14 ночей с монстром
Шрифт:
Живое. Плавка песка нисколько не убрала его свойства, а даже увеличила. Не знаю, откуда пришла эта мысль, но она показалась мне верной и правильной.
Софи.
Коснулась и даже взяла в руку, вставая и наблюдая, как поверхность словно запульсировала, подстраиваясь под ритм моего сердца.
— Позволь ему почувствовать тебя.
Дрейг внезапно оказался рядом, за спиной, бережно и в то же время требовательно обнимая за плечи. Словно боялся, что я сбегу или сделаю что-то неправильное.
Это
Теперь у меня в руках была обычная стекляшка светло-желтого цвета.
— Давай помогу надеть, — забирая у меня кулон, произнес Форр.
— Может не стоит, — слабо запротестовала я.
— Стоит. Он твой, Софи, и никогда не причинит тебе вред.
Теплое стекло легло на ключицу и…
Ничего не произошло.
Не знаю, чего именно я ждала, знака какого-то, всплеска, силы. Ведь, если дрейг сказал правду, ради этой штуки умирали.
— Разочарована? — спросил Форр, снова обнимая меня за плечи и поворачивая к себе.
— Не знаю, — честно призналась я и застыла, краем глаза заметив тень за его спиной.
И все бы ничего, если бы не последовавшие за этим изменения.
Судорожный вздох и подкосившиеся ноги. Если бы Дрейг не держал, я бы точно упала.
Жар и последовавший за ним обжигающий холод, пронзивший все тело.
Легкий туман перед глазами, сформировавшийся в мою копию светло-серого цвета. И органы чувств, которые словно сошли с ума. Звуков стало больше, вкусов, запахов, ощущений.
И меня словно стало две.
— Тихо, Софи, тихо, — прошептал дрейг, продолжая удерживать за плечи.
А я расширенными от ужаса глазами смотрела, как две тени кружатся в невероятном танце, касаются друг друга. И эти прикосновения огнем горели у меня на коже.
— Что это? Что это? — слабо забормотала я.
Мельтешение прекратилось. Тени застыли друг напротив друга, сплетаясь так тесно, что я видела лишь черно-серый вихрь.
— Тени. И, кажется, они пришли к взаимопониманию, — отозвался дрейг.
— Нет! — только и успела возразить я, наблюдая, как они тянутся друг к другу.
Губы обожгло огнем, и я потеряла сознание.
Это стало входить в привычку. Терять сознание, отключаться или засыпать без сил. Каждая беседа с ним заканчивалась очередным потрясением.
А ведь впереди было еще одиннадцать ночей.
Очнувшись утром, я не сразу поняла, где нахожусь. Огромная кровать и отсутствие потолка. Лишь стального цвета небо с темными тучами и всполохами молний, которые изломанными линиями пронзали свод. Это было так невероятно и красиво, что дух захватывало. Я лежала, продолжая всматриваться в бездонное небо над головой.
Раскат грома, от которого я даже не вздрогнула, и капли дождя. Еще немного и они упадут на меня,
Но этого не произошло.
Прозрачный купол и бесконечные ручейки воды, стекающие причудливыми линиями, образовали своеобразный кокон, в котором я укрылась, прячась от всего мира.
— Проснулась?
Грома не испугалась, а от голоса дрейга вздрогнула.
Прижав простыню к груди, села в кровати, затравленно взглянула на мужчину, который расположился в кресле напротив и пристально изучал меня.
— Доброе утро, София.
— Здравствуйте.
Выглядел дрейг очень бодро и свежо. Никакой бледности, синяков под глазами и нездорового цвета лица. Словно это не он совсем недавно лежал на этой самой кровати, истекая кровью.
— Выспалась?
— Да, спасибо, — отозвалась я, пытаясь пригладить свободной рукой спутанные волосы.
Хорошо же выгляжу сейчас, наверное.
Воспоминания о произошедшем ударили по нервам, заставив затаить дыхание и скользнуть дрожащими пальцами по лицу и губам, а потом вниз к ключице, пытаясь нащупать кулон.
— Я его снял.
Уф!
— Тебе не стоит носить его слишком часто. По крайней мере пока. Это может быть опасно.
— Моя тень, — пробормотала едва слышно, вспомнив светло-серый сгусток, что вышел из меня, обретая собственный разум.
И то, что она творила… это ведь не мое решение, а лишь ее.
— Я же говорил, что ты сможешь вызывать себе такую же.
— Но она… и ваша…
Наверное, это можно было назвать поцелуем.
Я снова коснулась пальцами губ и взгляд дрейга последовал за ними, обжигая так же сильно, как его тень.
— Кажется, они смогли найти общий язык. В отличии от нас с тобой, — произнес Форр, поднимая глаза и встречаясь с моими.
От намека, прозвучавшего в голосе, заалели щеки и сбилось дыхание.
Проклятье, я как девица на первом свидании, краснею и бледнею от каждого слова, дергаюсь от каждого движения.
Надо было взять себя в руки, закрыться, как закрывалась все эти годы, оставаться холодной и равнодушной.
Но не могла. Форр как раздражитель каждую встречу заставлял меня чувствовать, выбираться из скорлупы и жить, отстаивая свое мнение.
— Это теперь всегда так будет? — нервно спросила я, чуть отворачиваясь и изучая ковер под его ногами.
Да что угодно, лишь бы разорвать этот удушающий зрительный контакт. Лишь бы выдохнуть и снова забиться в раковину.
Просто тайрифи. Послушная игрушка и только.
Так зачем же он снова и снова заставляет меня противостоять?
— Нет. Но нам придется многому учиться. Тебе все дается удивительно легко. Другим сложнее.
— Другим?
— Тайрифи. Ты же не первая, — пояснил Форр спокойно.