2008_40 (588)
Шрифт:
ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
КАК ВОШЬ НА ГРЕБЕШКЕ
По делу об осуждении меня по статье 280 УК РФ за якобы призывы к экстремизму, Савеловский суд 17.09.08 заслушал, наконец, свидетельские показания заместителя начальника Управления Россвязьохранкультуры Новикова Н.И. Напомню, что Россвязьохранкультура — это та самая организация, которая осуществляет цензуру российской прессы. Ту самую цензуру, которая прямо запрещена статьей 29 Конституции РФ, за которую полагается наказание по статье 144 УК РФ, а организации,
Надо сказать, что суд до этого вызывал Новикова неоднократно, но он не являлся, ссылаясь на болезни, вот и теперь суд, заслушав совершенно неотносимые к делу показания свидетеля Хорькова, генерального директора Медиа-Пресс и сняв мой вопрос к нему (кто приказал ему разорвать договор на печатание «Дуэли»?), принял решение прервать слушание. Но вдруг в зале встал Дашевский и объявил, что в зале сидит Новиков. А надо сказать, что свидетели, пока не допрошены, не имеют права находиться в зале суда, но судья не знала, что лобби Израиля приказало Новикову явиться и дать показания, и что Дашевский его приконвоирует, поэтому допустила это нарушение УПК РФ невольно.
Начал допрос гособвинитель, поскольку Новиков является свидетелем обвинения.
Прокурор: Поясните, что Вам известно по поводу выхода газеты «Дуэль» № 27(475) от 4. 07.2006 г. статьи Дуброва «Смерть России!»?
Новиков: Нами было вынесено предупреждение, наша служба тогда называлась Росссвязьохранкультура. В ее полномочия входит контроль за соблюдением законодательства в СМИ. Нами был рассмотрен материал Дуброва «Смерть России» и мы нашли там признаки экстремизма. После чего вынесли предупреждение в соответствии со ст. 16 Закона о СМИ. Конкретно о нарушении ст. 4 закона о СМИ.
Прокурор: На данное предупреждение какой-либо ответ последовал?
Новиков: Я не помню, обжаловалось ли это в суде или нет.
Ю.И. Мухин: Помните, помните…
Судья (Новикову): Вы отвечайте на вопрос, а не разговаривайте!
Новиков: Я затрудняюсь ответить, было ли обжаловано в суде, просто не готов.
Прокурор: Ответ был, но обжаловано или нет, не помните?
Новиков: Не хочу вводить в заблуждение, не готов ответить.
Прокурор: Ваши специалисты рассмотрели там признаки экстремизма?
Новиков: Да, вынесли предупреждение, а дальнейшую переписку с редакцией я не помню. В дальнейшем я готов предоставить такую информацию.
(На этом прокурор закончил свои вопросы, и к допросу приступила защита)
Мухин: Свидетель работает в учреждении, которое фактически начало осуществлять цензуру над прессой…
Судья: Вопрос в чем?
Мухин: Знаете ли Вы, что согласно статье 8 8акона «О противодействии экстремистской деятельности» предупреждение, которое выносится газете, выносится не за публикацию одного экстремистского материала, а за экстремистскую деятельность, то есть как минимум за публикацию нескольких материалов? Напомнить Вам Закон?
Судья:
(Заметьте, судья спокойно пропустила вопросы прокурора о том, что было основанием вынесения предупреждения, но не дала мне задать вопрос, что по закону является основанием вынесения предупреждения).
Мухин: В деле лежат предупреждения, выданные этим свидетелем…
Судья: Эти предупреждения должны обжаловаться в установленном порядке.
Мухин: А мы и обжалуем!
Судья: Вопрос снят!
(Эти незаконные предупреждения Россвязьохранкультуры находятся в деле в качестве доказательств, и судья не дала получить от свидетеля показания о том, что они не допустимы, как доказательства).
Мухин: Почему Вы выносили Предупреждение газете «Дуэль» за одну публикацию?
Новиков: В этом номере была только одна публикация.
(Новиков прикинулся дурачком).
Мухин: Закон требует выносить предупреждения СМИ за деятельность, а не за публикацию.
Судья: Ответ получен. Есть еще вопросы?
(Судья методично не давала задавать вопросы о том, что Россвязьохранкультуры выносит предупреждения с нарушением законов о СМИ и «О противодействии экстремистской деятельности»).
Мухин: Да. Знаете ли Вы, что исключительное право определять экспертизу информационных материалов принадлежит суду?
Судья: В данной формулировке вопрос снимается. Или меняйте формулировку, относящуюся непосредственно к делу, или вопрос будет снят.
Мухин: Данное дело возбуждено по Вашему ложному доносу и в нем поставлена всего одна публикация — статья «Смерть России!». За эту подборку материалов вы вынесли предупреждение как за экстремистскую. Знаете ли вы, что экстремистскими материалы может признавать только суд, а не вы? Законом поручено только суду…
Судья: Давайте я предложу Вам формулировку. Если она устроит, мы оставляем, нет — вопрос снимается.
— Входит ли в компетенцию Вашей организации, которую Вы представляете вынесение предупреждения газете «Дуэль» за одну единственную публикацию «Смерть России!»?
Мухин: Я не согласен с такой формулировкой!
Судья: В таком случае вопрос снимается.
Мухин: Тогда вопрос. Входит ли в компетенцию вашего учреждения определять, экстремистские данные материалы или нет?
Судья: Этот вопрос правильный.
Новиков: Мы не определяем, экстремистские ли материалы, а мы, если есть признаки, выносим предупреждение.
Мухин: Можете пояснить разницу между признаками экстремизма и экстремистскими материалами?
Новиков: Это в Законе есть … разница.
Мухин: В законе нет разницы, в законе только «экстремистские материалы».
Судья: Поясните разницу.
Новиков: Совершенно справедливо сторона отметила, что экстремистским материал может быть признан только в суде. Мы выносим предупреждение за публикацию, содержащую признаки экстремизма.