13. Том первый
Шрифт:
– Так вот.
– продолжил он.
– Древняя империя... хмм... никто о ней толком-то ничего и не знает. Так, теории, предположения и не больше. Кто-то говорит, что это раса изначальных, достигших величия и божественной силы, в итоге их же и погубившей. Другие утверждают о том, что древняя империя освоила небывалое мастерство в магии и смогла найти путь через пространство и время, покинув этот мир. Третьи выдвигают гипотезу, что раса древних погрязла в разврате и искушениях, за что навлекла ярость богов и была обращена в различных монстров, согласно их грехам.
–
– поинтересовался я.
– Вполне. Разве ты не слышал о восьми заветах?
Навык "Исследователь" повышен до ур 3.
В "Журнал исследований" внесена категория "Восемь заветов"
– Восьми заветах? Хмм... Не припоминаю. Что это?
– Каждый из восьми богов, позволяет наиболее достойным прикоснуться к своей мудрости и тот, кто сможет её осознать и принять - обретёт поистине безграничное могущество. Наш прошлый император - Сель-Митар, да найдёт свет его душа, принял мудрость богини правды Энгриэс, достигнув небывалых высот и магического мастерства, принеся мир и процветание на наши земли.
В категорию "Восемь заветов" внесена заметка " Заветы Энгриэс. Наследие императора Сель-Митара."
Старейшина Эралли был кладезю полезной информации, знатоком местных баек и легенд, а ещё - большим любителем рассказывать истории под пенную брагу. Я его не виню в этом, ведь наши недостатки, порой ещё ярче подчёркивают лучшие стороны. Мне было интересно послушать рассказы о новом мире, о пережитых опасностях и приключениях, тягостях и невзгодах, пылкой любви и местных извращениях. В этом была некая дорожная романтика, заставляющая трепетать всё естество и томное желание - самому испробовать вкус новых ощущений...
Глава 5
Освежающая прохлада летней ночи проясняла разум после, почти десятка пинт забористого эля. Старейшина Эралли отправился спать, перед этим закрыв мой квест на добычу дров и выдав награду в размере одной золотой монеты. Мне показалась довольно скучным наблюдать за тем, как эльф готовиться ко сну, поэтому я решил прогуляться и взглянуть на ночную жизнь эльфийской деревни.
Пустынные улицы встречали меня своим интригующим таинством хмельных приключений и острых ощущений .Тут не было неоновых вывесок, линий электропередач и рекламных баннеров, уходящих за горизонт, лишь редкие магические лампы, дающие тусклый бирюзовый свет и собирающие вокруг себя рой светлячков. Иногда, можно было встретить плетущихся пьяной походкой прохожих или даже шумную компанию, горланящую пошлые песенки, отряды стражи, гремящие металлическими набойками сапог о каменную мостовую и группы авантюристов, спешащих по своим делам...
Мой путь лежал к центральной части поселения, где мне ещё днём приметилось роскошное трёхэтажное здание местной таверны. Перейдя мост через реку и срезав путь тёмными переулками - я был на месте. Вывеска, в виде каплевидного щита с изображёнными
Не сбавляя шага, я обогнул толпу на входе и вошёл в таверну. Резкая смесь запахов полевых трав и фруктового ликёра ударила в ноздри. Вдоль стен из дикого камня были расставлены крепкие дубовые столы, над каждым из которых висели магические люстры замысловатых форм, испещеренные рунами и дающая тёплый рубиновый свет. На колоннах, поддерживающих лоджию второго этажа, находились различные щиты и штандарты с неизвестными мне гербами знатных домов. В центре зала было абсолютно пустое место, видимо, в программу вечера входили ещё и хмельные пляски...
Вдоль южной стены располагалась барная стойка из морённого дуба. На полках красовались сотни разноцветных бутылок, различных форм и размеров, с этикетками, подписанными вручную красивой вязью эльфийских букв. Аккуратно составленные деревянные кружки для эля и подвешенные на специальных рельсах хрустальные бокалы, несколько крепких сосновых бочек и двое эльфов-барменов, работающих с некоей грацией и полным знанием дела.
Справа от бара была широкая створчатая дверь, ведущая на кухню. Официантки в облегающих белоснежных туниках, расшитых изумрудными узорами, очень ловко и даже несколько играючи обслуживали довольно большой поток посетителей, не отпуская доброжелательных улыбок со своих лиц.
Заняв один из немногих стульев у стойки, ознакомившись с ассортиментом и расценками на алкоголь, я попросил бармена налить что-нибудь на его вкус, так как не знал ничего из местного спиртного. Более глубокое исследование локальных брендов, пожалуй, оставлю на потом...
Один золотой - довольно внушительная сумма по меркам этого мира. Самая дорогая бутылка, в данном заведении, стоит 4 серебряных. В одном золотом - десять серебряных, в одном серебряном - десять бронзовых. Впрочем, какая разница? Мне хватает денег, чтобы весело провести время до рассвета...
В центральной части северной стены возвышалась полукруглая сцена, на которой выступали менестрели - высокий мускулистый эльф в свободной холщовой рубахе, нежно держащий тонкими пальцами лютню из белоснежной древесины. Таинственная девушка в зеленом дорожном плаще с глубоким капюшоном. Она играла на флейте, сделанной из цельной кости неведомого зверя. Изящная эльфийка, с грустным взглядом платиновых глаз и проникновенным сильным голосом, в облегающих кожаных доспехах, выгодно подчёркивающих изгибы соблазнительной фигуры. Их музыка завораживала и пьянила, не оставляя равнодушных и недовольных.
Ожерелье из звёзд,
Примеряла луна.
Холод песни ветвей
И терзанья костра.
Сумрак стали угас -
В мрачном море небес.
Грациозным галопом,
Мчит олень через лес.
Средь ветвистых рогов
Пляшет яркий рассвет.
В каждой тени я вижу
Её силуэт...
Дай мне чарку вина,
Да выпей со мной!
Пусть споёт нам огонь,
Мы с ним крови одной!
Может завтра умрём,
Кости станут золой!