130 дней
Шрифт:
— Серьезно? — удивляется Полина.
— Конечно, — отвечаю я. — Прибыль позволяет!
— Вот здорово! Загорю! — говорит африканец.
Мы все дружно смеемся.
СМС: «Подъезжай, есть новости». Это от приятеля из сотовой компании.
Мчусь к нему.
— В общем, смотри, здесь координаты, где нужный нам номер находился последние несколько дней. — Дает мне бумажку — Полторы недели назад сигнал перестал поступать. Ребята сверились с картой, это недалеко от МКАД по шоссе Энтузиастов, но никаких строений в этом месте спутник не показал. Правда, есть
— Понял. А что с владельцем номера, с которого звонил похититель?
— Да, номер удалось проследить. В указанное время твоему приятелю поступали звонки с одного и того же номера. Владелец записан вот здесь. — Он протягивает мне вторую бумажку. — Тут же ее паспортные данные и адрес регистрации.
— Ее?
— Да, это женщина.
— Спасибо, друг! Возможно, ты жизнь человеку спасешь! Я перед тобой в долгу.
Быстро прощаюсь с другом и сажусь в машину. Так, время полчетвертого. Кошачий приют работает до семи. Думаю, успею заскочить по адресу хозяйки телефонного номера, с которого звонил похититель. Это не очень далеко.
Читаю данные владелицы телефонного номера, зовут ее Кротова Лидия Ивановна, родилась в Москве, так, шестьдесят пять лет.
Нахожу нужный мне дом. Хрущевка. Квартира, в которой проживает Кротова, находится прямо на первом этаже. Обшарпанный подъезд. Звоню в дверь. Тишина. И пахнет кошками… За соседней дверью послышался шорох. Через минуту зашевелился ключ в замке и дверь открылась. Пожилая женщина с собакой на поводке выходит на лестничную площадку:
— Молодой человек, вы кого ищете?
— Лидию Ивановну, — отвечаю я.
— А вы ей кто? — с подозрением смотрит на меня старушка.
— Я ее двоюродный племянник, — неожиданно для себя вру я.
— Что-то она никогда не говорила, что у нее есть племянник, — подмечает бдительная соседка.
— Я в Новосибирске живу, приехал в Москву по делам. Вот решил навестить тетю. Мы много лет не виделись.
— Ох, сынок, горе какое! — вдруг меняет гнев на милость старушка. — Померла она. Давеча сорок дней прошло.
— Как умерла?
— Инсульт ее схватил. Она ж одна жила. Больше недели бедняжка в квартире пролежала, пока мы с соседями не спохватились. У нее ж собака была и несколько кошек — разводила она их для продажи. Одна кошка выскочила в окно, а назад забраться не могла. Она тут мяукала, мяукала… а потом приятельница Лидии пришла, тоже кошатница. Она и забеспокоилась, стала нам звонить, а мы полицию вызвали. Жучку вот я взяла. — Старушка показывает пальцем на собаку. — А кошку и котят, кто выжил, забрала кошатница.
Сажусь на корточки, глажу собаку. Псина выдает признаки удовольствия и лижет мне руки.
Значит, номер телефона принадлежит женщине, которая умерла. Кто же мог взять ее телефон?
Спрашиваю:
— А как же ее похоронили? Кто-нибудь из родственников был? Смогли оповестить?
— Кого смогли, оповестили. Вон Петька из соседнего подъезда обзванивал всех, кто у нее в записной книжке был.
— В какой записной книжке? Почему же тогда
— Наверное, вашего номера в ее телефоне не было. Петька только тех, кто в телефоне был записан, всех обзвонил. А коли вы давно не общались, наверное, вашего номера там не было.
— А что за Петька?
— Петька, он славный парень. Его родители жили раньше тут. А потом померли, квартира ему по наследству досталась. Он, правда, в ней не живет, приезжает иногда. Квартиру проверяет. В общем, редко бывает.
— А что, он знал Лидию Ивановну?
— Да, конечно. Мы тут все друг друга знаем, — махает рукой старушка. — Петька же вырос здесь во дворе на наших глазах. Он приехал как раз тогда, когда участковый с ребятами из полиции квартиру вскрывали. Вот и взялся сразу помогать. Я же говорю, он хороший, отзывчивый.
— А в какой квартире он живет? Я хочу его поблагодарить, что позаботился о тете.
— В сорок второй. Но его сейчас нет. Я же говорю, он редко заезжает, — поясняет старушка и добавляет: — А хотите, я вам его номер дам, позвоните, поблагодарите!
— Буду очень признателен.
Женщина возвращается к себе в квартиру, что-то ищет, потом выходит с клочком бумаги. На нем красивым почерком выведены цифры мобильного телефона:
— Вот, возьмите.
— Спасибо вам большое, поблагодарю его хотя бы по телефону. Расспрошу про родственников, которых ему удалось обзвонить.
— Да, он всех, кого мог, собрал.
— Спасибо, — говорю я. — Тогда я поеду, наверное…
— Езжай, сынок. Жалко, что вот пришлось тебе скорбные новости сообщать. Жизнь такая непредсказуемая…
— Да. До свидания.
Кручу листок с номером в руках. Надо будет еще и этот номер пробить. Так, ладно, за Васькой! Не могу допустить кастрации моего лучшего друга.
Опять звоню Валере. Куда он пропал? Опять не отвечает.
Никогда раньше не посещал такие места. Приют для кошек больше похож на старый заброшенный деревенский дом. Он непонятно как сохранился в конце тупика, за которым начиналась промзона. Забор довольно крепкий. За ним — остатки сада, какие-то сараи… Замок на воротах, однако, проржавел и не закрывается. Самодельная вывеска: «Зоолаборатория». Как-то передернуло: они что, на кошечках опыты ставят? Вроде по телефону не похожи на живодеров… Хотя всякое бывает, особенно сейчас!
Машину оставил снаружи. Прошел через калитку. Так и есть, старенький деревянный домик. Я даже не предполагал, что в Москве еще остались такие.
— Есть кто живой? — стучу в полуприкрытую дверь.
— Кто там? Проходите! — слышен голос в глубине домика.
Вхожу. Да, устойчиво тянет кошками. И дезинфекцией.
— Вы мне звонили насчет кота, я все никак не мог до вас добраться, далековато! Он, надеюсь, цел? Зовут Василий.
В предбаннике появилась девушка с длинной копной гладких каштановых волос. У нее большие добрые глаза и тонкий стан. Таким следует в модельном бизнесе работать, а не в приюте для кошек.