Шрифт:
1 ночь. Знакомство
— Сколько вам лет?
— Тридцать.
— Ваш отец бы мне еще сорокалетнюю девственницу проиграл.
Высокий крепкий мужчина встал из-за дорогого письменного стола и размял плечи. Он отошел к панорамному окну, бросил взгляд на просыпающийся город. Хотя было только восемь, бизнесмен Тимур Шевцов бодрствовал уже часа два.
— Я пришла кое-что прояснить, — женский голос звучал гордо, но все же слегка дрожал, — эта ставка… бред… Мы живем в цивилизованном
Мужчина резко повернулся, отчего его волнистая медовая челка упала на лицо. Спокойным движением он убрал волосы, посмотрел снисходительно.
— По законам этого самого общества и нашего славного государства дом вашей семьи, а также бизнес принадлежат мне. Я дал вашему отцу шанс не остаться на улице вместе с вами, вашей матушкой и очаровательными десятилетними близнецами. А если мне не изменяет память, ваша родительница снова беременна.
— Это вас не касается! — в ее голос рвались слезы.
— Не могу не согласиться.
Он подошел к стройной брюнетке и уверенно взял за локоть. Она рванулась.
— Спокойно. Я всего лишь хочу посадить вас в это кресло, а то вы свалитесь в обморок со своих каблуков.
Она как кукла опустилась на светлое кожаное сидение. Запрокинула голову, чтобы удержать влагу в темных глазах. Узкая юбка плотно облегала соблазнительные худые бедра, заканчиваясь на линии колен. Девушка скрестила стройные ножки и согнула их, вжавшись в кресло. Словно пыталась защититься. Глубокий выдох через пухлые губы.
— Зачем вам всё это? — она смогла взять себя в руки.
— Мне скучно. Такой ответ вас устроит, милая Лиза? Мне тридцать восемь лет, и даже карты больше не несут в мою жизнь интерес. Потому что попадаются такие тупицы, как ваш отец.
— Вы чудовище! Как вы вообще можете так говорить?
— Ну я по крайней мере не закладываю все имущество, имея семью из пяти человек.
Лиза молчала, она до сих пор не верила, что папа мог так поступить с ней. Буравила взглядом черный подол и не понимала — что дальше?
— Какие у вас условия? — тихо спросила она.
— Ну для начала я хочу, чтобы вы называли меня по имени. Тимур, а лучше Тим. С вашим папенькой мы договорились на двадцать одну ночь. По аналогии с той игрой, которой он пытался спасти свое положение. Но с вами, как вы понимаете, мы будет заниматься не картами.
Она задрожала.
— Вы извращенец!
— Делайте выводы после, а не до.
— Я должна буду жить у вас?
— Мне плевать, где вы будете находиться днем. Одно правило — никакого секса с другими. Второе — вы приезжаете по первому моему требованию.
— Надеюсь, это не растянется на годы?!
— Вас так пугает воздержание? — его светло-карие глаза смеялись. — Нет. Но и каждый день я вам обещать не могу, бизнес. Хотя если вы как следует попросите…
— Хватит! —
Он подошел, опустил большие ладони на тонкую белую шею, пальцами чуть зажал пульс. Она глубоко вдохнула ртом и ощутила травяной привкус паров его одеколона.
— Мой водитель заедет сегодня в семь.
***
Лизе казалось, она наблюдает за этим абсурдом со стороны. Но нет, именно она стояла посреди огромной гостиной в одном нижнем белье. Пальчики ног утопали в высоком ворсе овального светло-зеленого ковра.
Напротив в кресле сидел мужчина. Он был полностью одет: бежевые брюки, белая рубашка. Все как днем, только без пиджака, галстука и с расстегнутыми верхними пуговицами.
— Что мне делать? — ей казалось, комната крутится вокруг нее.
— Пока мы просто познакомимся, — пояснил Тим, — сколько у вас было мужчин?
Она задохнулась.
— Не ваше дело!
— А вот тут вы не правы. Вам явно стало не по себе, значит — или слишком много, или слишком мало.
Он оказался близко в секунду. Прижал ее к себе, чуть наклонил. Уверенным движением отодвинул черное кружево и скользнул в нее пальцем. Мышцы непроизвольно сжались, он усмехнулся.
— Именно так вы знакомитесь? — прошипела она.
— Вы не разговорчивы. Зато теперь я знаю две вещи. Вы меня не хотите, что плохо. Вы не девственница, что в принципе хорошо.
— Еще бы я вас хотела…
Он оборвал реплику движением своего языка в ее рту. Никто из хороших ребят, с которыми она встречалась, не целовал ее так. Он действительно знакомился, исследовал каждую клетку, заявлял о себе. Она не знала, что в ее рту столько чувствительных мест. Он щекотал ее язык, нажимал на губы. Чуть прищипывал, но не кусал бездумно.
Его палец оставался в ее теле и медленно вырисовывал воронку вдоль чувствительных стенок. Замирал на переходе к клитору, чуть вибрировал. Даже сквозь лавину внутреннего сопротивления Лиза начинала откликаться, от низа живот по телу пробегали острые сладкие токи. В голову прокралась мысль — каков же он в сексе? Она ощутила возбуждение и теплоту меж бедер. Его рука выскользнула из нее. Лизу накрыл стыд.
— Вот видите, это не так сложно, — прошептал он, задев ее ушко дыханием. Отстранился.
Она глотала воздух, переводя взгляд то на его самодовольную улыбку, то на его влажные пальцы. Промежность покалывало от неудовлетворения. Убрав темные пряди со лба, она опустила на него ладонь — ей казалось, у нее жар.
— Вы неплохо сохранились, Лиза.
Он блуждал взглядом по ее телу — стройным ногам, упругим бедрам, тонкой талии. Взгляд задержался на набухших сосках, обзор на которые открывал тонкий бюстгальтер.
— Пожалуй, на сегодня вы свободны.
Она едва не застонала.