...со вздохом на устах...

Воронин Константин

– Нет,- ответил я ему через переводчика,- нас не встретят в форте как друзей. Поэтому мы поедем туда ночью. Потихоньку заберем своего товарища, которого увезли в форт и уберемся оттуда.

– Солдаты очень хорошо охраняют форт. Их там много,- переводчик показал на пальцах, что солдат в форте сто двадцать человек.
– У них есть пушки и скорострельные ружья. Стены у форта очень высокие. Вам будет трудно.

– Ну, что ж, потратим завтрашний день на разведку и заберем товарища следующей ночью. А, если солдаты вздумают нам помешать, придется взорвать форт.

–

Как вы думаете его взорвать?
– В голосе вождя послышалось некоторое волнение.
– У вас есть динамит?

– К сожалению, динамита у нас нет. Но в форте обязан быть склад боеприпасов. И, если его поджечь, или подложить самодельную мину, то, наверное, бахнет не слабо...

– И вы вдвоем хотите справиться со всеми солдатами?

– Постараемся... Во всяком случае, я не имею права подвергать ваших людей неоправданному риску. Это наше задание. Нас учили такие задания выполнять. Думаю, что справимся.

Вождь поднялся и пошел к большому костру, горевшему посреди вигвамов, расположенных кругом возле этого костра. Туда же потянулись индейцы-мужчины. Похоже, назревало что-то вроде совета. Поскольку нас никто туда не приглашал, я отдал Лимонадному Джо приказание. Он пошел к нашим лошадям, пасшимся неподалеку от вигвамов, уселся на свою лошадь и поскакал по ущелью к лесу, где прятался Чанг. Надо было забрать у Чанга наши луки. Во-первых, они были намного мощнее индейских луков, во-вторых, в отличие от винчестеров, были бесшумным оружием. А я все-таки хотел попытаться забрать ученого из форта без лишнего шума.

Индейская "принцесса", дочь вождя, подобрав ноги под себя, сидела рядом со мной. Я показал ей знаками, что хотел бы почистить оружие. Она поняла, но, как и положено принцессе, сама никуда не побежала, а отдала приказание пожилой индианке, проходившей мимо. Та убежала в вигвам и вскоре у меня в руках оказались тряпки и склянка с ружейным маслом.

Привычно и быстро почистил, смазал карабин и револьвер. Удивило одно: в магазин "Винчестера" входило только двенадцать патронов. Между тем, четко помнил, что эти карабины были пятнадцатизарядными. Смутная догадка блеснула у меня в мозгу. Серебряный доллар, который я достал из кармана, подтвердил мою догадку. Но долго размышлять мне не дали.

Здоровенный индеец, тот, который сопровождал Покахонтас (так я про себя окрестил дочь вождя), вышел из-за моей спины. Я почувствовал его приближение, но поскольку сидевшая рядом со мной индианка была совершенно спокойна, не стал дергаться.

Индеец подошел к толстому дереву, стоявшему шагах в тридцати от нас, томагавком ловко стесал на нем кору, где-то на уровне своего лица. Не было на него экологической полиции и никто не заставит его платить штраф в две тысячи кредов за испорченное дерево.

На свежеоструганной белой поверхности дерева индеец куском угля нарисовал овал. На овале появились примитивно изображенные глаза, нос и рот. Чья-то рожа... Подойдя к нам вплотную, индеец что-то сказал на своем языке. Я не успел недоуменно пожать плечами, как вынырнувший сбоку переводчик перевел:

– Большой Медведь говорит, что бледнолицые хотят вдвоем

победить всех белых воинов в форте. Он хотел бы, чтобы ему показали ваше боевое искусство.

После этих слов Большой Медведь взмахнул томагавком и с силой послал его в дерево. Томагавк воткнулся как раз в середину "лба" намалеванной физиономии. Индеец насмешливо посмотрел на меня.

– Ты можешь так сделать?
– перевели мне его слова. Я попросил переводчика: - "Дайте мне два ножа". Мне протянули ножи с рукоятками, изготовленными из рога какого-то животного. Проверив их баланс, достал из ножен свой нож, точнее, тот, который был снят с мертвого ковбоя. Взяв все три ножа в левую руку, правой поочередно и безостановочно метнул ножи в цель. За моей спиной раздался одобрительный гул. Индейцы, сгрудившиеся толпой позади меня, видели, что два ножа воткнулись в глаза нарисованной на дереве мишени, а третий - под подбородок, там, где была бы шея.

– Хорошо,- сказал Большой Медведь,- если ты еще и побороть меня сможешь, то я поверю в то, что ты - великий воин.

Индейцы встали в круг, внутри которого оказались Большой Медведь и я. Скинув с себя спортивную куртку, стал вспоминать, было ли у индейцев что-либо, напоминавшее приемы единоборств. Ничего не припоминалось, но на всякий случай, спешить с атакой не стоило. Начал движение по кругу, ускользая от устремившегося ко мне противника.

Большой Медведь был обнажен по пояс, размеры его бицепсов внушали уважение. Да и весил он на добрых килограммов двадцать-тридцать поболее моего. Вот он бросился на меня, выставив вперед руки. Поднырнув под его левую руку и оказавшись позади него, успел, прежде чем Большой Медведь врезался в кольцо зрителей, достать его пяткой в спину. Повалив трех человек, индеец, однако, устоял на ногах. Повернувшись, разъяренным зверем кинулся ко мне. Я же не хотел наносить ему калечащие, а тем более, смертельные удары.

Наконец, через пару минут кружения, Большой Медведь обхватил меня своими ручищами. Но, к счастью, руки мои оставались свободными. Чувствуя, как затрещали ребра, не теряя ни доли секунды, ладонями хлопнул его по ушам. Это очень больно. Хорошо, что длинные волосы были собраны у него в пучок на затылке.

Без всякой паузы, расслабленной кистью руки хлестнул его по глазам. Выпустив меня из могучих объятий, Большой Медведь на мгновение поднес руку к глазам. И этого мне хватило. Обрушив его на землю классической подсечкой, зажал шею индейца руками в замок, обхватив его ноги своими ногами, проводя удушающий прием.

Ладонью тут по траве не хлопали в знак того, что сдаются. Поэтому пришлось держать замок до тех пор, пока тело, бьющееся подо мной в бесплодных попытках освободиться, не обмякло. Нет, я не задушил индейца, но в бессознательное состояние привел качественно. Подойдя к переводчику, сказал:

– Пусть на него выльют ведро холодной воды, он очнется.

А ручонки-то у меня подрагивали после напряжения. Здоров все же Большой Медведь.

– Что тут у вас такое?
– Спросил подъехавший Лимонадный Джо.