220 вольт

Калошин Вячеслав

– Да, товарищ сержант – окликнул я уже уходящего конвоира – передайте там, что если ко мне придут на свидание, то меня нету!

– Ага – кажется, он даже не обратил внимания на мою просьбу. Ладно, шутка и в самом деле не очень…

Я присел на скамью. Спать было еще рано, поэтому я оперся спиной на прогревшуюся стену и уставился на тускло горящую лампочку на потолке.

– Сколько я отрезал, сколько перерезал, сколько лампочек я заменил… – затянул неожиданно даже для себя. И пофиг, что не в рифму – Я маменьке родной телевизор поставлю… Электрик, нажми на рукоять!

Глава 11

– Эй, певец, ты кто? – внезапно послышалось из соседней камеры.

А и в самом деле, тут же явно их много. И с чего мне пришло в голову, что я тут один?

– Электрик, а ты? – ответил я, почему-то решив, что спрашивают про профессию.

– Ништяк, не слышал. А я Жмых, 162 у меня – сосед просунул руку через решетку и помахал ей.

– А я свою не знаю, сразу сюда после следователя – я с трудом просунул руку через свою решетку и помахал в ответ – а 162 это за что?

– Подрезал чуток у фраера, да потом не фартануло, прямо в руки мильтону выскочил – сосед вздохнул – в общем, теперь к хозяину мне дорога.

– Эй, болезные, а ну-ка давай назад, а то без раздачи останетесь. – внезапно ожил наш надзиратель.

Хоть я и не имел ни малейшего понятия, что такое «раздача», но раз это такое, что можно в наказание отобрать, то лучше подчиниться. Сел снова на скамью и огляделся. Делать было совершенно нечего. Как-то же заключенные должны справляться со скукой? Книг нет, собеседников нет. Занялся бы настенной живописью в духе «вася был здесь», да нечем стены портить.

В итоге решил позаниматься прогрессорством, хотя бы мысленно. Надо обеспечивать себе будущее, не вечно же мне электриком лампочки крутить? Хотя надо признать, работа эта пока совершенно не пыльная.

Итак, для начала включаем пессимиста на полную катушку. А на полную катушку – это меня расстреляют. Все, финита с комедией и абзац, поэтому дальше не рассматриваем. Уменьшаем – законопатят лес валить или рыть канал. Тут я вообще ничего не знаю, значит буду пытаться использовать свои знания на полную, чтобы дали заняться более интеллектуальным трудом. Бензопилу там изобрести или еще что-то – надо смотреть по обстоятельствам. В общем, как в армии – сразу показать свои навыки, чтобы поближе к штабу, но подальше от начальства. Если какие-нибудь «15 суток» дадут – спокойно отсидеть и только потом начинать писать всякие письма во всем места про то, что я невиновный.

Поразмыслил еще раз над использованием послезнания и писем Сталину или Берии. Нет, категорически нет. Разве что на расстрел поведут, да и то… Надо что-то убойное, во что поверят прямо сейчас и сразу. В голову ничего, кроме атомного проекта не приходило, да и только-то и знаю, что там Курчатов был. Еще в какой-то книге читал, что прямо около Архангельска алмазы нашли – это уже было или будет? В общем, плохо быть не подготовленным попаданцем…

Ладно, хватит загонять себя в негатив. Предположим, что меня выпустят. Для начала надо будет доделать автономное питание светильников. Но тут жду помощи местных радиолюбителей, вернее информации от них про существующие элементы питания. А то все, что я увидел в «Радио» – это какие-то странные для меня номиналы и размеры. Лично я не смог придумать, зачем кому-то может потребоваться батарейка, которая выдает всего полтора вольта, но зато емкость у нее аж четыреста ампер-часов. При небольшом желании сварочник можно соорудить, не то что лампочку запитать.

Закинув руки за голову, я улегся на скамейку. Глаза сами собой уставились на лампочку. Что еще можно по-быстрому сделать? Я прищурился, пытаясь разглядеть нить висящей под потолком лампочки. Внезапно она мигнула, а затем погасла. Не понял, это я ее что ли взглядом погасил? Неужели положенные попаданцу суперспособности проклевываются? Только я начал мечтать про открывающиеся возможности,

как от дежурки раздался крик, матерящий какого-то Михайлюка. Движимый любопытством, я встал и прижался лицом к решетке, пытаясь что-то разглядеть. Света, долетающего от окна в торце коридора было достаточно, чтобы тьма не была уж совсем непроглядной, поэтому я вполне различал мечущиеся тени. Вскоре где-то нашли и зажгли керосиновую лампу, поэтому стало гораздо светлей. Но даже с такой помощью с моего места не было видно ничего интересного. Я улегся назад на скамейку и начал слушать, как кто-то начал командовать в духе «это приделывай сюда, а ты иди вот туда». Пару раз они даже пытались включить свет, но после небольшой паузы все гасло назад и начинался новый поток матерных команд от неизвестного мне начальника.

Было попытался реконструировать действия, приведшие к аварии, но слушая разговоры ремонтирующих экспертов, так и не смог вычленить ничего полезного. Сначала вроде чайник не туда включили, а потом утюг. Ладно чайник, но что утюгом в дежурке делали? Наконец, после очередной команды «давай» все лампы вспыхнули неестественно ярким светом, а затем очередью по коридору пронеслось «пых-пых-пых» от перегорающих лампочек. Кажется, горе электрики устроили перекос фаз в чистом виде. В обычном мире это известно под «ноль отгорел». Я коротко хохотнул и попытался устроиться поудобнее – вот теперь света точно не будет очень долго…

* * *

– Па-а-а-адьем! – меня разбудил мерзкий блямкающий звон пустой тарелки, которой вели по прутьям решеток соседних камер. Ага, уже утро.

Вскоре в сопровождении незнакомого сержанта появилась тележка, на которой стояли большой бидон и стопка вставленных друг в друга тарелок. Тележку катила хмурая личность, одетая в бывший когда-то белым халат.

– Брянский? – конвоир открыл дверь, давая проход «повару» и сверился с каким-то списком – сегодня тебе на суд, так что готовься.

Готовься, было бы чем… Я взял протянутую мне миску, наполненную какими-то серыми комками, кусок ноздреватого хлеба и замызганную ложку. С сомнением посмотрел на предложенное и попытался прислушаться к организму: есть или не есть? Организм выразил полную индифферентность, не подавая никаких сигналов. Немного подумав, решил, что все-таки стоит поесть – фиг его знает, когда в следующий раз доведется. Тщательно обтер наиболее чистым куском одежды ложку и попробовал. Перловка, а в качестве приправы какая-то жирная фигня с отвратным вкусом. Конечно, до разносолов Пелагеи Серафимовны далеко, но у данного варева наверняка совершенно другое предназначение. С трудом запихнув в себя эту бурду, я сполоснул ради приличия тарелку с ложкой и снова решил вернуться к прерванной вечером теме прогрессорства.

Пытаясь вспомнить хоть что-то прикольное, решил пойти ассоциативным путем. Вот лампочки, которые вчера бахнули. Они могут гореть, а могут не гореть. Отлично, идем дальше. Если они светятся, то можно наверняка сделать так, чтобы они светили разным цветом. Например, покрасить лампочку или поставить покрашенную стекляшку. Получим светофор. Мимо, они уже тут есть, лично парочку видел, когда сюда везли. Светофор мигает разными цветами. Что еще может мигать разными цветами? Гирлянда на елке. Помню «бегущие огни», особенно с разными программами, были очень популярны. До нового года времени еще вагон, так что будет время выяснить, есть ли они уже. А кроме гирлянды что может мигать? Цветомузыка! Такого тут точно нет! А ведь конструкция-то примитивная даже по нынешним временам… Точно. Нарисую схему, отправлю в журнал «Радио» и стану знаменитым на всю страну. Может, им заодно полупроводниковый диод с транзистором изобрету, там тоже ничего сложного нет…