13-й демон Асмодея. Том 4
Шрифт:
— Какая-то она слабоватая, — проговорил Падший, стараясь выкинуть из головы этого придурка Мазгамона. Особенно то, что по-хорошему, нужно идти искать этого идиота, пока Фурсамион его на ленты не распустил.
Велиал бросил взгляд в центр пентаграммы, где лежащая фигура в этот момент пошевелилась. Ничего, Мазгамон подождёт. Фурсамион не показался ему излишне агрессивным. У него здесь есть гораздо более важное дело. Но почему эта курица такая слабая? Он же вроде бы её усилил.
— Наверное, это Ад на неё так влияет, — задумчиво проговорил Падший и щёлкнул пальцами.
Розовая курица на руках у Асшу захрипела
— Что вы наделали, ваше Темнейшество? — взвыла Асшу, выпуская курицу из рук. — Это же была самая обычная курица. Мы её для супа купили.
— Да? — Велиал потёр подбородок. — Ну, будет у вас теперь совершенно ангельское блюдо, — он усмехнулся. — Если она была такой простой, то какого хрена эта курица была розовой?
— Я её покрасила, — всхлипнула Асшу. — Краской.
— Эм, — Велиал задумался, а потом посмотрел на демонессу с некоторой опаской. — А зачем?
Асшу не успела ему ответить, потому что фигура в пентаграмме в этот момент застонала, и с пола поднялась молодая, очень красивая, фигуристая женщина, одетая в странный старушечий наряд. Держась руками за голову, она произнесла глубоким мелодичным голосом:
— Я сверну головёнку этой давыдовской курице! Какого чёрта она меня толкнула в эту чёрную дыру? Ой! — женщина закрыла рот руками и распахнула удивительно красивые глаза. А потом отняла одну руку ото рта и принялась её разглядывать. Потом ощупала тело, проведя руками по высокой, полной груди, и издала вопль, полный горести и страданий: — Какого хрена я опять стала молодухой?! Ну, Юрчик, паразит! Ну, попадись ты мне. Я же тебе ноги вырву и вместо рук поставлю! Как же я теперь в Ад через неполных два года попаду? — И тут её взгляд упал на настороженно наблюдавшего за ней Падшего. — А, это ты. Может быть, объяснишь уже, где я, что происходит, и кто мне теперь вернёт мои прожитые годы?!
Глава 9
Пройдя по коридору первого этажа и, не встретив на своём пути никого из бывших коллег, я остановился и посмотрел на Мазгамона.
— Почему здесь так пусто? — спросил я его.
— Говорю же, Асмодея нет, он уехал куда-то по делам. Повелителю пофигу, что творится в Канцелярии. Вот все и свинтили с работы пораньше. Тем более что здесь недавно шмон был с привлечением Гавриила. Они ещё с Велиалом сцепились из-за испорченного тобой контракта. Весело, знаешь ли, всем было, — в его голосе послышались обвинительные нотки. Он что, меня во всём обвиняет? Это после того, что они со мной сделали?
Я больше не слушал его причитания, а заглянул в кабинет, принадлежащий когда-то мне, и захлопнул дверь, потому что кабинет был пуст.
— Даже запереть не потрудился, — я поморщился, а потом посмотрел на табличку. На ней было написано: «Специалист второго уровня Хафер». — А, ну понятно. Как он ещё башку дома не забыл. Не могли мой кабинет кому-нибудь получше отдать?
— Понятия не имею, у меня нет своего кабинета, — язвительно ответил Мазгамон. — Вот когда появится, я тебе обязательно сообщу, чей именно мне в итоге достался. Может быть, и этот. У букмекеров на Хафера ставки делают, что он из очередной командировки однажды не вернётся.
— На Хафера, что он когда-нибудь нарвётся на какой-нибудь
— Не твоё дело, и вспоминать я об этом не хочу, — он насупился. Я, кстати, пока мы шли сюда, видел на доске почёта его фотографию. Интересно, это где он смог так отличиться, что стал лучшим работником месяца? — Слушай, а на тебя всё ещё делают ставки, что ты выживешь? — спросил я, снова открыл дверь в свой бывший кабинет и зашёл внутрь.
— Фурсамион, что ты делаешь? — спросил Мазгамон, заскакивая следом за мной. — Пошли быстрее в кабинет Асмодея!
— Иди, я же тебя не держу, — ответил я задумчиво, отодвигая одну из стеновых панелей. То, что кабинет отдали этому придурку, позволяло надеяться, что моя заначка на чёрный день осталась нетронутой.
Я специально сделал эту заначку именно в рабочем кабинете, где её начали бы искать в последнюю очередь. Другое дело, что Асмодей не дал мне времени на сборы, козёл, а вышвырнул в чём я к нему прибежал. И раз подвернулся такой шанс забрать своё, я его не собирался упускать.
Здесь было несколько очень редких артефактов, которые я умудрился перенести контрабандой из разных земель. Использовал я трюк с использованием Астрального хранилища Канцелярии как промежуточного пункта. Я просто крепил артефакт к контракту и отсылал сразу в хранилище, у меня был доступ к подобным манипуляциям. Мне туда, естественно, хода не было, зато как только я появлялся здесь в Канцелярии, артефакт из хранилища тут же устремлялся к метке, которую я настраивал заранее.
Таким образом, мне удалось протащить семь артефактов, которые мне могли очень даже пригодиться. Каждый артефакт хранился в отдельной защитной шкатулке. Когда на столе стояло семь шкатулок, я повернулся к мнущемуся у дверей Мазгамону.
— И почему ты всё ещё здесь, Мазгамончик? — ласково проговорил я, вытаскивая из-под раковины мешок для мусора, чтобы сложить в него свои вещи.
— Я с тобой пойду, — хмуро проговорил он, глядя на меня исподлобья.
— В таком случае принеси пользу, — и я сунул ему в руки мешок, в который засунул перед этим восьмую шкатулку с камнями, небольшими слитками золота и драгоценными побрякушками.
— Откуда у тебя всё это? — спросил Мазгамон, когда я поставил панель на место и теперь стоял, рассматривая кабинет. — Где ты это всё взял? Из командировок невозможно притащить вещи, а всё это явно из командировок.
— Ты только не огорчайся, Мазгамон, но при определённой сноровке можно вынести что угодно откуда угодно, — ответил я, подходя к столу, и принялся выдвигать ящики, выгребая из них всё подчистую. В основном это была канцелярия, которую я просто сваливал в мешок к шкатулкам.
— Так нечестно, — пробубнил Мазгамон. — Кто-то пашет в поте лица и даже не знает о подобных лазейках, а кто-то по всей Преисподней заначки успел наделать.
— Не преувеличивай. У меня просто нет столько барахла, чтобы заначки непонятно где делать, — я покрутил в руке статуэтку. Это было изображение демона, поднявшего руки вверх с надписью: «Работник месяца!». Так и не придумав, что с ней делать, сунул это произведение искусства в руку Мазгамону. — Держи, это тебе на память.