5G
Шрифт:
— Но у них даже интерфейса нет! — привела староста очередной аргумент.
— И не надо, без него, их в этих гаражах никто не найдет, — снова отмахнулся я от её слов: — мы здесь в погребе солений столько нашли, что если только вдвоем питаться, то на целый год хватит.
Спустя пять минут препирательств, я встал и закинул свой рюкзак на плечи. Гога последовал моему примеру, ну а Лена опять пошла в соседний гараж к так и не вышедшим к нам женщинам. Отметив для себя этот момент, я окончательно убедился, что брать их с собой сейчас было нельзя. Думаю, пройдет не меньше нескольких дней, а то и неделя,
— Лена, а что это за здания? — ближе к обеду мы дошли до места, с которого открывался вид на изготовленные каркасным способом крупные строения.
— Птицефабрика, — глянув в ту сторону, ответила она и пояснила: — в Серпухово четверть населения здесь работала.
— Значит скоро придем? — поинтересовался я.
— Нет, завтра наверное, сюда на автобусах людей привозили, все-таки довольно вонючее производство, рядом с жилым поселком такое строить нельзя.
— Надо же, — хмыкнул Гога, имея видимо свое мнение по поводу того, как и что разрешают, не смотря на вредность и прочие экологические нормы, в нашей стране.
— А железнодорожная ветка дальше идет? В Серпухово она есть? — последние четыре часа мы шли по насыпи, на которую нас вывела тропинка от гаражей.
— Нет, в Серпухово нет железной дороги, если только где-то с краю, в промзоне, но я не уверена, — задумавшись, девушка призналась в некомпетентности по этому вопросу.
— Обходить долго, пойдем через территорию птицефабрики, — решил я, надеясь, что если мы там кого-то и встретим, то сможем укрыться в каком-нибудь здании и дать отпор.
— Вот что им стоило Карту в интерфейс добавить, а? — разговорившись вчера перед сном с Гогой, о системе, о интерфейсе и прочем, я, видимо, задел в его голове какие-то мысли и он целое утро озвучивал фантазии на тему, ах если бы, то мы бы, и так далее.
— Ладно, пошли, чего сидеть, все равно не устали, — встал я с валяющейся на откосе бетонной шпалы, еще вчера отметив, что мы отдыхаем скорее по привычке, нежели чем по физиологической потребности организма.
Территорию птицефабрики ограждал забор, в районе насыпи с железнодорожным полотном превращаясь в ворота. Чуть выше забора и сбоку от проезда, виднелась сторожевая будка, стоящая на железных опорах. Оборудованная прожектором и рупором громкоговорителя, она могла бы представлять проблему, если бы в ней кто-то был. Пролезть под ворота не составило труда, подцепив обухом топора идущую по низу колючую проволоку, я дал возможность пролезть сначала Гоге, а затем и Лене. Парень, оказавшись на той стороне, проделал аналогичную процедуру, и спустя двадцать секунд и испачканные колени, я присоединился к своей команде.
— Стой! Кто такие? Стрелять буду! — словно в плохом кино, в нашу сторону оказалось направлено ружье, удерживаемое рукой под цевьё, а прикладом прижатое к плечу, средних лет мужчиной.
— Третий уровень, ничего-себе! — обладая самым большим параметром Восприятия из
«— Как его зовут?» — не раскрывая рта, через чат Пати спросил я парня.
«— Олег Семенович», — пришел ответ.
— Олег Семенович, здравствуйте! — крикнул я, пытаясь понять, кого мы встретили.
— А, пополнение?! Проходите, давно вас жду! — Отведя ствол в сторону, но продолжая держать руку рядом с курком, он сделал приглашающий жест.
Приняв вначале Олег Семеныча за военного, подойдя ближе, я понял, что ошибся. Нашивки на его униформе однозначно говорили, что он из охраны, разве что вполне боевое ружье, да еще и какая-никакая разгрузка, заставляло серьезно отнестись к его вооружению. Мужчина, в свою очередь, нас тоже рассматривал и, судя по поджатым губам, он уже понял, что мы не имеем никакого отношения к ожидаемому им пополнению.
— Все первого уровня, уже неплохо, — тем не менее произнес он, словно давая нам возможность еще больше его обмануть.
— Мы не из пополнения, мы из гражданской обороны, — решив говорить правду, я чуть выступил вперед, оставляя за собой Гогу и Лену.
— Так вы из города? Далеко забрались! — непонятно чему, хохотнул мужчина.
— Мы в Серпухово идем, если нужна помощь, поможем, — растерявшись от непонимания подоплеки его веселья, попытался я вести разговор.
— Помощь всем сейчас нужна, — щурясь, он перестал откровенно улыбаться.
— Договорились, но помощь в пределах наших возможностей, да и девушку придется отпустить, ей в поселок надо, к родителями, а мы с Гогой поможем, — не отказываясь на прямую, дал я условный ответ.
— Да ты мне тут на жалось не дави! У всех родители! У всех дети! Думаешь мне тут сидеть нравится? Только кто-то и эту заразу должен сдерживать, иначе все поляжем! — неожиданно сорвался на крик Олег Семеныч, снова схватившись за ружье.
— Какую заразу? Одержимых? — подала голос Лена, переводя на себя внимание мужчины, находящегося, судя по всему, на грани нервного срыва.
— Одержимых? Нет, тут таких нет, а вот измененные зомби есть, — зацепившись за девушку взглядом, лицо охранника разгладилось, как если бы он получил «привет» из дома.
— Зомби? Ну, мы их много убили, — оставаясь до этого вне общения, не утерпел Гога.
— Чем убили? Вот этим? — в глазах мужчины вновь появились смешинки, а из голоса пропал надрыв и крик.
— Три топора и все, — подтвердил я, впервые пожалев, что поддался на уговоры старосты и оставил ружье-двустволку в гараже тем женщинам.
— Пойдем, покажу вам здешних Зомби, — кивнув куда-то себе за спину, он посмотрел на Гогу и добавил: — а потом ты покажешь, как топором их убьешь.
Двинувшись вслед за странным охранником, мы посматривали то по сторонам, то в его спину, оценивая обстановку. Параллельно с движением, я через чат Пати предупредил, чтобы никто вперед не лез и на подстрекательство не поддавался. Потерять кого-то из ребят в непонятном замесе на заброшенной и никому ненужной по нынешним временам птицефабрике, мне совсем не хотелось. Через пять минут мы подошли к еще одной вышке, похожей как две капли воды на ту, что имелась у железнодорожных ворот.