2009 № 1

Щербакова Галина Николаевна

В пресыщенном обществе потребления продается не столько товар, сколько ценности, с ним связанные. Однако теми же самыми приемами продвигаются и ценности без всякого стоящего за ними товара. Мы говорим о социальной рекламе. Хотя у нее могут быть и благородные цели, на поверку сплошь и рядом оказывается, что и здесь аудитории навязывают чьи-то корыстные интересы. Социальная реклама несет в себе куда более мощный манипуляторский заряд, нежели любая продуктовая, потому и кинофантастика к ней особенно критична.

Антирекламным манифестом выглядит сатирический фильм Джона Карпентера «Они живут» (1988). Пришельцы захватили Землю без помощи шагающих треножников и тепловых лучей. Да это и не завоеватели вовсе, а космические

дельцы, которые вышли на новый для себя сырьевой рынок. Телевидение передает сигнал, мешающий людям увидеть «братьев по разуму» как они есть, а заодно их скрытые сообщения. Но если надеть специальные очки, становится ясно, что вся без исключения реклама на самом деле (и буквально черным по белому) доносит простые послания: «Подчиняйтесь», «Смотрите ТВ», «Женитесь и размножайтесь», «Спите», «Никаких независимых мыслей». Даже на деньгах написано: «Это ваш бог».

Телевидение служит основным орудием пропаганды и в далеком будущем. В экранизации «Звездного десанта» Роберта Хайнлайна, предпринятой уже упомянутым в нашем обзоре Полом Верхувеном (1997), оно формирует положительный образ солдата, и оно же складывает образ врага даже из безобидных жучков, которых азартно уничтожают детишки (здесь применен хорошо известный и рекламистам нашего времени прием «воздействие через посредника»).

Объектами непрерывной социальной рекламы выступают все жители государства Либрия («Эквилибриум» Курта Виммера, 2002), Глава Либрий ежеминутно обращается к лишенным эмоций гражданам со всех видеоэкранов, поздравляя с тем, что общество живет в лучшем из миропорядков.

Но механическое повторение срабатывает разве что в антиутопии. В современном мире, охваченном страстями, действовать необходимо более креативно. Пожалуй, наиболее смелый подход к социальной рекламе применяет… католическая церковь, правда, не настоящая, а такая, какой преподносит ее Кевин Смит в комедии «Догма» (1999), Неординарно мыслящий кардинал проявляет себя прирожденным рекламистом, понимая, чем привлечь новый сегмент аудитории – молодежь – и на каком языке с ней говорить. Свою цель служитель церкви формулирует на редкость прямо и точно: «Нам нужно заполнить скамьи!» И вот уже готова масштабная рекламная кампания «Католицизм – это круто!», где «ребрендинг» претерпевает даже визуальный образ Спасителя. А главная акция – публичное и «бесплатное» отпущение грехов. Только мироздание в процессе едва не рушится…

Вряд ли можно в одном обзоре охватить все многообразие «рекламных» мотивов кинофантастики. Мы попытались упомянуть только наиболее заметные. В целом же, несмотря на шутки, а временами и серьезные выпады, жанровый кинематограф относится к рекламе без однозначного отрицания. Может быть, потому что расцвет и того, и другого приходится на одно время. Или потому, что режиссеры помнят, чем «подрабатывали» между съемками кинохитов. И, в конце концов, решая, на какой фильм идти в кино, разве вы не смотрите его рекламный ролик?

Аркадий Шушпанов 

Нереальный блокбастер

(Disaster Movie)

Производство компании Grosvenor Park Media, 2008.

Режиссеры: Аарон Зельцер, Джейсон Фридберг.

В ролях: Мэтт Лантер, Ванесса Миннилло, Кимберли Кардашьян, Кармен Электра и др.

1 ч. 30 мин.

Пародия, как сможет подтвердить практически каждый поклонник жанра, при всей внешней незамысловатости штука хитрая. Мало просто высмеять какой-нибудь приевшийся штамп – желательно еще, чтобы при этом соблюдалась мера, а сам шутник не оказался единственным, кто смеется. К сожалению, действительно

удачные образцы здесь встречаются куда реже, и гораздо более распространены фильмы, вызывающие у зрителя целую палитру негативных эмоций. «Нереальный блокбастер» если и не достиг низшей ступени эволюции смешного (покуда процесс длится, сложно судить о возможных результатах), то вплотную приблизился к ней.

Четверо обывателей, не блещущих умом или отвагой, оказываются единственными, кто может спасти родной город, а заодно и все прочее человечество от грядущего конца света. Для этого требуется вернуть утерянный хрустальный череп на его законное место в музее; в пути героям встретится множество персонажей из хорошо знакомых зрителю фильмов. Из, казалось бы, потенциально богатого на пародирование материала в виде линейки новейших блокбастеров в итоге получилось нечто настолько кошмарное, что естественной реакцией в данном случае является не смех, а тошнота. Следствие, впрочем, закономерное: для Зельцера и Фридберга, выступающих не только режиссерами, но и сценаристами, это не первый опыт в сей области. За продуктивной парочкой значатся «Знакомство со спартанцами», «Очень эпическое кино» и «Киносвидание» (каждый из которых по выходе получал самые низкие оценки зрителей, не говоря уж о критиках), а также сценарии ко всем четырем частям «Очень страшного кино».

Единственный светлый момент, который можно отметить во всей этой ситуации, – лента провалилась в прокате (предыдущие потуги дуэта неплохо окупались), собрав всего лишь семь миллионов долларов при двадцатимиллионом бюджете. Значит, есть некоторая надежда на то, что зритель хоть на какое-то время будет избавлен от подобных попыток его рассмешить. И на том спасибо.

Александр Плякин

Приключения Алёнушки и Ерёмы

Производство компании «Парадиз», 2008.

Режиссер Георгий Гитис.

Роли озвучивали: Антон Макарский, Наталья Щукина,

Александр Наумов, Инна Гомес, Сергей Чонишвили, Рената Литвинова и др.

1 ч. 25 мин.

Мультфильм «Приключения Алёнушки и Ерёмы» правильнее было бы назвать «Страсти по царевне Всеславне». Потому что, во-первых, все действие крутится именно вокруг этого персонажа, и лишь иногда выскакивает на экран Ерёма, чтобы сыграть что-нибудь на своей балалайке. А во-вторых, приключений здесь примерно столько же, сколько и удачных шуток. То есть не так уж много. Имеется пара забавных моментов, вроде признания царевны под вступительную мелодию сериала «Санта-Барбара». Но в остальном шутки либо глупые, либо пошлые.

Первые минут сорок отданы исключительно знакомству с героями, которые пестры и многочисленны. Тут и Ерёма – эдакий местный Иванушка-дурачок, но с русыми дредами. Тут и царевна Всеславна в комбинезоне монтажника-высотника, с разводным ключом за поясом. Тут и восточный звездочет с истинно кавказским акцентом. Тут и гигантский ежик, очень похожий на того, что когда-то бродил в тумане. Причем последнего эксплуатируют так часто, что к середине мюзикла его появление начинает утомлять.

Да, новая российская анимация – еще и мюзикл. Выглядит и звучит это примерно так. Трах-бах! – ворона каркает во все воронье горло, глаза ее при этом лезут из орбит, потом летучий корабль с грохотом падает на избу, разваливая ее по бревнышку, а следом, как черт из табакерки, с криком «Верхштейн!» выпрыгивает злобный немецкий рыцарь. И вдруг звучит спокойная и замечательная песня о любви… Таков он – русский мультипликационный мюзикл. Что касается сюжета, то здесь это – чистая формальность. Все, включая Алёнушку, ищут царевну Всеславну, которую везут к любвеобильному шаху.