13 сокровищ
Шрифт:
Таня молчала. Сколь ни ужасно это звучало, в словах Фабиана был смысл. И никаких других объяснений появлению таинственной девушки просто в голову не приходило. Холодок пробежал по ее спине.
— И что нам теперь делать?
Фабиан стиснул зубы.
— Мы должны вернуться в лес. Если она нашла нас один раз, найдет и снова.
Таня побледнела.
— Это невозможно. Представляешь, что будет, если нас застукают? Ты же видел, как разозлился твой отец!
— Нас не застукают. Мы все как следует спланируем.
— Я не уверена…
— У тебя есть идея получше?
Таня покачала головой.
— Я не успокоюсь, пока не узнаю правду, — сказал Фабиан. —
11
Лунный свет вливался сквозь раздвинутые занавески, пронизывая тьму и заливая комнату серебром. С каждым часом ночь становилась все теплее, и окно было распахнуто в надежде на ветерок, но его не было. Густой, сладковатый запах растущих во дворе роз проникал в комнату и пропитывал все.
Таня лежала поверх одеяла в тонкой, вывернутой наизнанку пижаме, неприятно липнущей к телу. Сна не было ни в одном глазу, не столько из-за жары, сколько из-за того, о чем вечером рассказал Фабиан. Вдобавок Уорик в очередной раз починил дедушкины часы на лестничной площадке, и теперь они отбивали каждый час, мешая Тане уснуть и напоминая о том, как мало ей осталось спать. В последний раз они отбили два часа ночи, а это означало, что, даже если она прямо сейчас уснет, пройдет всего четыре часа, прежде чем Амос разбудит ее.
При одной мысли о нем мурашки побежали по телу; она представила, как он шаркает там, наверху, бормоча что-то себе под нос. Уже много лет он не поддерживал никакой связи с внешним миром. Что, если Амос и впрямь замешан в этой истории? Что, если старик наверху — убийца? И тут новое жуткое предположение поразило Таню. Что, если они с Фабианом не единственные, кому известно о существовании тайного служебного коридора? Может, Амос знает, что Таня там бывает, и решит тоже немного побродить…
Тане показалось, будто лунный свет почти не разгоняет тьму. Какое-то время она противилась настойчивому желанию включить лампу у кровати, но потом уступила ему, кляня себя за ребячество, однако свет не зажегся. Выругавшись и не думая о том, увидит кто-нибудь пробивающийся из-под двери свет или нет, она встала, пересекла комнату и щелкнула выключателем верхней лампы. Ничего.
Тут она вспомнила, что такое уже не раз случалось прежде. Отключение электричества было обычным делом в поместье, и она знала, что могут пройти часы, прежде чем его снова включат. Бабушка, предвидя такую возможность, держала в каждой жилой комнате запас свечей, но Таня со страхом вспомнила, что здесь нет ни одной. Ее комната использовалась редко, и, распаковывая и раскладывая свои вещи, она не видела никаких свечей.
Она плотно зажмурилась и попыталась думать. Свечи точно есть на кухне. Флоренс держит их под раковиной, вместе с несколькими коробками спичек. Таня решила спуститься вниз, взять несколько свечей, вернуться к себе и читать, пока не уснет. И потом она останется в постели до тех пор, пока не выспится как следует, понравится это бабушке или нет, будет вопить наверху Амос или нет. Если понадобится, она скажет, что почувствовала недомогание. Отличный способ отдохнуть и на время избавиться от всех: бабушки, Уорика и Фабиана.
Сейчас, когда у нее появился план, Таня действовала решительно и быстро. Нашарила тапочки и выскользнула из комнаты. В тишине спящего дома любой звук казался ужасно громким, каждый скрип доски под ногами заставлял съеживаться и замирать.
На кухне Оберон в знак приветствия замахал хвостом и поднялся со своего одеяла у камина. Таня опустилась на колени и, приласкав, успокоила
На столе лежала разделочная доска, а на ней четыре куска хлеба, разложенные точно по сторонам квадрата. Три из них были намазаны маслом. Рядом стояла масленка с воткнутым в масло ножом. Таня подошла поближе и увидела развернутый кусок фольги, а на нем оставшееся от обеда мясо. На доске лежал еще и спелый помидор. Таня дотронулась до фольги с мясом. Холодная, словно только что из холодильника.
Она резко втянула воздух и оглядела кухню. Ясно, что она помешала кому-то. А раз так, вряд ли этот кто-то успел уйти далеко. Но с какой стати делать тайну из такой тривиальной вещи, как приготовление сэндвича?
— Кто здесь? — прошептала она. — Фабиан?
Из ниши возле служебной лестницы выскочила темная фигура и метнулась прочь из кухни. Не успев даже задуматься, что она собирается делать, Таня последовала за ней. Когда со свечой, отбрасывающей тени по стенам, она вышла в темный коридор, пламя затрепетало и погасло. Внезапно оказавшись в полной темноте, Таня попыталась сориентироваться. Легкие шаги удалялись от нее. Открылась, а потом тихо закрылась дверь неподалеку. Библиотека. Едва дыша, Таня зажгла свечу и открыла дверь. Она уже поняла, что это не Фабиан и что надо позвать кого-нибудь на помощь. Но она осознавала, что на это нет времени. Она настороженно вошла в библиотеку, оглядела опустевшие полки, письменный стол у окна. Дверь закрылась. Снаружи послышалось царапанье когтей и негромкое завывание — это Оберон увязался за ней. Присев, она заглянула под стол и подскочила, увидев устремленный на нее взгляд единственного желтого глаза. Вулкан. Кот зашипел и свернулся в косматый рыжий шар. Таня сделала шаг назад и снова оглядела комнату. Совершенно пустую — здесь просто негде было укрыться.
Она поставила свечу на ближайшую книжную полку. Видимо, она ошиблась. Ночной посетитель скрылся в какой-то другой комнате. Она понимала: нужно пойти и разбудить бабушку и Уорика; но что, если неведомый пришелец поджидает ее где-нибудь снаружи? Она стояла, раздумывая, что предпринять.
Что-то блеснуло в свете свечи. Таня снова подняла ее. На уровне глаз на краю книжной полки осталось крошечное пятно чего-то светлого, блестящего, застрявшего в сложном узоре резьбы. Не сразу, но Таня поняла, что это масло.
Она провела пальцами по узору на темном старом дереве. Среди искусно вырезанного плюща были разбросаны несколько небольших круглых панелей; одна из них и была измазана маслом.
В узор был вписан треугольник, по углам которого располагались три маленькие выемки. Действуя словно по наитию, Таня подняла руку, приложила к этим выемкам большой, указательный, средний пальцы и повернула по часовой стрелке.
Беззвучно и легко вслед за ее рукой начала поворачиваться круглая панель. Когда она повернулась наполовину, Таня убрала пальцы, снова поставила их на те же места и еще раз повернула руку по часовой стрелке. Завершив полный оборот, панель с некоторым сопротивлением и щелчком встала на место. Несколько мгновений ничего не происходило, а потом последняя секция книжного шкафа начала медленно поворачиваться, уходя в стену.