2012
Шрифт:
Но сказал это Котовский так, что Тим понял: отдаст.
Настя не в первый уже раз остановилась в растерянности.
Она только что опять отклонилась от избранного направления – круто свернула на перекрёстке, потому что в той стороне, куда она продвигалась, снова раздались выстрелы – и на этот раз ближе, чем раньше. Какой-то бой шёл в городе, а вернее – бои, потому что выстрелы слышались сразу в нескольких направлениях, где громче, где тише. И вот сейчас они зазвучали уже совсем близко.
Улица,
На самом деле там было, пожалуй, десятка три-четыре человек – молодых, как она потом уже сообразила, не старше двадцати, злых, готовых к драке. Вероятно, их только что пытались остановить, но удалось отбиться, и они спешили дальше по намеченному ими маршруту. Настя удалялась от центра, значит, спешившие ей навстречу направлялись в центр.
Ей это сейчас было безразлично – куда они торопились и зачем. Лишь бы не помешали ей. Но, зная, что толпа всегда способна на самые непредсказуемые и неразумные действия по отношению к любому постороннему, она решила не рисковать. Следовало укрыться и переждать, пока эти не убегут своей дорогой. Только где?
Она бежала сейчас мимо дома со множеством подъездов. Рванула одну дверь, другую – всё, как ни странно, было заперто, хотя электричества не было и домофоны не действовали, но здесь запоры были механическими, не магнитными, да и не разглядеть было, какие кнопки стерты от постоянного употребления, раскрывая таким образом секрет кода. Расстояние стремительно сокращалось. Как назло, в этом доме не было магазинов, но одна вывеска вроде бы виднелась у следующего входа, и оставалось лишь надеяться, что там… а что, собственно, могло там быть? Если бы круглосуточный магазинчик – но вряд ли: в окнах и там было темно. И всё же…
Она успела подбежать туда. Нет, вывеска извещала лишь о том, что в этом подъезде принимает заказы проживающий здесь кузнец – решётки, каминные приборы, украшения из металла… Заказов он по ночам, видимо, не принимал – во всяком случае, эта дверь была заперта не менее надёжно, чем все остальные.
Значит, будь что будет. И она побежала дальше, не очень даже и укрываясь – встречные так спешили, что можно было надеяться – на неё не обратят внимания.
Пробежав шагов десять, остановилась снова. Как вкопанная.
Потому что из той же улицы показались и преследователи.
То были ОМОНовцы. О них Насте, как и всем, было известно, что они сначала бьют, а потом только – далеко не сразу – начинают разбираться.
Бежали они профессионально – не колонной, а цепью, контролируя всю небольшую ширину улицы, Так что от их внимания ускользнуть было невозможно.
Настя даже не приняла никакого решения; словно кто-то другой сделал это за неё. И она повиновалась: повернулась и побежала в обратном направлении. Толпа как раз поравнялась с нею, и никто не удивился тому, что кто-то на бегу присоединился к ним.
Как ни странно, оказавшись вместе со множеством других, Настя почувствовала себя спокойней и уверенней, чем всё последнее время. И даже усталость, какую она всё больше ощущала, перестала беспокоить её. «Стадное животное», – невольно пришло ей в голову.
Она пристроилась рядом с пареньком совсем ещё молодым, лет пятнадцати-шестнадцати на вид – насколько сейчас можно было разглядеть. Может быть, ее выбор был подсознательным: в таком возрасте большинство таких ещё безопасны.
Мальчишка покосился на неё, отрывисто проговорил:
– Не. Отставай. Убьют. Они в замазке.
Она невольно кивнула. И спросила:
– Куда… бежим?
Парень от неожиданности даже сбился с шага.
– У тебя лоб… в два шнурка… да? В Кремль… преза защищать.
Вот, значит, как!
Она ухитрилась оглянуться. Погоня не отставала – или почти не отставала. Но уж точно не придвинулась.
– Ты сам… откуда?
– Мы все… Озёрские.
Спереди стали голосом передавать:
– По следующей… налево.
Похоже, и вправду – в самый центр. Неужели думают, что их туда пропустят?
Хотя – похоже, сейчас всё может быть.
Что-то такое происходит.
Понять бы – что?
В поисках ответа на этот вопрос Настя чуть не врезалась в спину бежавшего впереди: толпа внезапно стала круто затормаживать.
Ничего удивительного: откуда-то справа, из поперечной улицы вырвалась колонна военных машин. Солдатские каски виднелись над высокими бортами. Машины круто сворачивали и устремлялись дальше, вперёд, тем самым путём, по которому двигались и парни, призванные на защиту власти.
Бегущие остановились не только потому, что колонна загородила путь. Заминка могла оказаться минутной. Однако стремление поскорее достичь кремлёвских стен стало исчезать с неожиданной быстротой. Теперь перед ними оказалась армия. А это означало, что новое приключение, весёлая тусовка грозила превратиться во что-то куда более серьёзное и опасное. И нарываться на такой вариант никому не хотелось.
К тому же сразу возникло и оправдание: солдаты наверняка направлялись к той же цели. Значит, поставленная задача будет выполнена – пусть и чужими руками. Зато милиция, похоже, ещё не считавшая своё дело сделанным, оказалась теперь в совсем уже опасной близости.