33

Варгас Натали

— Разумеется.

— Тридцать два! Последний оказался для него последним…

— Да ну? Что вы говорите?

— Хотя, во сне зрителей тридцать три было… а не тридцать два… кто же тридцать третий?

— В самом деле, кто?…

— Может быть, я кого-то пропустил? …

Прапорщик сосредоточился на урчании своего желудка, лишь бы не растянуть физиономию в подобие глупой улыбки. Всегда, когда он чего-то не понимал, он краснел и тупо лыбился. А здесь следователь Афонин с войной Салманасара и тремя десятками приснившихся походов. Прямо напасть какая-то.

Следователь, тем временем

запросил у Димыча все возможные данные о брошенных машинах марки «Волга» недалеко от того места, где Татьяна посещала день рождения Давыдова. В ожидании ответа, он тряс головой и возбуждённо рассказывал о своём недавнем сне, недоумевая от чего в нём появилась его жена…

«Есть» — брякнул наконец мобильник Антона. «Волга, 2005 года, белая, без номеров…» Дальше Антон не читал.

— Поворачивай обратно! — Рявкнул он. Его вопль резанул воздух настолько оглушительно, что прапорщик с силой крутанул руль так, словно они вот-вот должны были врезаться в невидимую стену. УАЗик совершил двойной пируэт, прежде чем выровнялся, скрежета ещё не разогревшимися тормозами.

— Чего мы там забыли?! — придя в себя, воскликнул Синяев.

— С Татьяной Петровной познакомиться!

— Так она разве не в Париже?!…

— Нет, милый вы мой и родной! — Ударил его по плечу следователь. — Она в доме!

Пустошь

То, что дежурившие в доме полицейские были обезврежены убийцей, Антон с Синяевым сразу поняли едва, попытавшись с ними связаться. Но даже если учесть, что в доме стопудово находился опасный преступник, разрешения прокуратуры выламывать двери у них не было. Да и врываться в дом, не зная вооружён ли убийца, всё же не лучший вариант.

Антон попросил Синяева следовать за ним и, поспешно пройдя двор, оказался перед дубовыми дверями.

— Что-нибудь забыли? — спросил Захаров.

Он нехотя открыл дверь, подпёр рукой косяк и разражено передёрнул лицом. Антон глянул на него простовато и смущённо.

— Совсем забыл вернуть вам вот это. — При этих словах, он выудил из кармана Айпод с «хеви металл». — Гляньте, все ли файлы на месте?

Захаров скорее по инерции, чем осознанно, принял крохотный проигрыватель, нажал на меню и глянул на осветившийся мониторчик. «Шум воды в ванной» чернело на нём название последней игравшей «музыки». Лицо хозяина дома начало принимать выражение растерянности.

— Да, я вот что подумал, — между тем виновато улыбнулся Антон, — Дистанционник от того музыкального мини-центра так и не нашли…

— Ну?

— А вы не пытались искать его во внутренней части своих кроссовок?

— Чьих кроссовок? — состроил тот удивлённую мину. Но охватившая лицо бледность выдавала его.

Антон хитро подмигнул. Любой, кто никакого отношения к теме разговора не имел, сразу бы спросил «на кой ляд тут дистанционник?». А тот о кроссовках… Значит понял. Выкручиваться бесполезно.

— Ах, ну ладно, — Захаров наклонился и всунул указательный палец в область голеностопного сустава обуви, — взял и спрятал, признаюсь…

Перед глазами следователя выпрыгнул маленький пульт дистанционного управления для мини-центра iLuv.

— Как вы догадались?

— Просто вспомнил фразу Панкрата Давыдыча Ужа

о том, что руки у вас пахнут грязными носками. Деревенский мужик в лоб рубил и верно. Не переодевались вы давно, а в правую кроссовку всё время пальцы впихивали. Стопа чесалась. Но почему только одна правая? М-м? Тут я и предположил, что если вы одеваете на «работу» комбинезон для химической защиты… а в нём карманов нет…, то лучшим средством переноса мелких предметов будет внутренний «пакет» кроссовок. Ваша же любовь к музыкальному сопровождению подтверждена всеми известными соседями на первых местах вашей деятельности. Далее вы, конечно, музычку через гарнитуру стали слушать, чтобы внимания не привлекать, но пальчик всё же оставили на айподе в квартире Прокопьева. А пульт управления музыкальными мини-центрами приспособились хранить в кроссовке.

Взгляд Захарова метнулся с физиономии следователя на прапорщика. Полицейский не понимал, о чём шла речь, но авторитетно хмурился.

— Я вот всё думал…. — Между тем, продолжал следователь, делая шаг через порог дома. — Жена моя, знаете ли, теребит меня относительно мобильника.

— Какого мобильника?

Захаров отступил, пропуская нежданного гостя. Он был сбит с толка и смотрел исподлобья, не зло, но настороженно.

— Переговорного аппарата без проводов… С кнопочками вместо крутилки.

Следователь мило улыбнулся. Добродушие обезоруживает и ослабляет бдительность. Это позволило Антону непринуждённо пройти вперёд и встать так, чтобы собеседник оказался прямо между двумя полицейскими.

— Я знаю, что такое мобилка… — прорычал окружённый Захаров.

— Она самая… А какой она у вас марки? Крутая небось? Японская?

— Точно. — Буркнул тот.

— Так я и думал! — Не отставал Антон. — «Самсунг»?

— Верно…

Захаров не успел добавить «Галакси» как замолк от неожиданности. На него в упор смотрело дуло Глока. Его лицо застыло в немой ярости.

— Ответ неверный! — Процедил сквозь сжатые зубы следователь. — То была стиральная машина.

— Какая машина?..

— Стиральная… Та, что смешивает грязные шмотки с чистой водой, порошком и отбеливателем. Помните, Анна Николаевна взялась за стирку окровавленного барахла?

— О чём вы? — выдавил из себя Захаров. Он упирался, хотя вполне осознавал то, что следователь раскусил его. Тот, словно читая его мысли, кивнул головой.

— Вы понятия не имеете о том, что стиральная машина в этом доме издаёт особый звук по окончании работы и приняли его за рингтон своего телефона… Вернее, не своего, а того что взяли у Надежды Томиной или нет… тот, который раздобыли на квартире Лилоева. Неувязочка! Вы так запутались в телефонах…

Здесь Антон сделал паузу. С умыслом. Если Захаров был тем, за кого его принимал следователь, то тот должен попасться на этой самой паузе.

— Пф! — как и ожидалось, Захаров клюнул на уловку. — А вот у Лилоева-то я мобильник не брал, зачем мне старье…

Только Дубильщик мог сказать такое! Он осёкся, но поздно. Антон перенёс большой палец на предохранитель Глока.

— Где она?

— Кто?

— Ох, не злите меня! — Рявкнул следователь. — Татьяна! Вы подвезли её с дня рождения Давыдова, сюда, в дом… Ну же!