1185 год
Шрифт:
Генрих же воспользовался призывом архиепископа Тирского для того, чтобы, вернувшись в Англию, обложить громадным налогом всех ее жителей, хотя сам в Палестину не собирался. Ему были нужны деньги для своей войны.
Пока Генрих был в Англии, Филипп нарушил перемирие, не убоявшись угроз папы, так как считал себя незаменимым в крестовом походе. Он решил окончательно добить Генриха, прежде чем выступить на Восток. Он вторгся в Аквитанию, и тамошние рыцари, подданные Элеоноры, перешли на его сторону. Ричард во всех боях был рядом с французским королем. Война разгорелась
Генрих, спешно вернувшись во Францию, не сумел собрать большого войска из-за измены собственных вассалов. Он начал отступать. Оставленные им города пылали, подожженные французами. Говорят, что Генрих рыдал, бессильный их защитить. Его войско состояло в основном из наемников, а те сражались плохо. Слабость и неуверенность Генриха, слухи о его болезни торопили вассалов переменить фронт.
Филипп Август вторгается в Аквитанию. Иллюстрация из рукописи. XV в.
Враги преследовали Генриха днем и ночью. Однажды Ричард так спешил, что догнал отряд Генриха, не успев надеть шлем и облачиться в кольчугу. И тут он вдруг увидел перед собой Уильяма Маршалла, одного из военачальников Генриха, тот уже поднял копье, чтобы пронзить принца. Ричард не растерялся. Он крикнул, что отказывается сражаться без шлема и кольчуги. Уильям Маршалл, человек благородный, чертыхнулся и вонзил копье в коня Ричарда. Затем ускакал догонять короля.
Единственным утешением в эти дни был для Генриха приезд его незаконного сына Годфри, прибывшего из Англии с небольшим отрядом. Годфри поклялся не оставлять отца в беде. Он уговаривал его уехать в Англию, где можно укрыться от врагов. Но для Генриха судьба королевства решалась во Франции, и он продолжал неравную борьбу. Наконец, когда Генрих был в Шиноне, его настигла весть, что дальше двигаться некуда – впереди поднялся мятеж. Графство Анжуйское тоже отложилось от короля.
Филипп прислал гонца с предложением встретиться и обсудить условия мира. Он рассчитывал, что, загнанный в угол, английский король будет вынужден принять его требования. Генрих согласился. Он сел на коня и двинулся к месту встречи, но в пути ему стало так плохо, что пришлось остановиться. Короля уложили в крестьянском доме. Годфри послал нарочного к французам, сообщая о болезни отца и прося перенести срок встречи.
Замок Шинон
Когда Филипп прочел это письмо, он молча передал его Ричарду Львиное Сердце. Ричард с усмешкой сказал:
– Опять хитрости старого волка. Не верь ему.
Ответ Генриху гласил: король Англии должен прибыть на место переговоров на следующий день.
За ночь Филипп с Ричардом еще раз просмотрели условия мира – они были тяжелыми для англичан,
Узнав наутро о письме врагов, Генрих заставил себя подняться. Годфри уговаривал отца отправиться в путь на носилках, но тот отмахнулся. Он не мог позволить себе предстать перед этими молокососами немощным стариком.
Король и принц ждали Генриха в условленном месте. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: перед ними – умирающий. Но это не тронуло победителей. Генрих отказался сойти с коня: он не был уверен, что сможет вновь взобраться в седло.
Ричард Львиное Сердце возле умирающего отца, короля Генриха II. 1189 г. Иллюстрация из «Истории Англии» Касселя. Начало XX в.
Казалось, Генрих дремлет и с трудом заставляет себя прислушиваться к многочисленным унизительным условиям мира. Он даже не возразил против пункта, требующего расстаться с Алисой. Затем Ричард поднялся и спросил, не желает ли отец ознакомиться со списком вассалов, которые ему неверны. Тот кивнул. Ричард ткнул пальцем в первое имя в списке – это был принц Джон, надежда Генриха. Он тоже успел предать отца.
– Теперь мне все равно, что со мной случится, – сказал Генрих.
Ричард и Филипп молча глядели на Генриха. Филипп понимал, что больше он никогда не увидит короля Англии. Ричард размышлял, не притворяется ли отец. Если король умрет, это будет означать, что Ричард заставил отца подписать постыдный договор, который придется выполнять ему самому, как только он станет королем. Принц обернулся к Филиппу. Тот понял встревоженный взгляд союзника и лукаво усмехнулся.
Надгробие Генриха II в аббатстве Фонтевро, Франция
Генрих умирал еще семь суток. Днем он молчал, а ночью его охватывало отчаяние, и он рычал:
– Позор побежденному королю!
Он умер на руках у Годфри, повторяя, что хотел бы отдать королевство ему, но понимает, что это – смертный приговор сыну.
– Эти волки сожрут тебя.
И последние его слова были обращены к Годфри:
– Ты – мой единственный сын.
Ричард прискакал на похороны отца. Он чувствовал себя обманутым. Какого черта отец подписывал договор, если знал, что умирает? Отныне Филипп ему не союзник – их дружба кончилась.
Но сначала надо было утвердить власть. И готовиться к крестовому походу. Остальное может подождать.
И в тот же день Ричард послал верных людей в Лондон с приказом: немедленно освободить королеву-мать и перевезти ее в Виндзорский дворец. Пока он не вернется в Англию, управлять страной будет Элеонора.