04.1912
Шрифт:
На «Титанике» у Мэри было ещё меньше свободы, чем на суше.
И, когда юный мистер Флэнаган примчался к ней, растрёпанный, униженный и с испорченной рубашкой в руках, у Мэри как раз был обеденный перерыв. Есть ей совсем не хотелось, поэтому она стояла у корабельного носа, зажмурившись и подставив лицо ветру. Атлантика встречала её прохладным дыханием; солёные капли высыхали на губах. Если бы Мэри обернулась, она заметила бы Джорджа ещё издалека, если бы она прислушалась, то его зов обязательно добрался бы до её ушей — но Мэри была погружена
— Мисс Джеймс!
Она пришла в себя, когда Джордж остановился напротив неё и требовательно постучал каблуком по палубе.
— Мисс Джеймс!
— Да, мистер Джордж? — вздрогнув, она повернулась к мальчику с доброжелательной улыбкой, которая сползла с её лица, стоило ей увидеть, что Джордж держит в руках. — Мистер… Джордж! Неужели это именно то, о чём я подумала?
Джордж уныло повесил голову.
— Это даже хуже, — признался он мрачно, — поскольку вы, мисс Джеймс, едва ли могли ожидать от меня подобной небрежности.
— Совершенно верно, — Мэри возмущённо глядела на рубашку, испещренную оранжевыми пятнами. — Что с ней произошло?
Джордж виновато покачал головой, совсем как школьник, не выучивший урок.
— Сок, мисс Джеймс, — сказал он, — я был неаккуратен.
— По какой причине, мистер Джордж?
— Рассказывал Шарлотте о герцоге Веллингтоне, — Джордж опустил взгляд и склонил голову, — и я… несколько… увлёкся.
— Это заметно, мистер Джордж, — сказала Мэри и озадаченно повертела в руках рубашку.
Джордж нетерпеливо вытянулся на носочках.
— Возможно ли это исправить?
Мэри оценивающе прищурилась. Рубашка казалась безвозвратно испорченной.
— Мне так не кажется, мистер Джордж, — задумчиво произнесла она, — слишком серьёзные повреждения.
— Но вы знаете, как с ними совладать! — настаивал Джордж. — Ведь знаете, мисс Джеймс?
Мэри молчала, рассматривая рубашку под всевозможными углами. В ярком свете солнца нанесённый ей урон смотрелся куда более угрожающе. Джордж отвёл взгляд и заговорил, как будто бы обращаясь к палубе:
— Мисс Джеймс, я очень ценю ваши умения, конечно же, вы знаете, как справиться с этими…
— Я могу попытаться отбелить вашу рубашку, мистер Джордж, — медленно заговорила Мэри, — но я не уверена, что у меня получится спасти её. Как вы можете видеть, пятен слишком много… и это не такие пятна, что будет легко вывести.
Джордж походил на отца и кое в чём другом: как и мистер Флэнаган-старший, Джордж никогда не слушал, что говорилось после слов, которые вызывали его интерес.
— Значит, вы сделаете? — уточнил он требовательным тоном.
— Я могу постараться вам помочь, мистер Джордж, но…
— Значит, сделаете! — решительно оборвал её Джордж, и Мэри пришлось согласиться:
— Да, мистер Джордж.
— Успеете ли вы к сегодняшнему ужину? — с боевым задором осведомился он.
Мэри вздрогнула.
— Простите, мистер Джордж?
— К ужину, — раздельно произнёс
— Я не умею творить чудеса, мистер Джордж, — серьёзно сказала Мэри, — я не в силах успеть за такой короткий срок, ведь вы знаете, что у меня есть и другие обязанности.
— Я заплачу! — выпалил Джордж и тотчас стал рыться в карманах. — Сейчас… подождите немного, я забыл бумажник…
— Мистер Джордж, — решительно заговорила Мэри, — далеко не все проблемы на свете решаются при помощи денег.
Рука Джорджа застыла, не успев выцарапать из кармана несколько завалявшихся шиллингов.
— Простите?
— Не всё в этом мире продаётся и покупается, — Мэри смотрела на него крайне сурово, — я полагала, что вы давно уже уяснили этот простой урок. Сколько денег вы ни предложили бы, это не поможет мне быстрее высушить вашу рубашку. Я не успею приступить к её чистке сегодня.
Джордж молитвенно сложил руки на груди. Очень странно было видеть его, всегда гордого и уверенного в своих силах и в своей исключительности, таким: с притиснутыми к самому сердцу ладонями, с умоляющими круглыми глазами. Джордж шатающейся походкой приблизился к Мэри и тоненьким детским голосом взмолился:
— Мисс Джеймс, но ведь вы же сделаете это сегодня? Сейчас? Мама будет ужасно расстроена, если к ужину я приду не в этой рубашке!
Мэри смерила Джорджа долгим анализирующим взглядом. Тот смотрел на неё глазами, полными совершенно искренней мольбы, он позабыл о гордости и обо всех своих привычках джентльмена. Рубашка, сжатая промеж его ладоней, вся смялась.
— Хорошо, — сказала Мэри с тяжёлым вздохом и протянула за рубашкой руку, — я попрошу сестру помочь вам, мистер Джордж. Стирает она не хуже меня, в чём вы сегодня убедитесь… но запомните, я не могу обещать, что к ужину вы спуститесь в сухой рубашке.
Джордж и тут проявил отличающую его избирательную глухоту: он закивал так усердно и так радостно, словно Мэри пообещала исполнить все его просьбы. Лицо Джорджа тут же просияло и разгладилось.
— Мисс Джеймс, я никогда не забуду этой услуги! — пафосно выкрикнул Джордж и с театральным размахом отсалютовал небу испорченной рубашкой. — Благодарю, благодарю, миллионы раз благодарю вас!
Лиззи повезло очутиться в каюте в привычном громоздком платье, когда Мэри вошла к ней со странным скомканным бело-оранжевым шаром в руках. Лиззи едва успела вернуться с головокружительной прогулки. Сегодня она и Джо исследовали самую нижнюю палубу, G, и это исследование завершилось тем, что они забрели в неположенное место и были с позором изгнаны обратно, в тёмную и загадочную развилку коридоров.
— Оскар! — возмущённо вопил Джо, пока дюжий кочегар и бледный стюард выпроваживали их обоих на палубу. — Да ладно, вы же меня знаете! Что мы можем там натворить?