1632
Шрифт:
– Все это?- аж задохнулся Фрэнк. Его голос прервлся.
– Они прислали целую гребаную армию только для того, чтобы попытать счастья в беззащитном теперь Грантвилле?
Майк вздохнул.
– Да, Фрэнк. Именно это они и сделали. Это, плюс армия, которая пошла на Зуль. Просто отвлекающий маневр, вот и все.
Майк в душе проклинал себя за дурость и некомпетентность. Он взглянул на Макеея.
– И ведь нельзя даже сказать, что ты не пытался предупредить меня, - пробормотал он.
Шотландский полковник покачал головой.
–
– Он указал на испанцев.
– Это - армия, без всяких шуток. Если бы вы не пришли сюда, чтобы их встретить, это вовсе не была бы отвлекающая операция. Они бы разграбили Айзенах и устремились дальше в Тюрингию. И если бы Генрих и Том не сделали то же самое на юге, Зуль бы сейчас тоже пылал.
И полусердито: - Что еще вы могли сделать?
Майк ничего не сказал. Маккей снова покачал головой.
– Ты должен посмотреть в глаза реальности. Вас просто-напросто слишком мало, Майк. Половина Европы - нет, две трети её - сейчас выстроились против вас.
Он мотнул головой в сторону пленных.
– Испанские вооруженные силы, пожалуй, самые мощные в мире. На суше, по крайней мере. Если они когда-нибудь откажутся от своей идеи-фикс с покорением Голландии, только Господь сможет спасти остальную Европу.
– Указывая на юго-восток.
– А теперь ещё и Валленштейн собрал огромную армию под Нюрнбергом. К настоящему моменту под его знаменами должно быть порядка ста тысяч человек - сила, равная всему населению Тюрингии.
Он пожал плечами.
– И даже если вы победите их всех, что дальше? Можете ли вы вторгнуться в Испанию и Австрию и сокрушить Габсбургов в их логове? А как насчет Ришелье и могущества Франции? Они тоже явно превратились в ваших врагов, тут нет никаких сомнений.
Он ждал. Майк молчал. Маккей перевел взгляд на Фрэнка и Гарри. Те тоже молчали.
– Если вы не уничтожить династию Габсбургов - и французских Бурбонов, и папство, и поляков, и русских, если уж на то пошло - они будут оставаться постоянной угрозой. А у вас, так или иначе, нет возможности это сделать. В скором времени закончатся боеприпасы для М-60. В течение года, даже с учетом вашего умения перезаряжать гильзы, вам начнет не хватать боеприпасов и для современных винтовок. Задолго до того, как Габсбурги начнут испытывать нехватку денег и солдат. А что потом? Как долго вы можете держать Европу в страхе, даже с вашей технологией? Державы, объединившиеся против вас, будут технологически прогрессировать, пока вы технологически регрессируете, и они неизмеримо крупнее, чем вы.
Тишина.
Майк вздохнул.
– Да, Алекс, я знаю. В последнее время я много думал об этом.
– Ему удалось печальной улыбнуться.
– Я и сейчас только об этом и думаю, на самом-то деле.
– Ну ладно, подумай об этом позже, - отрезал Фрэнк.
– Сегодня мы должны разобраться с нашими делами грешными. Какие планы?
Вопрос Фрэнка прервал паралич Майка. Он смотрел на испанских пленных в течение нескольких секунд, после чего начал отдавать приказы:
–
Джексон начал протестовать, но Майк жестом приказал ему замолчать.
– У нас нет времени возиться с ними, Фрэнк!
Алекс кивнул в знак согласия.
– Я могу оставить вам Леннокса и несколько сотен всадников - конвоировать толпу по бокам. Сам же, с остальными людьми, немедленно начинаю марш к Грантвиллю.
Он оставил невысказанным очевидное: Навряд ли, конница может вернуться вовремя, чтобы принести хоть какую-нибудь пользу.
Поддержка, оказанная Маккеем, укрепила решимость Майка.
– Именно так. Фрэнк, ты с пехотинцами останешься здесь, пока вы не будете уверены, что испанцы ушли навсегда. Гарри, собери БТРы и набей в них настолько много людей, как только возможно. Мы возвращаемся прямо сейчас.
Он взглянул на часы.
– Даже по такой дороге БТР сможет добраться до города за три-четыре часа. Так что погнали!
Он оставил невысказанным очевидное: Навряд ли, "через три или четыре часа" будет "вовремя".
Глава 57
Большинство жилых кварталов Грантвилля располагалось к югу от Буффало Крик. Хорваты приближались к городу с той же стороне речки. Но их командиры, желая сделать нападение внезапным, заставили отряд пересечь ее в нескольких милях ниже по течению и сделать круг, заходя на город с севера.Там, в малонаселенных холмах между городом, школой и электростанцией, имперская кавалерия могла двигаться незаметно.
Почти незаметно. Они столкнулись с небольшой группой лесорубов, занимающихся подрезкой сучьев на деревьях, находившихся слишком близко к линии электропередач. Хорватские конники были превосходными лесовиками, поэтому лесорубы были застигнуты врасплох. Трое мужчин, входивших в лесорубную бригаду, были убиты в течение нескольких секунд. Кавалеристы были готовы задержаться, чтобы позабавиться с единственной женщиной бригады, но подъехавший командир потребовал продолжать путь. Несмотря на свою честно заслуженную репутацию жестоких дикарей, хорваты не были недисциплинированный бандой грабителей. Единственным проявлением протеста, которое они себе позволили, было то, что они обезглавили пленницу.
Как только они приблизились к северной окраине Грантвилля, командир конного отряда, посланного против города - около трети экспедиционного корпуса - приказал атаковать. С гиканьем и криками семьсот хорватов полетели по улочкам пригорода, коля и рубя...
Трех собак, кошку, а также миссис Фланнери. Упрямая и вспыльчивая, ничуть не смягчившаяся за восемьдесят один год своей жизни, вдова отказалась эвакуироваться. Когда появились хорваты, она стояла во дворе своего дома, выкрикивая те же проклятия в их адрес, которые она обрушивала на своих соседей на протяжении последних десятилетий. Кавалерист, который зарубил её, колебался не меньше пяти секунд - таково было его удивление этим зрелищем.