. Я иду босыми ногами, а он в кожаных туфлях, явно купленных не
– Выключай!
Он не повышает голоса, но говорит так, что внутри появляется волна страха. Сейчас я впервые осознаю, что не знаю этого мужчину и его возможности. То, что он до сих пор не ударил меня, ничего не значит, он может сделать это потом. Или сейчас. Пока я думаю, его рука сильнее сжимается на моей тонкой коже чуть выше локтя.
Дрожащей рукой тянусь к крану и выключаю его. Сильная мужская рука ослабляет хватку, и я делаю шаг в сторону, чтобы выключить кран в ванной.
В голове тут же пробегает шальная мысль быстро добежать до двери и оттуда наружу. Понятно, что это ничего не даст, но ведь попытаться можно.
– Ты заставила меня испортить любимые туфли, – зло произносит мужчина.
– Извини, – иду на попятную и стараюсь вести себя тише, чтобы усыпить его бдительность. – Я просто… – замолкаю, выдерживая паузу. – Я так растеряна, – наконец, заканчиваю мысль и делаю несколько шагов к нему, а потом…
Бегу, как ненормальная к двери. Пол скользкий, но я довольно быстро оказываюсь на ковре прихожей и добегаю до двери. Мужчина же остается стоять на своем месте. И только когда хватаюсь за ручку и дергаю ее, понимаю, почему он так спокоен. Он запер дверь. И я не могу выйти. Не могу покинуть эту чертову комнату.
Я иду к кровати. Ноги насквозь промокли и промерзли. Уйти отсюда я все равно не смогу, так что лучше согреться, чтобы хоть не заболеть.
– Отпусти меня домой! – говорю уверенно и гордо, едва тот, кто привел меня сюда, заходит в комнату.
Мужчина снимает с ног мокрые туфли вместе с носками и подходит ближе.
– Да ладно, девочка? Ты бы не борзела.
– Ты знаешь, кто мой отец? – дерзко спрашиваю. – Он же тебя…
– Ничего, – мужчина пожимает плечами. – Он не сделает ничего, потому что должен мне.
– Выпусти меня!
Я вскакиваю и за долю секунды оказываюсь рядом с ним. Моя рука звонкой пощечиной отпечатывается на лице мужчины. Его взгляд темнеет, а после он одним махом припечатывает меня к стенке, как провинившуюся.
– Ты моя! – рычит он. – И ты будешь делать то, что я скажу, – его рука крепко сжимает мою шею. – Еще раз посмеешь ударить меня – убью.
– Я не твоя рабыня! – страх пробирается под кожу, но я еще смею ему противостоять.
– Ты моя всё, что я скажу. Шлюха, рабыня, уборщица, поняла? – он усмехается и уводит руку ниже, к груди. – Твой отец отдал тебя на неделю, – он усмехается. – На семь ночей, если быть точным.
Семь ночей…
Он сумасшедший?
Отец не мог отдать меня! Тем более назначить срок и позволить какому-то уроду пользоваться его дочерью. Папа с меня пылинки сдувал, научил охранников в пол смотреть при моем появлении, а меня научил всегда быть на связи и в плотном кольце бодигардов.
Этот Дитмар врет.
Но я, черт возьми, боюсь его. Он смотрит пронзительно, как ножом воздух разрезает, и он пахнет властью, большими деньгами и угрозой. Я непроизвольно ежусь, хотя и стараюсь выглядеть смелой и не собираюсь сдаваться, я не лягу под него и уж точно не буду его личной шлюхой. Нет!