06'92
Шрифт:
– Да чего там будет с пары хапок? – отмахнулся мой приятель. – Просто на дельце подписался, но как-то стрёмно в одного. Не хочешь компанию составить? Там ничего сложного – обстряпать, раз плюнуть. Всех хлопот на два часа.
Я не хотел. Я хотел пива. Так прямо об этом и сказал.
– На пивос нужен лавандос! – резонно возразил Гера. – У тебя как с баблом?
– Не особо.
– Та же фигня. А тут дело быстрое и непыльное. Управимся до обеда, а платят штукарь. Плохо разве?
Я скептически посмотрел на приятеля,
– Выкладывай.
Дельце и в самом деле оказалось непыльным – в том плане, что не вагон с углём Гере разгрузить предложили, – и одновременно насквозь незаконным. При этом доказать злой умысел и подвести его под статью УК было делом попросту нереальным, если только не даст слабину и не расколется один из подельников. Нужно было поучаствовать в автоподставе.
– Сивый говорит, коммерс поедет, такого на бабки не развести – грех. Это тебе не инженер зачуханный. Когда он мне в зад въедет, пацаны подтянутся и сами всё разрулят.
– Два вопроса, – вздохнул я. – Нафига тебе я, если вас там целая бригада?
– Нет никакой бригады. Сивый с корешем в деле и я.
– Втроём не справитесь, что ли?
– Серый, не тупи! Подставляться я буду, пацаны следом за коммерсом поедут, типа свидетели. Пока то, да сё, терпила и за монтировку схватиться может. Народ сейчас борзый пошёл, сам знаешь. А на двоих он точно не кинется. Ты просто рядом постоишь, лицом поторгуешь.
– Ладно, – хмыкнул я. – Второй вопрос: ты за штукарь машину свою бить собрался?
Гера фыркнул, отошёл от лавочки к «москвичу» и поманил меня за собой.
– Иди сюда!
Я обогнул автомобиль и присвистнул. Задний бампер автомобиля держался на честном слове, одно крыло уродовала глубокая вмятина, другое и вовсе было разорвано и загнулось в сторону заострённым краем. Как видно, подставами Гера промышлял далеко не первый раз.
– Сивый обещал в сервисе тачку подшаманить. Ну и косарь сверху дал.
– Как-то жидко, – не поверил я. – Колись уже, давай!
Глаз за солнечными очками видно не было, но физиономия приятеля явственно поскучнела.
– Денег я ему торчу. Мне долг спишут.
– Тебе спишут, а я?
– А тебе штукарь, – сказал Гера и зашелестел вытащенными из кармана купюрами. – Серый, побойся бога, люди в месяц и пятёрки не поднимают, а тебе за пару часов косарь обломится!
Я покачал головой.
– Нас двое – это две тысячи.
– Не пойдёт, – пошёл в отказ Гера. – Я Сивому о тебе ничего не говорил и переигрывать уже не буду. Да – да, нет – нет. Мне край с ним закорешиться надо, он обещал с нужными людьми свести. Поможешь – о тебе не забуду, ты меня знаешь.
По всему выходило, что моего дружочка подрядили отработать долг, а тысячу он предлагает из собственного кармана, так что и дальше настаивать на своём я не стал, лишь для порядка уточнил:
– А менты?
– Да какие менты? Подставляться на окраине будем, там с одной
Я заколебался, Гера уловил мои сомнения и взмолился:
– Поехали, Серый! Не в службу, а в дружбу! Очень выручишь!
– Хрен с тобой, золотая рыбка, – вздохнул я, забрал у приятеля двухсотки с чеканным профилем Ленина на одной из сторон, демонстративно пересчитал купюры и сунул их в карман штанов.
– Погнали! – обрадовался Гера и уселся за руль.
Я устроился рядом и потянулся закрыть бардачок, в крышку которого упёрлись колени, но приметил в нём добротные кожаные перчатки, достал их и надел.
– А клёвые! – сказал, несколько раз сжав и разжав кулаки.
– Мне тоже нравятся, – многозначительно произнёс Гера, но требовать вернуть имущество не стал.
Ну а я не стал приглянувшиеся перчатки снимать, рывком закрыл дверцу, и Гера нервно ругнулся.
– Полегче! Холодильником хлопать будешь!
– Иди в жопу, – послал я приятеля, и мы выехали со двора.
Место для подставы оказалось и в самом деле выбрано с умом: дорога там не только шла под уклон, но ещё и закладывала достаточно крутой поворот, поэтому на неожиданное препятствие водитель среагировать никак не успеет. А что наше появление будет неожиданным, сомневаться не приходилось: разросшиеся деревья полностью закрывали боковой съезд, куда Гера и загнал свой «москвич».
– Что самое интересное, – хохотнул он, – там в кустах знак «Уступи дорогу». Даже если гаишников вызывать, он всё равно кругом неправ окажется.
– Даст ментам на лапу, они сейчас через одного берут, и крайним тебя назначат.
– Дал бы, да кто ж ему это сделать позволит?
Я кивнул и невольно начал прикидывать, где в «зелёнке» могли засесть душманы, но сразу поймал себя на этом армейском атавизме и выбрался из машины оглядеться. Гера тоже в салоне оставаться не стал, прошёлся по обочине метров пятнадцать и закурил.
– Не пропустим их? – забеспокоился я.
– Смотри, отсюда дорога нормально просматривается. Ты здесь стой, как малиновую «волгу» увидишь, сразу ко мне в тачку прыгай.
– Малиновую? – опешил я. – Ты сейчас шутишь?
– Дешёвый понт дороже денег.
– А модель какая?
– Без понятия. Да и неважно: случайная красная «волга» здесь точно не поедет.
– Логично, – хмыкнул я и направился к месту грядущего дорожно-транспортного происшествия.
– Ты куда? – забеспокоился Гера.
– Осмотрюсь! – откликнулся я, но по факту смотреть было особо не на что.
С противоположной стороны шла кладбищенская оградка, за кустами там виднелись подходившие к ней вплотную могилки с неизменно заросшими травой надгробиями и покосившимися памятниками с ржавыми звёздами на треногах. Моменто мори, как оно есть. И сик транзит глория мунди до кучи.