20 лет
Шрифт:
– По тебе сложно сказать, что ты не любишь людей, - призналась я, восхищаясь изящностью и внутренней силой этой хрупкой девушки.
– Скорее наоборот.
– Просто у меня вид не агрессивный. Нравится вводить окружающих в заблуждение. Кого я тебе напоминаю?
– Актрису. Не потому, что кажешься неестественной, а в другом смысле. Именно в плане внешности. Увидев тебя, я сразу вспомнила молодую Линду Фиорентино из "Модернистов". Ты женственна, это проявляется даже в манере говорить.
– Женственна?
–
– Удивительно. Я никогда себя таковой не считала. А хочешь скажу, кого мне напомнила ты?
Я пожала плечами, комплексы росли. В кафе пахло жареной курицей и пивом, матовая кожа Саши казалась чем-то далёким, а след бардовой помады, оставленный ею на бокале, пробуждал воспоминания из детства.
– Удивишься или нет, но Герду из "Снежной королевы". Одинокую, потерявшую своего Кая Герду.
– Глупости. Никого я не потеряла.
– Уверена?
– Абсолютно.
Она с интригующей улыбкой кивнула, но ясно было, что мой ответ не удовлетворил эту девушку. Около минут пятнадцати мы ещё сидели, вскоре пошёл дождь, но ни прощаться, ни оставаться в суматошной обстановке кафе не хотелось.
– Не хочешь заглянуть ко мне в гости? Ничего интересного обещать не могу, но приятную беседу обеспечу. Выпить хочется, но одна не могу - мать сразу встаёт перед глазами.
– Конечно. Если это удобно, я не против.
В ближайшем супермаркете Саша пробила пару бананов, пару киви, виноград и горсть черешни. К этому же добавила пачку неженских сигарет.
– Ты не куришь?
– спросила она на выходе, разворачивая светлую упаковку?
– Пока нет, но, чувствую, это вопрос времени.
– Если не куришь, то советую не начинать. Толку никакого, но зависимость быстро срабатывает. Деньги на ветер. Сначала даёшь себе установку курить по сигарете в день, затем куришь по две, а через пару месяцев с утра до вечера легко убиваешь по полпачки.
– Ты давно начала?
– На первом курсе. Тогда это казалось женственно, утонченно, но сейчас понимаю, что ни фига утонченного тут нет.
– Неправда, - произнесла я, наблюдая за тем, как она затянулась.
– Тебе это идёт.
Мы стремительно добрались до ближайшей остановки, сели в переполненный автобус, проехали несколько улиц, и когда вышли на нужной, с неба полило. Дом, в котором жила Саша, находился в спальном районе достаточно далеко от полуразрушенной остановки, поэтому порог квартиры мы переступили совершенно мокрые.
6 глава
– Вот тут я и обитаю, - пропела эта девушка, включив свет в маленькой прихожей.
– Ты мой первый гость. Отца в счёт не беру.
– Наверно, это хорошо?
–
– Не то, что до меня никого не было, а то, что кто-то появился? В смысле...бред несу, да?
– Да нет, всё нормально, - рассмеялась она, разуваясь.
– Это действительно хорошо. Во всех смыслах.
Квартира была мелкогабаритной. С простеньким ремонтом, простенькой обстановкой.
– Снимай всё с себя, оденешь что-нибудь из моего, - проговорила она, роясь в комоде.
– Если не брезгаешь, конечно.
– Я не из брюзгливых.
Спустя пару минут, передо мной лежали короткие трикотажные голубые шорты, серая футболка и такого же цвета носки. Сама Саша принялась сменять свою юбку с чёрным свитером на короткий льняной комбинезон в бело-синюю полоску. Без одежды её фигура казалась ещё изящнее. Я старалась не смотреть в сторону этой девушки, но случайно пойманное мгновение запечатлелось довольно ярко.
– Чего не переодеваешься? Стесняешься меня?
– улыбнулась она, взяв в охапку мокрые вещи.
– Жду тебя на кухне, не смущайся.
– Я не смущаюсь, - промычала я, хотя на деле же раздеться перед малознакомым человеком, даже если он являлся девушкой, мне, закомплексованному, зажатому существу, было невероятно сложно.
– Как тебе тут?
– Довольно мило, - проговорила я, спустя несколько минут, опустившись за складной миниатюрный кухонный стол, где уже ждала литровая бутылка красного вина. Саша включила музыкальный центр, стоявший на подоконнике, и под Do I wanna know? "Arctic monkeys" занялась за столешницей нарезкой фруктов.
– Это, наверно, круто - жить одной?
– Я с тринадцати лет мечтала об этом. Сначала жаждала сбежать от матери, вдоволь насытившись её блядством и загулами, потом студенческая общага, хотя там было сравнительно неплохо по сравнению с дурдомом с двенадцатью накаченными всяким дерьмом пациентами в палате, которые могли начать выть или скулить посреди ночи. Сейчас отдыхаю от всего этого. Наслаждаюсь обществом себя, так сказать.
– Читаешь книги?
– Да. Читаю, слушаю музыку, занимаюсь самоизучением японского.
– Так нравится Япония?
– улыбнулась я.
– Я влюблена в неё. Влюблена в мировоззрение японцев, их менталитет, их культуру. Мне близка эта страна. Не знаю, выпадет ли когда-нибудь возможность уехать туда, маловероятно, конечно, но при всём своём скептицизме пока не теряю надежд. Кто знает, как жизнь сложится. Останься я тут, до сих пор не представляю, чем хотела бы заниматься.
– Но ты ведь поступала на отделение востоковедения.
– Да, поступала, и мне нравилось учиться там, но в нашей стране с этими знаниями нечего делать.