2012. Формула выживания
Шрифт:
— Оля…
Ее пальцы тихонько сжались — и расслабились. Лишь потускневшие безжизненные глаза продолжали смотреть в издевательски голубое весеннее небо…
Вздрогнув, я приподнялся, открыл глаза. Несколько секунд сидел на кровати, приходя в себя, потом бессильно спустился на подушку. Все тот же проклятый сон…
На стене мерно тикали часы — пятый час утра. За окном барабанили по подоконнику дождевые капли. Я медленно перевернулся на другой бок, устало вздохнул. Какое-то время лежал, вслушиваясь в шум дождя и думая о том, что прошло
Очевидно, я все-таки задремал. Когда проснулся вновь, тучи уже разогнало, за окном весело пели птицы. Стрелка на часах подползала к девяти утра. Наморщив лоб, попытался вспомнить, какой сегодня день: среда или четверг? Четверг. Вчера приходил Денис, мы немного выпили. Потом Денис отправился домой, а я до двух часов ночи сидел за столом с блокнотом и карандашом, пытался работать. Но работа почему-то не шла — в том, что получалось, не было души. В итоге я даже не стал переносить эскизы на компьютер — не было смысла. Спать лег в самом скверном настроении, потом этот сон…
Пора было вставать. Поднявшись, я прошлепал в ванную, взглянул на себя в зеркало. Увиденное мне не понравилось — темные круги под глазами, заросший щетиной подбородок. Всклокоченные волосы. Хотел было побриться, потом передумал. Пусть отрастает…
Сразу после завтрака я отправился на работу. До центрального универмага, на втором этаже которого находилась моя мастерская, было не больше пятнадцати минут пути. Я всегда любил эти минуты — они позволяли настроиться на работу, собраться с мыслями.
Через неделю у Дениса день рождения, а перстень-печатка, который я хотел ему подарить, все еще не доделан. Работы на несколько часов, да все как-то руки не доходят — то один заказ, то другой. Надо постараться закончить его в ближайшие дни — нехорошо, если потом придется торопиться, спешка всегда сказывается на качестве.
На ступеньках крыльца универмага прохаживался Борис — наш охранник. Точнее, сотрудник службы безопасности. Три года назад он пришел к нам еще совсем молоденьким парнишкой, только-только отслужившим в армии. Закончил какие-то курсы, и вот уже который год работал в нашем универмаге. За эти годы он заметно окреп, приобрел солидность. В его взгляде появилась хозяйская властность.
— Привет, Борисыч! — поздоровался я.
— Здорово, Егор! — Он несколько лениво пожал мне руку. — Вчера тебя Лена спрашивала.
— Я зайду к ней. Она уже пришла?
— Да…
Лена работала на первом этаже, в отделе электротоваров. Перед тем как подняться к себе, зашел к ней.
— Привет, Ленусик! Искала?
— О, Егор! — обрадовалась она. — Да, дело у меня к тебе. Галю помнишь, Лазареву?
— Помню, — кивнул я.
— Она замуж выходит, им колечки надо на свадьбу. Сделаешь? Так, чтобы не слишком дорого?
— Не слишком дорого — это как? — поинтересовался
— Тогда они завтра зайдут, хорошо?
— Хорошо, — согласился я и направился к лестнице.
День был поистине чудесен. Еще ночью лил дождь, но с утра тучи рассеялись, выглянуло солнце. Город, вымытый дождевыми струями, выглядел очень чистым и опрятным. Пели в кронах деревьев птицы, радовались наконец-то пришедшему теплу люди. С детских площадок доносились смех и крики детей.
И лишь один человек в этот день не разделял общей радости. Едва не расталкивая прохожих, он почти бежал по тротуару, то и дело испуганно озираясь. Он был уже немолод, лысоват. Одет в легкую джинсовую куртку и серые, пузырящиеся на коленях, брюки. Вот он в очередной раз оглянулся, сделал еще несколько шагов — и замер как вкопанный.
Навстречу ему спокойно и неторопливо шел высокий плотный человек в черной кожаной куртке. И было в его лице что-то такое, от чего встречные прохожие невольно уступали ему дорогу.
На лице мужчины в джинсовой куртке отразилось отчаяние. Он снова оглянулся, потом опять взглянул на человека в куртке. Затем, решившись, бросился через дорогу.
Перебежав, быстро пошел по противоположной стороне улицы, временами сбиваясь на бег. Вот он в очередной раз побежал — и остановился, увидев идущую ему навстречу высокую светловолосую девушку в длинном черном плаще и сапогах на высоком каблуке. Придерживая перекинутую через плечо сумочку, девушка шла, победоносно улыбаясь. Встретившись с ней взглядом, беглец затравленно огляделся, потом бросился к находившемуся в двух десятках шагов от него зданию универмага.
Вбежав в магазин, он остановился, его заметно трясло. Нужно бежать, нужен запасной выход? Туда! Он бросился к черному ходу и почти сразу столкнулся с третьим преследователем.
Им оказался мужчина лет сорока пяти, с проседью в волосах и властным лицом. На нем были строгий костюм с галстуком и темно-серый плащ.
— Ну будет вам, Сергей Викторович, — спокойно произнес он. — Отдайте ее.
— Нет…
Беглец покачал головой и испуганно попятился. Оглянулся — к нему уже шла девушка в темных одеждах. Она все также издевательски улыбалась, каблучки ее сапог отчетливо стучали по полу.
Отрезанный от выходов, он смахнул дрожащей рукой выступившие на лбу капли пота. Затем вдруг снова бросился бежать, увидев сотрудника службы безопасности магазина — его единственный шанс на спасение. Подскочив к нему, схватил охранника за руку:
— Помогите мне! Пожалуйста, помогите!
— Тише, тише! — осадил его охранник. — В чем дело?!
К нему тут же подошел мужчина в сером плаще. Извлек из внутреннего кармана красные «корочки», раскрыл и показал охраннику:
— Полковник Алексеев, Федеральная служба безопасности. Все в порядке, это наш… клиент.