2024
Шрифт:
— Голландца немного зацепило, — сказал кто-то.
— Ну, так перевяжите его, или что там…
— Я же сказал, его зацепило, — и повстанец невольно оглянулся на улицу.
Олег проследил его взгляд и вздрогнул: невдалеке лежал обугленный, истекающий почерневшей кровью труп, скрюченный в предсмертной агонии.
— Зацепило, — шёпотом повторил Олег, отступая назад.
— Жаль голландца, хороший парень был, — быстро сказал Сергей, — после боя обязательно помянем, а сейчас в путь! Быстро, без задержек, пока сюда отряд солдат не подогнали.
Первые
— Жить будешь, — одними губами сказал Сергей.
— Что? — Крикнул Олег, не разобрав ни слова в общем звоне и гуле.
— Жить будешь! — Громко крикнул Сергей, на миг нахмурившись.
В этот момент к ним ввалился повстанец, второй, третий…
— Быстрее, Тадеуш! — Крикнул кто-то отставшему парню, который с неописуемым выражением страха на лице метался влево-вправо и даже на миг остановился.
— Что ты делаешь?! — Заорал Сергей, — не останавливаться! Беги!
Но было уже поздно. Того, что Олег увидел в следующий миг, он не забудет никогда. Сверкнул белый луч, жёлто-голубая вспышка — и чёрный пустой силуэт повстанца медленно поднялся над землёй и тут же развеялся на ветру.
Все молча замерли, смотря на чёрную тень на асфальте — туда, где только что был их товарищ.
— Проклятье, — выругался Сергей, пнув труп солдата Правительства, лежащий на полу, и испачкав ботинок в крови, — подонки… Ладно, идёмте, его уже не вернуть, а нам ещё многое надо…
— Это и есть твоё «подавление»? — Спросил Олег и резко толкнул Сергея, придавив его к стенке, — да это же чистой воды аннигиляция! Почему ты не сказал?
— Ну-ну-ну, — тихо, но угрожающе сказал Игги, подступая на шаг.
Сергей взглядом остановил его.
— А что, ты бы от этого меньше боялся? — Спросил Сергей и оттолкнул Олега, — не нервничай, ты знал, на что шёл! И они знали.
Игги молча кивнул.
— Ничего я не знал! Ты должен был сказать!
— Я сразу сказал, что если в тебя попадут, то ничем не помочь, — сказал бывший охранник, — откуда я знал, что это «аннигиляция»? Я этих ваших заумных слов не знаю, я сказал как смог.
Олег молча смотрел перед собой, тяжело дыша. Кто-то из повстанцев похлопал его по плечу, как бы говоря: «Успокойся, на войне всё бывает».
— Ладно, извини меня, — наконец, сказал инженер, — мне жаль. Голова раскалывается.
— Ничего страшного, — улыбнулся Сергей, — неудивительно, что ты так…
Олег улыбнулся.
— Я хотел бы воспользоваться моментом и обратиться к Вам лично, Олег.
— Да это же президент, — воскликнул кто-то, — наверное, через мегафоны…
— Опять за своё, — покачал головой Сергей, — не слушай его, Олег. Что поделать, любит человек бред нести.
— Я когда это слышу, мне почему-то сразу хочется придушить его, — признался Олег, — и в то же время он как-то гипнотизирует. Как телевизор…
— Да-да, я говорю с Вами, — раздалось наверху, — с так называемым символом борьбы. У меня к Вам вопрос.
— Ладно, пошли дальше, что-то мы задержались. Могут и бомбануть, — Сергей опасливо огляделся, — всем за мной, в противоположную пристройку. И помните ошибку Тадеуша! Никому не останавливаться и не паниковать. Пошли…
Олег побежал за другом почти на автомате, совершенно не обращая внимания на солдат перед собой и на шум подавляющего устройства. В звенящих ушах он слышал раскатистый спокойный голос своего бывшего администратора, который словно требовал внимания, не отпускал от себя.
— Как Вы могли от всего отказаться? Это непостижимо.
— Олег, лови патроны, — крикнул Игги, расстреливая одного из показавшихся солдат.
Олег на бегу поймал обойму и несколькими выстрелами прикончил солдата, который уже прицелился в Сергея.
— Человек науки, который мог бы направить к истине сомневающихся и боящихся… — Мягкий и одновременно жёсткий голос Дорожного тянул к себе, звуча во всём этом хаосе как нечто более высшее.
— Заткнись, урод! — Крикнул один из повстанцев и на бегу выстрелил в один из мегафонов, но промахнулся.
Олег даже не заметил, как первый парень из их отряда уже проник в пристройку. Вслед за ним туда влетел Сергей. Заметив, что повстанец, бегущий рядом с ним, споткнулся и упал, Олег на миг задержался, подхватил парня под руки и подтолкнул вперёд. Тут же совсем рядом сверкнула ослепительная вспышка, взрывая землю с травой и обдавая щёку Олега раскалённым воздухом.
— …Предпочёл для себя путь невежества и разрушения, — продолжал президент, голос которого словно вещал с самой Цитадели, — не заблуждайтесь, Олег. Вы начали не научную революцию, а путь к неизбежной гибели.
Олег от ярости сжал зубы и выпустил по солдату вдвое больше пуль, чем следовало бы. Как же его злило, когда Дорожный касался науки! Инженер вслед за повстанцем вбежал в пристройку. Игги прибежал последним. Остальные уже начали собирать разложенное по полкам оружие, переступая через свежие трупы солдат. Олег даже не запомнил, сколько они тут пробыли — минуту или секунду. Запомнились только три мёртвых, давно уже мёртвых повстанца, лежащие в углу бесформенной кучей. И — снова на улицу.
— …Вы ввергли людей в пучину падения, — Дорожный делал паузы, словно дожидаясь, когда стихнут выстрелы, — даже если Вы сдадитесь сейчас, я уже не смогу гарантировать, что наши покровители примут это.