50х50
Шрифт:
— Я должен сначала спросить моего супервайзера, — Джерри Кранчер насупился. — У сегодня у меня выходной и все такое. Да еще вести в тоннели людей, не имеющих допуска. Не могу сказать, что ему это понравится.
— Мистер Кранчер, — процедил лейтенант. — На случай, что вы не слышали, скажу, что идет война. Вы только что видели, как из-за этой войны умер человек. Вы не можете позвонить вашему супервайзеру, потому что визифонная система выведена из строя.
— Не могу сказать, что мне это нравится.
— И нам не нравится. Вот почему нам и нужна
— Правда? А как же в них попали бетельгейзы?
— Ну… сегодня воскресенье, знаете ли, минимум персонала, в восемь ноль-ноль выезжали автобусы в церковь, ворота были открыты…
— Поймали вас со спущенными штанами, а? — посасывая трубку, Джерри Кранчер, покачал головой. Чувствовалось, что он не слишком высокого мнения о боеготовности армии. — Значит, вам дали пинка под зад, а теперь вы хотите вернуться. Так чего тревожить рабочего человека дома и в выходной?
— Потому что, мистер Кранчер, война не делит неделю на рабочие дни и выходные. А вы — старейший сотрудник СТОПК [30] и, возможно, единственный человек, который знает ответ на интересующий нас вопрос. Коммуникационные центры имеют автономные источники энергии, но обычно используют городскую энергетическую систему. Кабели проложены под землей. А теперь хорошенько подумайте, прежде чем ответить. Сможем мы попасть в эти узлы связи из-под земли? Особенно в КЦ?
30
СТОПК — Служба технического обеспечения подземных коммуникаций.
— Где это? — Джерри Кранчер глубоко затянулся, выпустил струю серого дыма.
— На пересечении 18-го пути и Уигген-роуд.
— Так вот почему в сто четвертом так много кабелей.
— Сможем мы попасть в узлы связи?
В напряженной тишине Джерри Кранчер спокойно посасывал трубку. Лейтенант побледнел от напряжения. Сержант, солдаты, связисты, затаив дыхание смотрели на задумавшегося Джерри Кранчера. Наконец, тот выпустил очередную струю дыма, кивнул.
— Да.
Войска были не из лучших, но все же войска. Техники и операторы, военные полицейские и повара, клерки, механики. Но они получили лучшее оружие из имеющегося в арсеналах, а главное, знали, за что воюют. И они лучше держали в строй и крепче сжимали оружие, понимая, что будущее мира в их руках. С грозной решимостью они промаршировали до перекрестка, где им предложили подождать. И прошло отнюдь не несколько минут, прежде чем из дома вновь вышел Джерри Кранчер. В водонепроницаемом комбинезоне, каске, высоких резиновых сапогах. Старый, видавший виды ящик для инструментов свисал с плеча на широкой лямке. Изо рта торчала потухшая трубка. Он оглядел дожидающихся его солдат.
— Не так одеты.
— Полная боевая экипировка, — возразил
— Для тоннелей не годится. Промокнут…
— Мистер Кранчер, все они — добровольцы. Они готовы умереть за свою планету, так что промокшие ноги из не остановят. Можем идти?
Неодобрительно покачав головой, Кранчер направился к ближайшему люку в мостовой. Вставил в гнездо какой-то сверкающий инструмент и отработанным движением сдвинул люк в сторону.
— Тогда следуйте за мной, по одному. Двое последних ставят люк на место. Берегите пальцы. Тронулись.
Свет зажегся автоматически, как только они спустились в холодный зеленый тоннель. Провода, кабели и трубы тянулись вдоль стен и потолка. Разобраться в этом лабиринте мог только Джерри Кранчер. Он любовно похлопывал то по трубе, то по кабелю.
— Водопровод, паропровод, линия высокого напряжения пятьдесят тысяч вольт, местный фидер, 220 вольт, телефон, телетайп, коаксиальный кабель, ледяная вода, пневмопочта, доставка продуктов, кислород, ливневая канализация, — он радостно хохотнул. — Тут у нас всего понемногу.
— Врача! — донеслось сзади, и фельдшер бросился на крик.
— Они нас нашли! — воскликнул кто-то из поваров и все передернули затворы.
— Поставить оружие на предохранитель! — скомандовал лейтенант, — а не то мы перестреляем друг друга. Сержант, разберитесь и доложите!
Сжимая в руках оружие, в жутком напряжении, они ждали возвращения сержанта. Джерри Кранчер, что-то напевая себе под нос, постукивал молоточком по различным клапанам, потом подтянул какой-то хомут.
— Ничего особенного, — доложил сержант. — Бурн-Смит придавил палец, ставя люк на место.
— Никогда они не слушают, — проворчал Джерри Кранчер.
— Выступаем, — скомандовал лейтенант.
— Мы не обговорили один момент, — Кранчер стоял, как скала. — Вы гарантировали, что мой супервайзер оплатит мне эту работу.
— Да, разумеется, можем мы говорить на ходу?
— Мы пойдем, когда уладим этот вопрос. Я забыл, что сегодня — воскресенье, а следовательно мне полагается двойная оплата, а после четырех чесов — тройная.
— Хорошо, согласен. Пошли.
— Мне нужна бумага.
— Да, бумага, разумеется, — скрайбер лейтенанта залетал над блокнотом для донесений, он вырвал исписанный листок, протянул Джерри Кранчеру. — Вот, с подписью и моим армейским номером. Армия гарантирует оплату.
— Очень на это рассчитываю, — Джерри Кранчер аккуратно сложил листок, убрал в бумажник и лишь после этого зашагал по тоннелю.
Потом все участники операции вспоминали этот поход, как кошмарный сон, все, за исключением седовласого мужчины в комбинезоне, каске и высоких сапогах, который вел их через этот подземный ад. Главные тоннели проблем не вызвали, хотя то и дело приходилось перелезать через трубы и протискиваться мимо массивных клапанов. Если б не каски, на первой же миле половина солдат получили бы сотрясение мозга. А так все обходилось лишь звоном металла и сдавленными ругательствами.