1919
Шрифт:
– Так, теперь брюки.
Джо стоял голый, в туфлях, покуда люди в хаки осматривали его рубашку и штаны. Они нашли в карманах кусок чистой пакли, погнутую жестянку из-под печенья с куском жевательного табака и маленький ножик со сломанным лезвием. Один из них осмотрел пояс и показал другому распоротое и вновь зашитое место. Он разрезал его ножом, и оба жадно заглянули внутрь. Джо ухмыльнулся.
– Я там держал деньги, – сказал он.
Те и бровью не повели.
– Откройте рот. – Один из них взял Джо тяжелой лапой
Человек за столом покачал головой. Один из двух шагнул за дверь и вернулся, натягивая на руку намасленную резиновую перчатку.
– Наклонитесь, – сказал первый, кладя руку на затылок Джо и нагибая его голову, в то время как второй сунул палец в резиновой перчатке в его задний проход.
– Эй вы, полегче, – прошипел Джо сквозь стиснутые зубы.
– Так, парень… Покуда хватит, – сказал человек, державший его голову, и отпустил его. – Что поделаешь, приходится… Такой порядок.
Капрал подошел к столу и стал смирно.
– Готово, сэр… Ничего интересного не обнаружено.
Джо ужасно замерз. У него стучали зубы, не мог удержаться.
– Осмотрите туфли… Живо, – проворчал инспектор.
Джо не хотелось снимать туфли, потому что у него были грязные ноги, но ничего другого не оставалось делать. Капрал изрезал туфли на куски своим перочинным ножом. Потом оба стали смирно, ожидая, чтобы инспектор поднял глаза.
– Готово, сэр… Ничего не обнаружено. Прикажете дать арестованному одеяло, сэр? Он, кажется, продрог.
Человек за столом покачал головой и поманил Джо.
– Идите-ка сюда. Ну-с, если вы во всем сознаетесь и не заставите нас возиться с вами, то вам в худшем случае грозит концентрационный лагерь до конца войны… Если же нам придется с вами повозиться, тогда дело будет обстоять гораздо серьезней. Не забудьте, что у нас действует закон об охране государства… Ваше имя?
После того как Джо назвал свое имя, место рождения, имена отца и матери, названия судов, на которых он плавал, инспектор внезапно спросил его о чем-то по-немецки. Джо покачал головой.
– Да на кой он мне, немецкий?
– Молчать… Все равно, нам все известно.
– Отдать ему одежу, сэр? – робко спросил капрал.
– Если не образумится, одежда ему ни к чему.
Капрал достал связку ключей и отпер тяжелую деревянную дверь в стене. Джо втолкнули в маленькую камеру со скамьей, без окон. Дверь захлопнулась за ним, и трясущийся Джо очутился в темноте.
– Ну-с, вы попали к черту в зад, Джо Уильямс, – сказал он вслух. Он догадался, что может согреться, делая гимнастику и растирая руки и ноги, но подошвы ног совсем окоченели.
Через некоторое время он услышал щелканье ключа; человек в хаки бросил одеяло и захлопнул дверь, не дав сказать ни слова. Джо завернулся в одеяло, лег на скамью и попытался заснуть.
Он проснулся от внезапного ночного кошмара. Было
Проснулся он голодный как черт, хотелось мочиться, Он долго шарил по квадратной камере, покуда не нашел под скамьей эмалированный горшок. Он помочился и почувствовал себя лучше. Он был рад, что горшок с крышкой. Он не знал, как ему убить время. Он начал думать про Джорджтаун, и как он чудно проводил время с Алеком и Джейни, и как ходил с парнями в бильярдную Молвени, и как лунными ночами знакомился с девицами на палубе «Чарлза Макэлистера», и перебрал всех хороших бейсболистов, которых когда-либо видал или про которых читал в газетах, и попробовал вспомнить среднюю силу Удара всех членов вашингтонских бейсбольных команд.
Он уже начал вспоминать школьные игры, матч за матчем, когда в замке повернулся ключ. Обыскивавший его капрал отворил дверь и дал ему его рубашку и штаны.
– Можете помыться, если хотите, – сказал он. – Постарайтесь выглядеть почище. Приказано отвести вас к капитану Купер-Траску.
– Слушайте, нельзя ли мне чего-нибудь поесть или хоть воды? Я прямо подыхаю с голода… Сколько времени я тут просидел? – Джо моргал и щурился на яркий белый свет, лившийся из соседней комнаты. Он надел рубашку и штаны.
– Пошли, – сказал капрал. – Не ведено отвечать, покуда с вами не поговорит капитан Купер-Траск.
– А как же туфли?
– Не болтайте лишнего и отвечайте на все вопросы, которые вам будут задавать. Это для вас самое лучшее. Пошли.
Когда он шел следом за капралом тем же самым коридором, которым его привели, все английские томми смотрели на его ноги. В уборной стоял начищенный медный таз с холодной водой и лежал кусок мыла. Сначала Джо долго пил. Он почувствовал головокружение, и у него подогнулись колени. Когда он выпил холодной воды и вымыл руки, лицо и ноги, ему стало лучше. Вытираться пришлось грязным полотенцем.
– Мне бы побриться.
– Следуйте за мной, – сурово сказал капрал.
– У меня где-то была бритва, «жилетт».
Капрал сердито поглядел на него. Они вошли в красиво обставленный кабинет: пол был устлан толстым красно-коричневым ковром. За письменным столом красного дерева сидел пожилой мужчина с седыми волосами и массой разных знаков отличия на мундире.
– Это и есть… – начал Джо и замолчал, увидев, что капрал, щелкнув каблуками и отдав честь, стал «смирно».
Пожилой человек поднял голову и по-отечески поглядел на них голубыми глазами.