30 Дней
Шрифт:
Многие мои знакомые интересовались, каково это. Задаюсь вопросом, а каково что? Знать, что в любой момент, я могу умереть? Знать, что переживают мои родители при каждом моем приступе? Или может быть, знать, что у таких, как я, вряд ли будет счастливое будущее? Никогда не понимала этих вопросов. Нет, на самом деле, я уже привыкла к ним, в основном отвечаю
« нормально », а если начинаются дальнейшие расспросы, то я просто увиливаю от ответа. Уж это я умею. Собеседникам, конечно, не нравится такой ответ, зато мне намного проще. Не приходится каждый раз объяснять, чем я болею и все такое. А вы сами подумайте, что я могу им сказать? Они задают риторические вопросы,
И вот, я все ещё лежу и смотрю наверх. В плеере заиграла Daughter- All i Wanted. Когда – то, я крутила ее на репите. Я восхищалась и не могла без неё прожить ни дня. А что сейчас? Никаких чувств. Даже ножкой не хочется в ритм притопывать. С каждым днём, моя жизнь ставится под угрозу, и я ничего не могу с этим сделать. От этих ужасных мыслей, меня клонит в сон. Я засыпаю.
***
Крыша небоскреба. Я точно знаю, что высота здесь в триста этажей, хоть и не считала их – как – то не до этого, когда висишь на этой самой высоте, по закону жанра, цепляясь за самый краешек. А еще я жутко боюсь любой высоты – по-научному это будет акрофобия. Но это так, мелочи жизни. И да, совсем забыла – на меня смотрят. Смотрят таким взглядом, от которого сердце разрывается на самые мелкие кусочки. Это юноша с довольно туманными очертаниями. Наверняка про него можно сказать только то, что у него тёмные волосы и почти чёрного цвета глаза. Я не знаю, кто он, и почему смотрит на меня. Я пытаюсь спросить, хотя бы его имя, но у меня не получалось.
Затем молодой человек хватает меня за обе руки и пытается втянуть на крышу. Все хорошо, все прекрасно – он сильный, ему почти это удалось. Но в последний момент он просто отпускает меня. И если бы я оторвалась от своего стремительного полета вниз и посмотрела вверх, то увидела, как он машет мне рукой. И может, опять что-то говорит, но я не слышу – уши заложило от какого-то безумного звука, напоминающего неполадки в испорченном микрофоне. Лишь долетев до асфальта, я напоследок понимаю, что этот звук – мой крик.
***
Утро. 10:00.
– Ты чего кричишь,– говорит мне медсестра,– напугала меня до смерти, я думала что – то случилось, Нэнс!
– Карен. Боже. Прости, я не хотела,– я резко поднимаюсь, держа себя за затылок.
– Все в порядке?– женщина подаёт мне бутылку воды и множество разноцветных таблеток.
– Да, просто кошмар приснился.
– Поделишься?
– Потом, сейчас хочу проснуться окончательно,– я забираю таблетки из руки медсестры.
– Хорошо, через 15 минут принесу завтрак. Только для начала поставим тебе систему.
Карен вышла из палаты и ушла в соседнюю комнату. Я осталась одна.
Погода на улице желала оставлять лучшего. Несмотря на лето, здесь, в Манчестере, почти каждый день льёт, как из ведра.
Мои родители переехали сюда, как только я родилась. Они считали, что в Англии я смогу получить образование лучше, чем в Кёльне Германии. На самом деле, меня всегда интересовал этот город. Да, он тоже дождливый, и местами даже легко затапливаемый, но, несмотря на это, он считается самым тёплым и красивым, по крайней мере, для меня. Кельн – это город и культурный центр, основанный более 2000 лет назад. Он расположен на берегах реки Рейн в западной части Германии. Основная достопримечательность – Кёльнский собор в Старом городе, образец высокой готики в архитектуре. Да, я знаю про него почти все. Говорю же, увлекаюсь историей создания этого чудесного места. Надеюсь, что когда-то я попаду туда. Кстати, мои родители жили там всего год, так что,
Из мыслей меня вывел громкий крик с коридора, но крик этот был не страшный, а совсем наоборот. Словно появился какой-то важный человек и все вдруг начали ему аплодировать. Дверь моя была приоткрыта, но я все равно ничего не видела. Мне пришлось встать.
– Так, Нэнси, аккуратно, не отключи систему,– я поднялась на ноги и повела за собой капельницу.
Открыв дверь до конца, я увидела высокого красивого мужчину, он улыбался всем своими белоснежными зубами и размахивал руками, что-то рассказывая толпе врачей и медсестёр. Рядом с ним стояла охрана и, кажется ещё какой-то парень. Я успела разглядеть лишь очертания, как Карен схватила меня и повела обратно к кровати.
– Карен, что ты… Что ты делаешь… Карен?– я была возмущена поведением медсестры, и пыталась вырваться из ее тяжелый хватки.
– Что – что! Ты почему не в кровати?– Хельсон уложила меня,– Я же сказала, сейчас завтрак принесу, смотрю, а ты уже стоишь и пялишься.
– Кто это?
– Кто именно?
– Почему вокруг того мужчины столпились все?
– Ты разве не знаешь кто это такой?
– Нет.
– Дорогая, это Карлос Алькароз, один из самых известных врачей Испании,– женщина подала мне мою книгу с прикроватной тумбы,– Он приехал помочь нашим некоторым пациентам, а что? Заинтересовал?– женщина начала громко хохотать. Ее смех был такой резкий, что она вполне сошла бы за ведьму на хеллоуинской ярмарке.
– Чего? Он старый, ты с ума сошла?– я резко повернула голову в сторону Карен.
– А что? Вполне хороший мужчина, никуда не вставай, я сейчас принесу еду, прямо пять минут.
– Карен, подожди,– крикнула я вслед уходящей медсестре.
– Ну что ещё такое? Вот неугомонная девчонка.
– А кто стоит рядом с ним?
Женщина развернула голову. Открыв дверь до конца, она посмотрела в сторону толпы.
– Это его сын,– Карен ухмыльнулась,– Хьюго Алькароз. Он кстати чуть старше тебя. Думаю ему 19-20. Симпатичный, да?
– На что это вы намекаете, мисс Хельсон?
– Я? Я ушла за едой, отстань от меня,– женщина улыбнулась, махнула рукой и ушла в сторону столовой, оставив мою дверь открытой.
Толпа разошлась, а местные знаменитости стояли почти рядом с моей палатой. Они наблюдали за работой Мистера Пантерса. Он был у Анны, моей соседки. У неё та же проблема, что и у меня, только вот ей всего 14 лет. Анна попала сюда, всего около двух лет назад, с того времени мы и знакомы. Она очень весёлая, жизнерадостная девочка. Но чертова болезнь с каждым днём убивает ее. Врачи каждый месяц говорят ей, что она не сможет дожить до следующего месяца, но Анна сильная, держится.
Черт, я сейчас задохнусь. Он смотрит на меня. ПРЯМО. НА. МЕНЯ. Так, Нэнси, отвернись, а лучше встань и закрой дверь.
Только я начинаю приподнимать свое, еще не отошедшее от вчерашнего приступа, тело, как вдруг…
– Привет, можно?
Со стороны входа стоял высокий темноволосый кудрявый парень, в чёрном свитшоте, украшенном рисунком на левой стороне груди, и таких же чёрных джинсах. Это был он. Хьюго Алькароз. Парень выглядел так, словно только что сошёл с обложки какого-нибудь журнала. У него красивые и выразительные карие глаза. Нос был почти идеальным, а губы слегка пухлыми, цвет же их был настолько розовым, что казалось, будто пять минут назад парень ел малину, и сладкая ягода окрасила их. У Хьюго острые черты лица, казалось, если дотронешься до его скул, то точно обрежешься. Я пока не понимаю почему, но он выглядит чрезмерно загадочно, с непоколебимым эго. Хьюго – очарователен и красив, наверняка эти черты он использует в своих интересах.