31 ноября

Berd Татьяна

Три года назад она появилась на собеседовании на должность руководителя департамента финансового контроля и анализа. Вадим изначально не думал, что эта молодая красивая девушка способна вообще руководить. Но прочитав ее резюме, был приятно удивлен. Еще в институе она устроилась в небольшой строительный холдинг, и выросла до зама начальника финансового отдела, а еще через год уже возглавила его. То как она отвечала на его вопросы, выстраивала финансовые модели проектов поразило Вадима, единственное что настораживало, так это ее холодность. Прям

лед, казалось дотронешься и замерзнешь, но к делу это не имело никакого отношения, даже лучше — всегда холодная голова.

Его служба безопасности проверила кандидатку, и на столе лежал отчет, довольно неприятный для Вадима. Оказывается, соискательница родная дочь Богданова, по какой-то неведомой причине сменившая фамилию. Тогда еще Борис предостерегал Вадима от необдуманного шага, предлагал не нанимать ее. Но он решил, что врага лучше держать рядом.

Все три года Елена Сергеевна не выдавала себя ничем, такая же холодная, без лишних эмоций, говорила всегда четко и по делу. Какое-то время безопасники пристально наблюдали за ней, ее компьютером. Но она ничего не предпринимала, с Богдановым никак не связывалась. Только дом — работа — дом. Правда была на свидании несколько раз, но ничего интересного.

— Притаилась, входила в доверие, — подумал вслух Вадим. За эти три года, все ее отчеты и выводы по инвестициям были верны, все вложения Вадима, как она и прогнозировала, работали. — Так входить в доверие? Вот зачем ей это надо? Может от меня голову потеряла? — усмехнулся мужчина, — Хотя это вряд ли, что-что, а голову она точно не потеряет.

Он встал и подошел к окну. «Ну что ж, Снежная королева, будем выбивать из тебя правду, но нежно и аккуратно», — Вадим зло улыбнулся.

Вечером, стоя в дверях кабинета своего руководителя департамента финансового контроля и анализа, Вадим не верил своим глазам. Он готов поклясться, Снежная королева плакала. Вот уж не думал, что она способна на эмоции.

Вадим рассматривал Елену Сергеевну, ее роскошные каштановые волосы, которые она освободила от дурацкого пучка, разлетелись и покрыли ее хрупкие плечи, спускаясь ниже лопаток, как она запустила в них свои пальцы, опустила голову и обреченно закрыла глаза.

Боль, в этом во всем чувствовалась, мать ее, нестерпимая боль.

Вадим постоял минут пять, разглядывал девушку, начиная думать, а так ли уж она причастна к делам Богданова. Слишком уж он проникся ее болью, ему хотелось подойти и обнять ее и… поцеловать. Вадим отогнал это наваждение, потом решил кашлянуть, дабы отвлечь ее от тяжелых мыслей.

От ее удивленного пронизывающего взгляда, не такого холодного, как обычно, а отчаянного, его прошиб холодный пот, и непонятная дрожь пробежала по телу.

Позже, войдя вслед за Еленой Сергеевной в лифт, он нажал на минус первый этаж, ведущий к подземному паркингу.

— Почему вы всегда так поздно уходите? — глядя ей в глаза, спросил он.

— Я уже говорила вам утром, Вадим Николаевич, ненавижу пробки. — Она отвела свой взгляд в сторону.

— Ну

пробки можно переждать и не в офисе, — заметил он.

Она поджала свои пухлые губы, и горько усмехнувшись.

«Что же ты задумала, Снегурочка», — подумал Вадим, глядя на ее длинные опущенные ресницы, — «Что скрываешь?»

Ему захотелось вдруг растопить лед в ее душе, просто обнять и отогреть. Вадим, поддавшись порыву, взял девушку за локоть и притянул к себе. А потом прикоснулся к ее губам, нежно и аккуратно. Он почувствовал, как она напряглась в обруче его рук, такая хрупкая, но все такая же холодная.

Лифт дернулся и остановился, не доехав немного до нужного этажа, чуть побурчав, двинулся дальше.

Вадим, расцепил свои объятия, и девушка выпорхнула из них. Она тяжело дышала, в ее пронзительных зеленых глазах начал разгораться теплый уголек, но тут же затух.

— Не делайте так больше, Вадим Николаевич, — тихо произнесла она и выпорхнула из лифта.

Он ничего не ответил, лишь смотрел как она удаляется от него, цокая своим каблучками.

«Что это было, черт возьми, Вадим?» — сказал он сам себе, и тут же вспомнил фигурку, сидевшую у себя в кабинете в кресле, вроде такую милую и беззащитную. «Жалость, ну и похоть», — с этими мыслями он подошел к своей машине.

Его водитель, Артем Тимофеевич, седовласый мужчина пятидесяти лет, вышел и открыл ему заднюю дверь.

— Добрый вечер, Вадим Николаевич. Домой? — уточнил водитель у шефа.

Вадим кивнул и повернулся к окну. В этот момент красная иномарка проехала мимо, за рулем сидела Снегурочка.

— Интересно, что же у нее такое случилось? — вслух произнес Вадим.

— Да, — протянул водитель, — душа у девочки явно кровоточит.

— Ты думаешь? — удивился шеф.

— Я уверен, Вадим Николаевич, при чем видно, что жизнь не балует Елену Сергеевну, и особо никогда не баловала.

— Надо разузнать о ней побольше, завтра этим и займусь.

Он посмотрел в зеркало заднего вида, и увидел, как водитель хитро прищурившись и улыбаясь смотрит на дорогу.

— Ты чего лыбишься, Артем Тимофеич? — спросил у него Вадим.

— Я смотрю, заинтересовала она вас. Смотрите, Вадим Николаевич, растопите лед, не пожалейте.

— Ты на дорогу смотри, знаток душ человеческих.

— Как скажете, босс.

Утром, придя в офис, Вадим попросил Бориса прийти к нему, захватив досье на Николаеву Елену Сергеевну.

— Вот, — положил на стол папку начальник безопасности. — Здесь все что мы нарыли, когда она устраивалась к нам. Кроме родственных связей, о которых тебе известно, больше ничего страшного нет.

— Оставь, я посмотрю. Ты больше пока ничего не нашел? — уточнил он у безопасника.

Борис отрицательно покачал головой.

— Притаились похоже. Но первую кандидатуру я все-таки не хочу пока исключать.

— А я и не собираюсь исключать. Главное, чтобы больше никого не было.

— Вадим, не уверен, что она одна.